В октябре 2007 года Авигдор Либерман, в тот период министр стратегического планирования, вновь оказался на допросе в закрытом помещении следственного отдела полиции. На протяжении последних лет Либермана допрашивали неоднократно, однако на сей раз встреча со следователями состоялась по его инициативе.

 

Он обратился с жалобой и поведал неожиданную историю. "В конце недели я был в Берлине, - сообщил Либерман полковнику полиции Шаулю Хенегману из отдела по расследованию международных преступлений (ЯХБАЛ). - А когда я вернулся в иерусалимский офис партии Наш дом - Израиль, то обнаружил у себя на столе коричневую папку (кляссер).

 

Внутри кляссера, который Либерман неожиданно обнаружил на своем столе, были распечатки сообщений электронной почты, большая часть из них – на русском языке. По прочтению этих сообщений у Либермана возникло подозрение, что некая организованная группа вела тайное прослушивание телефонных разговоров Либермана и его близкого друга, бизнесмена, мультимиллионера Михаила Черного.

 

"Из этой переписки можно было понять, что осуществлялись попытки подкупить политиков в Израиле и Великобритании, - сказал Либерман, - И мне ясно, что существует связь между представителями этой организованной группы и полицией".

 

Полковник Хенигман запротоколировал сказанное Либерманом, однако многие вопросы остались для него открытыми. Что за странное совпадение? Каким образом кляссер с материалами, направленными против Либермана, неожиданно оказался именно у него на столе?


- Ваш кабинет не охраняется? - спросил министра Хенгиман.

 

– У нас нет камер наблюдения, - ответил министр.

 

- Секретарша?

 

- Кабинет не охраняется с помощью видеокамер, охранников и сигнализации, - ответил Либерман.


Спустя несколько дней полиция задержала людей, которые были упомянуты в переписке из кляссера. Среди них – Авигдор Эскин, ультраправый активист, который известен тем, что проводил обряд проклятия "Пульса де-нура" в отношении дома убитого премьер-министра Ицхака Рабина, а также частный следователь Рафи Придан, который был замешан в истории о тайном прослушивании разговоров ведущих журналистов и отсидел за это в тюрьме.

 

Когда следователи провели обыски в домах подозреваемых, им стало ясно, что главным объектом слежки задержанных был вовсе не Авигдор Либерман, а Михаил Черной.

 

В документах, изъятых во время обыска, были обнаружены отчеты о слежке за Черным, а также тексты телефонных разговоров, сделанных из дома секретаря его офиса Елены Скир. Согласно материалам следствия, Эскин и его товарищи планировали расширить масштабы слежки за олигархом.

 

"Проследить за его братом (Лев Черной), за его адвокатом и за ним самим, когда он находится в Лондоне, прослушать разговоры по сотовому телефону", - было написано в одной из памятных записок.

 

Если бы аппаратура для прослушивания телефонных разговоров Либермана и Черного все-таки была, можно предположить, что у прослушивающих было бы много работы. "Роман" между нынешним министром иностранных дел и бизнесменом, которого государство Израиль на протяжении многих лет подозревает в том, что он замешан в ряде уголовных дел на территории России и Израиля, продолжается уже более десяти лет. Оба свидетельствуют о том, что они общаются друг с другом почти ежедневно.

 

"Мы стали общаться в канун выборов 96-го года, когда победил Нетаниягу, а Либерман занял должность генерального директора канцелярии главы правительства, - рассказывает Михаил Черной корреспонденту газеты "Гаарец". - Мы периодически встречались: иногда обедали вместе в ресторане, иногда играли в теннис, Мы говорили о русской культуре, о музыке, о его желании писать книги".

 

- Романы?

 

- Он написал несколько книг. Ты их еще прочтешь. Он интересный человек.

 

Тесная связь между Черным и Либерманом вызывала издевательскую критику со стороны Эскина и Ко. В течение нескольких месяцев, предшествовавших их аресту, в стране стали появляться плакаты, на которых Либерман изображался в виде собаки, которую держит на поводке Черной. Надпись на плакате предостерегала граждан Израиля от связей между политиками и преступниками: "Пудель русской мафии продает Землю Израиля".

 

Однако то, что казалось тогда частью политической кампании Эскина и его ультраправых соратников против Либермана, который, на их вкус, был слишком умеренным в своих политических взглядах, оказалось типичной русской матрешкой. Когда следователи полиции сняли верхнюю часть куклы, обнаружилось, что данная матрешка получает задания не из Хеврона, а из Москвы.

 

И задачи ей ставит тот, кто считался тогда самым богатым россиянином в мире, – кремлевский любимец, олигарх Олег Дерипаска.


На первый взгляд, у Дерепаски есть немало причин нанести ущерб репутации Черного. Оба были в прошлом бизнес-партнерами в одной из самых крупных российских алюминиевых компаний. Однако сегодня они ведут судебную тяжбу, связанную с очень большими деньгами. Три года назад Черной подал в британский суд иск против Дерипаски. Истец утверждает, что Дерипаска отазывается выполнять условия заключенного между ними соглашения, в соответствии с которым он должен передать Черному пакет акций алюминиевой компании РУСАЛ на сумму в миллиарды долларов.

 

Согласно следственным материалам по делу Эскина и компании, фрагменты из которых публикуются здесь впервые, имеется подозрение, что велась международная кампания по очернению имени и репутации Черного, финансируемая Дерипаской. По всей видимости, для того, чтобы подвергнуть сомнению легитимность иска, поданного Черным против своего бывшего партнера.

 

Черной, живущий вот уже 15 лет в Израиле, дает интервью крайне редко. Он знает считанные слова на иврите. "Полиция отняла у меня много времени, некогда было учить язык", - объясняет он. Он также не владеет английским языком.

 

Все свои беседы с бизнесменами, со своим адвокатом с представителями государственных структур он осуществляет через переводчика. Это интервью он тоже дает через переводчика. Его запутанные истории дают возможность заглянуть в мир, где ведут свои битвы олигархи за миллиарды долларов, те самые олигархи, которые появились в России после распада коммунистической сверхдержавы, в борьбе которых замешаны российские власти, в борьбе, сопряженной с жуткими убийствами, международными расследованиями.

 

Он рассказывает о постоянной слежке, которую ведет за ним израильская полиция. И – о министре иностранных дел Государства Израиль.

 

Танец марионеток

 

Черной гордится своими отношениями с Либерманом. В феврале нынешнего года, когда предварительные результаты выборов показали, что партия НДИ становится третьей политической силой в стране с 15 депутатами кнессета, позолоченный Mercedes Черного прибыл на празднование победы НДИ в Иерусалиме.

 

- Либерман – мой друг, - говорит Черной. - Я был рад за него, что он получил так много депутатских мандатов. Если бы он получил больше, я был бы рад еще больше. Наш дом - Израиль - отличная партия. Я прибыл поздравить его в качестве друга. Я голосовал за эту партию. Так почему бы и нет?

 

- Вы оказали партии финансовую поддержку?

 

- Вы ведь в любом случае мне не поверите.

 

- И все-таки?

 

- Я не поддерживал деньгами ни одну партию в мире – ни здесь, ни в Болгарии, ни в одной стране.

 

- Вы цените Либермана как политика?

 

- Либерман - не только лидер русской алии, но и всего государства. К сожалению, я не понимаю, почему есть многие люди, которые превращают его во врага государства – в то время как он приносит так много пользы. Он достоин быть премьер-министром. Человек его уровня. С таким быстрым мышлением. Почему нет?

 

Между тем, полиция подозревает, что министра иностранных дел и олигарха связывает отнюдь не только взаимная симпатия и беседы о литературе, но и денежные дела. В апреле 2007 года Черной был вызван для допроса в Управление по расследованию мошенничества. Там ему сообщили, что он подозревается в даче взятки Авигдору Либерману. В мае 2001 года принадлежащая Черному компания Mcg Holding перевела почти полмиллиона долларов на счет кипрской фирмы, которая, как подозревают следователи, контролировалась Либерманом.


Двумя месяцами ранее Либерман был назначен министром национальной инфраструктуры в правительстве Ариэля Шарона.

 

На следствии Черной утверждал, что ничего не знал об этой сделке во время ее осуществления. И что позднее выяснилось, что деньги были переведены в рамкам сделки по закупке вина между его партнером по фирме Mcg Holding, адвокатом Тодором Ботковым, и Игорем Шнейдером, который был в прошлом личным водителем Либермана. В августе текущего года полиция рекомендовала прокуратуре выдвинуть против Либермана обвинительное заключение, включающее параграф о взяточничестве.

 

- Вы дали Либерману взятку?

 

- Там нет ни слова правды. Я совершенно спокоен. Я не сделал ничего из того, что мне приписывают. Я не веду бизнес с друзьями.

 

- Вы никогда не имели дел с Либерманом?

 

- Однозначно нет. Я совершил с ним только одну сделку – продал ему свою машину, бронированный джип Mercedes. Я не мог найти покупателя для джипа, и Либерман спросил меня, не хочу ли я продать ему машину в соответствии с ценой, которую определит оценщик. Я ответил: с удовольствием. Я знаю, что вся деревня Либермана (поселение Нокдим) пользуется этим "бронетранспортером".

 

- Вы не опасаетесь, что прокуратура обвинит вас в даче взятки?

 

- Прокуратура уже выдвигала против меня обвинение в том, что я якобы дал взятку члену городского совета Эйлата. А потом отказалась от своих обвинений. Там тоже речь шла о сумме в полмиллиона шекелей.

 

- Здесь речь идет о полумиллионе долларов…

 

- Теперь сумма увеличилась. Прошло пять лет со времени эйлатского дела. Надеюсь, что система с тех пор изменилась, и здесь не будут уничтожать политиков и бизнесменов, которые не согласны с системой.

 

Черной убежден, что правоохранительные органы в Израиле (как ранее в России) преследуют его потому, что он "чужак". Свое незнание иврита и английского он компенсирует богатой жестикуляцией и экспрессивной мимикой. Когда он говорит про ЯХБАЛ, который следит за ним с 1997 года, сложно не понять, что он на самом деле думает об этом учреждении.

 

Когда он описывает, как нелестная информация в его адрес, произведенная в Израиле, нанесла ущерб его бизнесу во всем мире, он изображает руку, держащую топор, и со всей силой рубит воздух. Когда он перечисляет список государств, которые создают ему препятствия при въезде на их территорию в связи с информацией, переданной о нем израильскими правоохранительными органами, топор сменяется воображаемым ножом, который яростно наносит удары по левой руке.

 

Черной – талантливый пантомимист. Самым распространенным номером его обширного репертуара являются движения кукловода, управляющего марионетками. Марионетками он называет следователей полиции, которые, по его утверждению, не переставая, донимают его нескончаемым следствием. Его и Либермана, если быть точным.

 

"В последние 13 лет нет больших врагов для Системы, чем я и Либерман. Нет большего дьявола. Даже террористы, - гневно говорит Черной. – Попытайтесь встать на мое место и на место Либермана, чтобы понять все это. Мне достается больше, ибо кто-то считает, что для того, чтобы причинить ему больше неприятностей, следует превратить его друга в отрицательный персонаж, в самого большого злодея в мире".

 

- И кто, по-вашему, управляет этим кукольным театром?

 

- Я не знаю.

 

Согласно опубликованной в СМИ версии, следствие против Либермана по подозрению в получении взятки от Черного, началось с того самого коричневого кляссера на столе в офисе председателя НДИ. На сей раз ошибку совершил Либерман. Всех подозревающий министр, который во время разговора требует от своих собеседников вытащить батарейку из мобильного телефона, опасаясь, что беседа прослушивается, имел неосторожность периодически вести телефонные разговоры из кабинета своего товарища по парламентской фракции, бывшего депутата кнессета Михаила Нудельмана ("Пудельман", называет его Черной).

 

Во время одного из таких заходов, как утверждают в полиции, Либерман забыл на столе в кабинете Нудельмана папку с различными документами, среди которых были банковские счета кипрской фирмы, которую он, как подозревает следствие, контролировал в период, когда занимал должность министра. Что является противозаконным.

 

Нудельман и его тогдашний советник Давид Эдельман передали эти документы государственному контролеру.

 

- Вы действительно верите, что Нудельман взял эти документы? - спрашивает Черной, - Я убежден, что вы тоже в это не верите. По-моему, полиция заполучила эти документы незаконным образом, возможно через адвоката Либермана, а затем предала легитимность использованию этих документов через Нудельмана и Эдельмана. Мне трудно поверить, что кто-то может забыть такие документы.

 

- А что вы думаете о дочери Либермана, Михаль, которая в возрасте двадцати небольшим оказалась владелицей фирмы, заработавшей миллионы шекелей?

 

- Если у политика есть ребенок, этому ребенку нельзя заниматься бизнесом? Знаменитые люди всегда имеют связи – нравится вам это или нет. У них всех есть протекция. В хорошем смысле слова. Если не относиться к этому заведомо отрицательно, то и не будет повода для подобного рода уголовных дел.

 

Кто здесь пёс

 

Слежка, которую вела за Черным компания Авигдора Эскина, была организована так, что ей могла бы позавидовать иная разведка. Когда полиция начала расследовать деятельность Эскина ("собачонка", по словам Черного), выяснилось, что он руководил израильским штабом группировки, которая действовала здесь и в Великобритании. Эскин мобилизовал Рафи Придана и еще одного частного следователя, Авива Мора, и все трое встречались в Москве с Алексеем Дробышенко, генеральным директором одной из компаний, принадлежащих Олегу Дерипаске. Дробышенко финансировал эту операцию.

 

"Дробышенко хотел ослабить положение Черного путем обнародования информации об обширной преступной деятельности Черного в России и в других странах, - объяснил Эскин следователям. - Он хотел, чтобы широкая общественность в Израиле, в Англии и в других странах узнала правду о Черном".

 

Согласно материалам следствия, на протяжении многих лет против Черного действовали другие частные детективные агентства, которые финансировал Дерипаска. В 2007 году частный детектив Цви Манулевич сообщил следователям, что двумя годами раннее он вступил в контакт с крупным британским частным детективным агентством, которым владеют бывшие высокопоставленные сотрудники ЦРУ и ФБР: "Меня попросили собрать сведения о Черном... Эта работа продолжалась два-три месяца и включала слежку за Черным и его водителем...Уже на ранней стадии работы мне стало известно, что главный заказчик – Олег Дерипаска".

 

К иску, который Черной подал против Дерипаски в британский суд ( так же, как и к иску, который Черной подал против организаторов направленной против кампании в Израиле), прилагалась переписка по электронной почте между людьми, замешанными в этом деле, - та самая переписка, которую обнаружил на своем столе Либерман.

 

В одном из электронных сообщений Эскин спрашивает своего российского заказчика: "У нас есть тесная связь с министром внутренних дел. Что мы можем пообещать ему в случае, если у него (у Черного) будет отнято гражданство?"

 

В других сообщениях люди Эскина просят тысячи долларов, чтобы оплатить услуги журналистов и различных СМИ за негативные публикации о Черном. В еще одном сообщении, которое Эскину направил Давид Эдельман (тот самый советник Михаила Нудельмана, который не является подозреваемым по данному делу), прослеживаются детали пиар-кампании, организованной против Черного: от написания граффити ("Черной – это русская мафия") до создания специального интернет-сайта и вплоть до изгнания Черного из Израиля.

 

Черной утверждает, что целью этой кампании была его делигитимация, которая помешал бы ему вести (и победить) его судебную тяжбу в Лондоне против Дерипаски.

 

Как часть этой грандиозной кампании, британское пиар-агенство "Мирпеко" предложила вариант открытия уголовного дела против Черного в России или в какой-либо другой стране, с которой у Великобритании есть договор об экстрадиции. Для того чтобы Черной, опасаясь ареста, боялся посещать Великобританию для участия в тяжбе против Дерипаски. Британский суд, который изучил часть электронной переписки Эскина, установил, что переписка является надежным источником и представляет собой серьезную улику, отражающую действия Дерипаски и Дробышенко против Черного.

 

- Это банда преступников, - подытоживает Черной, - в своем время они работали в специальном отделе КГБ, занимавшемся дезинформацией и разного рода провокациями. Он мобилизовал людей, которые служили в секретных службах. Поэтому когда я увидел целые рекламные щиты, направленные против меня в Израиле, я не удивился.

 

Дерипаска всячески отрицает утверждения Черного в свой адрес.

 

Черной рассказывает, что у него было несколько поводов подозревать, что против него ведется организованная кампания. По его словам, еще в 2006 году его посетил израильский частный следователь и рассказал, что в прошлом он следил за ним и прослушивал его телефонные разговоры – по заданию американского детективного агентства.

 

- Я спросил его, связано ли это с Дерипаской? Он ответил, что да. И добавил, что британское частное агентство предложило ему вновь работать против меня, но он отказался, потому что в прошлый раз не получил причитающейся ему платы. Теперь я могу перейти на твою сторону и работать против Дерипаски, сказал он мне. Я взял его за ухо и отвел к своему адвокату, Яакову Вайнроту, и тогда он рассказал, что они просили его поставить подслушивающие устройства и в офисе Вайнрота. Затем он вновь предложил работать на меня. Мы не занимаемся уголовными делами, сказал я ему. Он отказался быть свидетелем по этому делу. Этот случай, как и несколько других, позволил мне понять, кто стоит за всем этим. У Эскина есть деньги для всего этого? Понятно, что Дерипаска стоит за этой историей.

 

- Как к вам попали все эти электронные сообщения, которые обнаружил Либерман?

 

- Они появились в интернете в России и в Болгарии.

 

- Ну, ей богу! Появились ниоткуда и были опубликованы в Интернете?

 

- Прежде чем они появились в интернете, многие люди пытались мне их продать. Один раз мне предложили купить их за 100 тысяч долларов, я отказался. В итоге цена упала до 25 тысяч долларов. Когда я спросил, зачем они вообще это продают, мне ответили: "Нас наняли работать против Черного, но не заплатили достаточно денег".

 

- Утверждают, что вы заплатили за это огромные деньги.

 

- Ничего подобного. Я никогда не заплачу кому-нибудь за украденную для меня информацию или что-нибудь подобное. Но я буду защищать себя всеми законными методами.

 

- Задействовали ли вы сами прослушивание и частных детективов для слежки за Дерипаской и его людьми?

 

- Никогда. Я готов пройти проверку на детекторе лжи (полиграфе). Я ничего ни у кого не покупал.

 

- Либерман рассказал вам, что он намерен обратиться в полицию?

 

- Либерман не консультируется со мной ни по каким вопросам. Он родился с лидерскими задатками и всегда будет делать только то, что считаешь нужным.

 

Прокуратура пригласила недавно Эскина, Придана и Мора на слушание прежде, чем вынести решение о подаче против них иска за незаконные прослушивания телефонных разговоров. Тем временем Черной получил в свое распоряжение еще целый ворох электронной почты за последние месяцы, в результате чего Черной стал подозревать, что высокопоставленный сотрудник ЯХБАЛ Слава Платник передал лицам, замешанным в очернительной кампании против него, информацию о новом следствии, которое началось против него в России. Очень быстро жалоба против Палатника была подана юридическому советнику правительства Мени Мазузу. В ней утверждалось, что Палатник якобы передал секретную информацию людям, связанным с Дерипаской. Подал эту жалобу не Черной, а - догадайтесь кто? Верно – его друг Либерман.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.