В Литве — прибалтийской республике, зажатой между Латвией и российской Калининградской областью (не граничащей с остальной территорией России), — за 2009 год экономический рост составил минус восемнадцать процентов.


Мало того, в 2010 году государство обещает на тридцать процентов повысить стоимость электричества для граждан, так как по условиям вступления в Европейский союз требуется закрыть Игналинскую атомную электростанцию, а это предприятие, построенное по одному плану с Чернобыльской АЭС, производит семьдесят процентов электричества в Литве.


Брюссельские официальные лица настаивали на закрытии АЭС ещё в начале века, когда расширение ЕС в восточном направлении только планировалось. Целью предполагаемого закрытия является избежание опасности повтора ядерного взрыва на Чернобыльской АЭС, случившегося в 1986 году.


1 мая 2004 года, в день торжественного открытия монумента, никто не думал ни об экономическом спаде, ни о проблемах энергетической безопасности. В тот день Литва, когда-то оккупированная Советским Союзом, вступила в ЕС. На веб-сайте, посвящённом туризму в Литве, это событие названо «болезненно-радостным возвращением в семью народов Европы».


Но начиная с 31 декабря — а температура воздуха в это время, бывает, снижается до минус тридцать градусов по Цельсию (минус двадцать два по Фаренгейту), замерзают реки — закрытие АЭС приведёт к тому, что Литва станет ещё сильнее зависеть от поставок электричества от бывшей страны-оккупанта, и поставки эти становятся всё менее и менее надёжными.
 «Хуже кризиса, чем этот, не бывало», — жалуется сорокачетырёхлетний Ян Глушаченков, отставной водитель экскаватора, проживающей по соседству с монументом.


Журналист Reuters взял у Глушаченкова интервью в тихой глуши, в деревне в двадцати шести километрах к северо-востоку от Вильнюса. По словам интервьюируемого, работу он потерял почти год назад.
Глушаченков указал на то, какой большой риск берёт на себя Брюссель, требуя закрыть реактор в стране с населением в три с половиной миллиона человек и экономическим спадом.
«Придётся или эмигрировать, или воровать идти», — сказал он.
По сообщению ОБСЕ, опубликованному в 2008 году, потери населения из-за эмиграции с 1990 года составили десять процентов.

Отношения — напряжённые

Для тех, кто не уедет, настанут тяжёлый времена. Сосед Глушаченкова, восьмидесятишестилетний крестьянин Людвик Трыпуцкий (Ludwik Trypucki), рассказал, что ему придётся отдавать за электричество около восемнадцати процентов своей пенсии (она составляет восемьсот литовских литов, или 333,5 доллара). Сейчас электричество обходится ему по сто двадцать литов в месяц.


 «Я так понимаю, что станцию закрывают из-за безопасности, но сначала надо было договориться, где брать дешёвое электричество. Теперь непонятно, откуда оно возьмётся», — жалуется Трыпуцкий.
Планируется импортировать электричество из Эстонии, России и Украины через соседнюю Белоруссию. Также небольшое количество электроэнергии будет поступать в Латвию по проводам из Финляндии и Латвии.
Отношения между Литвой и Россией остаются довольно напряжёнными. Растёт зависимость энергетического сектора Литвы от поставок из России; эта страна поставляет литовцам также и газ для тепловой электростанции.


Литва выступала против строительства Россией газопровода в Германию по дну Балтийского моря и пыталась помешать началу переговоров между ЕС и Россией о стратегическом партнёрстве.
Существуют опасения, что строительство трубопровода, который проляжет по дну Балтийского моря и соединит Россию с Германией, позволит Москве манипулировать Европой напрямую, перекрывая газ отдельным странам с целью оказания на них дипломатического давления.


В прошлом Россия выступала в качестве надёжного поставщика газа для Литвы, хотя был случай, когда она прекратила поставки нефти для литовской перерабатывающей компании Mazeikiu Nafta, ныне контролируемой польским нефтяным концерном PKN Orlen.

Инфляция

Премьер-министр Андрюс Кубилюс (Andrius Kubilius) питает надежду, что страны региона охотно продадут Литве излишки электроэнергии, возникшие в результате экономического спада. Также он напомнил, что Литва подписала несколько долгосрочных контрактов на поставку электроэнергии.


 «После закрытия Игналинской АЭС Литва станет в большей степени зависеть от поставок энергоносителей из-за рубежа. Ухудшится ситуация с энергетической безопасностью, но за следующий год мы спокойны», — заявил премьер, общаясь с представителем Reuters.


На данный момент ЕС выделил около 820 миллионов евро (1,17 млрд. долларов) на демонтаж станции, переработку отходов и модернизацию ТЭС, но представители центрального банка Литвы указывают, что закрытие станции приведёт к более серьёзным последствиям.


 «Из-за повышения цен на электричество на тридцать процентов на один процентный пункт упадёт валовой внутренний продукт, а инфляция повысится, тоже почти на целый процентный пункт», — сообщает Раймондас Куодис (Raimondas Kuodis), старший экономист центрального банка страны. — «В контексте мирового кризиса кажется, что это немного, но для экономики Литвы это станет болезненным ударом».
Проблема не только в ожидаемом уничтожении рабочих мест в городе Висагинас на крайнем востоке Литвы, но и в неспособности бизнеса сохранить рабочий капитал.


Глава крупного цементного производства Akmenes Cementas Артурас Заремба (Arturas Zaremba) сообщил, что цена на потребляемое его предприятием электричество вырастет более чем вдвое — с шести до пятнадцати литовских центов за киловатт-час, что повысит издержки компании на шесть-семь миллионов литов (сейчас доход её составляет 125 миллионов литов).


 «Повышение цен на электричество станет серьёзным ударом не только для нашей компании, но и для всей экономики», — сказал он.
В Висагинасе безработица составляет около девяти процентов (это меньше, чем средний уровень по стране — 11,7 процента), но в 2010 году прогнозируется её рост до 11,5 процентов.
 «Я работал на станции двадцать семь лет, у меня вся жизнь с ней связана», — сказал Андрей Григорьев, проходя мимо мемориального камня, установленного в 1975 году в честь основания города. — «Конечно, мне больно смотреть, как его закрывают, а ведь это было политическое решение».


В декабре литовская оппозиция в последний раз безуспешно попыталась принудить правительство начать переговоры с Брюсселем с целью продления срока жизни Игналинской АЭС. В поддержку этого проекта выступал бывший премьер-министр Гедиминас Киркилас (Gediminas Kirkilas).


 «В Европейской комиссии не до конца понимают ситуацию со странами Балтии, полагая, что купить электричество в России — это не проблема», — комментирует Киркилас. — «У них нет такого исторического опыта, как у нас».

Уж лучше в Африку

Виктор Шевалдин, многие годы руководящий Игналинской АЭС, сидит в своём кабинете, где на экран транслируется изображение реакторного зала, подобного блестящей пещере, и говорит, что готов закрыть последний оставшийся реактор в 11 вечера в канун Нового года.


Полный демонтаж станции займёт около двадцати пяти лет и обойдётся, по оценкам, в 8,6 миллиарда литов.
 «У нас иное будущее, но мы с этим уже смирились», — говорит этот седоволосый шестидесятилетний человек.
Впрочем, довольно скоро он меняет тон. Ведь шансы на то, что произойдёт серьёзная авария, составляют один на миллион лет работы реактора.
«Это всё равно, как если вам на голову упадёт метеорит», — говорит он.


Тем временем в деревне Пурнушкес архитектор Альгирдас Каушпедас (Algirdas Kauspedas), собравший в последние дни существования Советского Союза рок-группу и ставший знаменитостью, придерживается прагматического подхода к ситуации:
«Рыночные перспективы здесь мрачные. Лучше уж поискать счастья в Африке».