Ситуация в Сирии становится «нестерпимой», утверждает гиперактивный министр иностранных дел Турции Ахмет Давутоглу (Ahmet Davutoglu), страна которого находится в авангарде мировых усилий по свержению Башара Асада.

 

Между тем, менее двух лет назад отношения между Сирией и Турцией были диаметрально противоположными.

 

Премьер-министр Турции Реджеп Тайип Эрдоган считал Асада близким другом и называл взаимодействие с Сирией образцом хваленой (и позднее отмененной) политики «нулевых проблем с соседями», которая была нацелена на сближение с ближневосточными странами. Торговля между двумя странами, имеющими 850 километров общей границы, увеличилась вдесятеро, процветало сотрудничество в области безопасности, направленное против Рабочей партии Курдистана – воинствующей курдской группировки, которая ведет в Турции кровавую сепаратистскую кампанию, были отменены взаимные визовые ограничения.

 

Однако, если смотреть в ретроспетиве, такие перемены не должны удивлять. Отношения между Турцией и Сирией никогда не носили стратегического характера, и были, скорее, результатом совпадения интересов, связанного с начавшейся в 2003 году войной в Ираке. И Турция, и Сирия были заинтересованы в том, чтобы не дать возникнуть независимому Курдистану на севере Ирака. Кроме того, обе стороны были настроены одинаково антиизраильски. Тем не менее, их сотрудничество было сугубо тактическим и психологическим, а не основанным на общих ценностях.

 

Затем пробуждение арабского мира положило конец стабильности в Тунисе, Египте, Йемене и – в конце концов - в Сирии, заставив выплеснуться на поверхность давно копившуюся межрелигиозную напряженность. Силовые ведомства и спецслужбы Асада, в которых господствуют единоверные сирийскому лидеру алавиты (представители синкретического и мистического ответвления шиитского ислама), начали подавлять в основном суннитское народное восстание.

 

Эрдоган, истовый суннит, не замедлил встать на сторону выступивших против Асада масс. Прошли те дни, когда Турция защищала иранскую ядерную программу и тесно сотрудничала с Тегераном по проблемам, связанным с Ираком. Теперь Турция наладила отношения с Вашингтоном, которые раньше были холодными, вместе с ним призвала Асада уйти в отставку, укрепила партнерство с арабскими странами Персидского залива и начала выступать за более жесткий подход к Ирану. 

 

Сотрудничество Вашингтона с такими региональными игроками, как Турция, - это хороший пример того, что госсекретарь США Хиллари Клинтон называет «умной силой» - то есть политики, направленной на то, чтобы избежать лишнего использования дефицитных денежных и людских ресурсов параллельно с выходом из Афганистана и Ирака.

 

Настрой Турции против Асада проистекает из ее основанной на религиозной общности симпатии к участникам сирийских протестов, а также из ее стремления защитить свое влияние на Ближнем Востоке и ограничить региональные амбиции соперничающего с ней Ирана. С другой стороны, США стремятся затормозить иранскую ядерную программу и гарантировать безопасность Израиля и арабских стран Персидского залива.

 

Впрочем, несмотря на ужесточение риторики в отношении Дамаска, Турция не может скрыть тот факт, что ее варианты действий жестко ограничены. Инициативы ООН будут по-прежнему срывать Россия и Китай, Лига арабских государств, по-видимому, истощила свои силы, а позиции сторонников и противников Асада прочно устоялись.

 

Причиной сложившейся патовой ситуации следует считать вопрос о будущем династии Асадов. Турция и ее союзники выступают за смену режима, в то время как Асад и его союзники требуют его сохранения. Именно это противоречие сейчас изо всех сил пытается решить турецкая дипломатия.

 

Турция предпочитает вариант с поиском решения на переговорах. В среду Анкара предложила созвать международную конференцию по прекращению кровопролития в Сирии. Однако трудно поверить, что процедурные согласования помогут примирить стороны. Переговоры требуют изрядного количества доброй воли и готовности к компромиссам – а именно эти ресурсы сейчас в большом дефиците.

 

Таким образом, остается наиболее рискованный вариант – скользкая дорожка дальнейшей эскалации конфликта. Турция уже дала приют Сирийскому национальному совету и Свободной армии Сирии, состоящей из взбунтовавшихся сирийских военнослужащих. В число дальнейших шагов, возможно, будут входить объединение безнадежно раздробленной сирийской оппозиции и обеспечение дополнительной поддержки – в частности, логистической – сирийским вооруженным группировкам.

 

Наиболее пагубным для Турции решением было бы в одностороннем порядке создать зону безопасности на сирийской территории при поддержке США, европейских держав и арабских стран Персидского залива, но без санкции ООН. Это еще глубже утянет Турцию в сирийскую трясину и заставит ее увязнуть в межрелигиозной гражданской войне, в которую скатывается страна. Между тем нестабильность в Сирии легко может перекинуться на территорию этнически и религиозно разнородной Турции. 

 

Прямое военное вмешательство также заставит Турцию иметь дело с разозленной Россией и враждебным Ираном, поставки из которых покрывают в общей сложности две трети турецких энергетических потребностей. Тегеран злится на Турцию с тех пор, как в сентябре прошлого года Анкара согласилась разместить на своей территории современную американскую радиолокационную станцию дальнего обнаружения под эгидой НАТО, рассчитанную на нейтрализацию угрозы со стороны иранских ракет дальнего действия.

 

Турция сейчас, без всякого сомнения, находится в ненадежной и незавидной ситуации. Она отдана на милость непредсказуемой и постоянно ухудшающейся региональной обстановки. Сейчас Анкара не контролирует события, а повинуется их ходу. Чем все в итоге может закончиться, остается только догадываться.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.