Революция в маленькой африканской стране, не обладающей богатыми ресурсами. Весьма скучный заголовок для прессы, однако за развитием событий исключительной важности в Тунисе внимательно следили на прошлой неделе все – от Дохи до Москвы и Брюсселя. Не в последнюю очередь это было вызвано тем, что они могут оказать существенное воздействие на поставки энергоресурсов  в Европу.

Сам по себе Тунис никого особенно не волнует. Беспокоит возможное влияние тунисских событий на соседей этой страны. Тунис экспортирует очень мало нефти, и является  импортером газа, который поставляет ему соседний Алжир. Однако эта страна имеет стратегическое значение в силу своего географического положения и примера для других.

В последние годы Европа начала осознавать, насколько неудобна для нее зависимость от поставок российского газа. Добыча газа в самой Европе, в основном на месторождениях в Северном море, идет на убыль, а объемы импорта увеличиваются. Газ, являясь «чистым» топливом, не выделяющим большого количества углерода, составляет важнейшую часть энергетической стратегии Европы на перспективу.

В 2006-м, 2008-м и наиболее серьезно в 2009 году Россия сокращала поставки газа в Европу через территорию Украины. В качестве причины выдвигались задержки с оплатой и отсутствие договоренностей по ценам, однако у европейских политиков возникли подозрения, что Россия пытается усилить свою власть и влияние на прозападное руководство в Киеве.

Это укрепило позиции сторонников европейской стратегии «четырех коридоров». Импортный газ, согласно ее положениям, должен поступать в Европу из Норвегии, которая является  надежным поставщиком, но обладает ограниченными возможностями для наращивания объемов; из России, которая является крупнейшим источником, хотя и менее надежным; из Северной Африки, в основном из Алжира; из Центральной Азии и с Ближнего Востока через Турцию.

Турецкий проект, символом которого стал запланированный к строительству трубопровод Nabucco, продвигается очень медленно, поскольку для него очень сложно найти поставщиков. Источниками поставок могут стать Азербайджан, Туркмения, Иран и Ирак. Но поставки из этих стран весьма проблематичны по самым разным причинам. Поэтому взоры вновь устремляются на Северную Африку.

Открытый в 1983 году важнейший трубопровод TransMed (Транссредиземноморский трубопровод) идет с крупнейшего в Алжире газового месторождения Хасси Рмел в Тунис, проходя по самой южной его части, а затем на Сицилию и в Италию. Этот и другой трубопровод - Maghreb-Europe (Магриб-Европа), связывающий Хасси Рмел с Испанией через Марокко, давно уже являются основными маршрутами североафриканского газового экспорта в Европу.

Технические достижения позволяют прокладывать трубопроводы по морскому дну на большой глубине, в связи с чем отпадает необходимость в странах-транзитерах. Впоследствии, в 2004 году к Транссредиземноморскому трубопроводу и трубопроводу Магриб-Европа присоединился газопровод Greenstream (Зеленый поток), идущий напрямую из Ливии в Италию на более чем километровой глубине. Еще один алжирский трубопровод Medgaz идет напрямую из Алжира в испанскую Алмерию. И наконец, предлагаемый к строительству трубопровод Galsi должен связать Алжир с Италией через остров Сардиния.

Алжир за счет своих поставок обеспечивает около 20% европейских газовых потребностей. Он также экспортирует сжиженный природный газ (СПГ) и является важной нефтедобывающей страной. Его легкая нефть с низким содержанием серы высоко ценится на нефтеперерабатывающих заводах.

Что касается других стран Северной Африки, то ведущим экспортером нефти там является, конечно же, Ливия. Она также обеспечивает весьма существенные поставки газа через Greenstream и обветшавший и древний завод по производству СПГ. Жалобы по поводу роста цен на товары первой необходимости, а также общее недовольство безработицей и низким уровнем жизни вызывают неудовлетворенность и беспорядки не только в Тунисе, но и в Алжире с Египтом. В некоторых странах возникает тревога в с связи с возможностью повторения тунисского сценария.

Однако здесь следует вспомнить о том, что даже во время кровопролитной гражданской войны в Алжире в 1990-х годах, когда погибли примерно 160000 человек, экспорт нефти и газа никак не пострадал. Поскольку это важнейший источник пополнения государственной казны, волнения в обществе вряд ли приведут к прекращению поставок и транзита энергоресурсов.

С точки зрения Европы, сейчас любые беспорядки окажут весьма слабое негативное воздействие. Потребление газа на континенте, серьезно пострадавшем от рецессии, упало в 2009 году на 10%. В то же время, новые поставки СПГ, который можно доставлять в любую точку, где имеется подходящий терминал, увеличились на четверть, и у покупателей появились новые возможности.

В ответ на снижение цен на перенасыщенном рынке Алжир отложил ввод в эксплуатацию трубопровода Medgaz, который первоначально был запланирован на прошлое лето, а также перенес на 2014 год ввод в строй трубопровода Galsi. Катар также закрыл свои новые предприятия по сжижению газа на длительный «профилактический ремонт». Все эти значительные мощности можно будет реактивировать в любой момент, чтобы устранить возникший дефицит.

Но долгосрочная картина выглядит намного интереснее. Бюрократия, нерешительность политиков, междоусобная борьба в рядах элиты и неповоротливость государственной власти – все это душит энергетический сектор в Алжире и Ливии. Как это ни парадоксально, но энергетические отрасли в Тунисе и Египте относительно гостеприимны, и в связи с этим пожинают плоды иностранных инвестиций.

Европейцам и североафриканцам прежде всего следует уповать на то, что Алжир и Ливия используют либерализацию в качестве противоядия от замедления роста, недовольства молодежи и безработицы. Развитие современной многопрофильной экономики и снижение зависимости от манны небесной в виде нефти и газа помогут деполитизировать те споры, которые настраивают зарубежных энергетических инвесторов против национального ресурсного суверенитета.

Конечно, в ближайшее время те правительства, которые стремятся сохранить свою власть, вряд ли обратят внимание на новые инициативы в области энергетики. Однако в отдаленной перспективе более открытые политические системы, или даже экономические реформы без демократии по китайскому образцу могут оказаться для европейской энергетической безопасности более многообещающими, чем клановый капитализм или застарелая автократия.

Робин Миллз — экономист в области энергетики, живущий в Дубае. Он автор книги «The Myth of the Oil Crisis and Capturing Carbon» (Миф о нефтяном кризисе и снижение углеродных выбросов).

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.