У всех счастливое Рождество? Только не у белорусов. В этом году Дед Мороз (русский аналог Санта-Клауса) пришел в Минск раньше срока и подарил белорусам подтасовки на выборах, избиения в милиции, массовые аресты, ложь в советском стиле, а для Евросоюза — специальную рождественскую открытку с надписью «идите в #$%».

Наталия Коляда из Белорусского свободного театра была среди задержанных в минувшее воскресенье, когда вместе со всеми остальными вышла протестовать против очередных выборов, бессовестно украденных Александром Лукашенко. Коляда сообщила журналу «Индекс/Досье на цензуру», что ее держали взаперти четырнадцать часов, не давая пить, есть и спать. Задержанные без различия половой принадлежности содержались в ледяных тюремных коридорах, над ними издевались охранники («Вы животные... Мы мечтаем вас поубивать»), их заставляли испражняться друг перед другом.

Владимир Некляев, один из кандидатов в президенты от оппозиции, был избит до потери сознания еще до того, как началась демонстрация. После этого его выволокли из больничной койки и бросили в тюрьму. Свыше 600 человек, включая ведущих деятелей независимых СМИ и искусства, задержаны КГБ (в Белоруссии КГБ до сих пор так называется). Родственники некоторых из них даже не знают, где те находятся. Некоторым из них грозит преследование по статье «разжигание массовых беспорядков» с максимальным предусмотренным наказанием — пятнадцать лет тюрьмы. Молодой помощник Некляева выступил в эфире государственного телевидения и с усталым и испуганным видом частично отрекся от своих убеждений. Президент Лукашенко на пресс-конференции сказал, что никакой «бессмысленной демократии» больше не будет.

Все это называется одним словом, и слово это — террор. Не полноценный сталинский террор, конечно, как в 1930-х, но нечто качественное отличное (позволю себе предвидеть возражения со стороны некоторых читателей Guardian) от насильственных действий полиции в демократических странах Западной Европы. Если только, конечно, вы не готовы поверить, что полицейские дубинки на Парламентской площади применялись в защиту преступного авторитарного режима.

Здесь тоже есть одна загадка, хотя и не неразрешимая. С точки зрения краткосрочной перспективы у Лукашенко не было необходимости устраивать такие зверства, чтобы оставаться у власти, которую этот Роберт Мугабе Восточной Европы удерживает с 1994 года. Он позволил кандидатам от оппозиции выступать на государственном телевидении и сделал вид, как будто уступает требованиям ЕС устроить свободные и честные выборы; он мог просто подтасовать результаты выборов как раз на столько, чтобы остаться у власти. Он мог бы позволить ослабленным и расколотым оппозиционерам несколько дней устраивать протесты в морозном Минске, а потом тихо убрать с площади Независимости оставшихся недовольных, пока Запад праздновал бы свое Рождество.

Зачем же такие зверства? Зачем тыкать лицом? Вариант ответа, неизбежно возникающий в таких обстоятельствах, — раскол в рядах правящего аппарата. Возобладали сторонники жесткой линии. Возможно, частично это и правда, но главный редактор ведущего еженедельного издания в Белоруссии «Наша нива» Андрей Дынько предложил другой объяснение, более простое. Обращаясь к «русской самодержавной традиции» (как выразился Дынько), Лукашенко просто хотел вернуть степень испытываемого перед ним страха на приемлемый (с точки зрения самодержавного правителя) уровень. В последние несколько лет относительной либерализации и поворота к Западу национальный уровень страха упал, и это вселяло тревогу. Было решено проучить народ. Национальный страх должен быть выше, чем национальный долг.

Ясно одно: репрессии были запланированы без учета масштабов и характера протекания запланированных оппозицией демонстраций. Некляева избили до того, как они начались. Я поддерживал связь с независимыми наблюдателями, присутствовавшими на митингах. Они свидетельствуют, что люди со всеми признаками провокаторов стали бить окна в административных зданиях, что дало повод заранее стянутым войскам специального назначения начать действовать. Конечно, к теориям заговоров всегда надо относиться с аккуратностью, но иногда заговоры действительно существуют.

Но европейский Мугабе посмел сделать все это исключительно потому, что за десять дней до выборов внезапно договорился с Россией. Теперь Россия снова будет предоставлять ему нефть по субсидированным ценам, а он — перепродавать ее и получать прибыль. Со своей стороны он согласился на условия создания «единого экономического пространства» с Россией и Казахстаном.

Перед этим, однако, все было резко по-другому. России, казалось, Лукашенко надоел; по российскому телевизионному каналу, принадлежащему Газпрому, даже показали четырехсерийный фильм, в котором его критиковали как коррумпированного «крестного отца» мафии. Тем временем в Минск прилетели главы внешнеполитических ведомств Польши и Германии и привезли с собой смелое предложение: если Лукашенко проведет достаточно честные выборы, то его страна вступит обратно на путь к европейской цивилизации, а ЕС поможет ему пройти по этому пути, предоставив гранты и займы на сумму свыше трех миллиардов евро.

Конечно, такое предложение всегда рискованное, но с учетом имевших место в то время обстоятельств его стоило рассмотреть. Теперь, однако, Россия явно снова на его стороне, и, трезво и по-ленински оценив устои своей власти, Лукашенко решил сам хлестнуть свой народ кнутом, а Евросоюзу — сказать, куда засунуть пряник.

Белоруссия далеко, в Западной Европе о ней обычно ничего не знают. Но тем больше оснований для нас осознать, что происходит в этой стране. Год выдался плохим для Европы, и конец его — тоже. До сих пор не разрешенный кризис еврозоны — это, конечно, гораздо большая опасность для либерального видения современной истории Европы как непрерывного движения в сторону большей свободы, процветания и интеграции. Но если ЕС уже не может оказывать силу притяжения на маленькую нищую страну, стоящую у его порога, то это тоже большой удар. В последних публикациях я сетовал, что Индия не смогла своим влиянием обернуть ход событий в Мьянме к лучшему. Белоруссия — это наша европейская Мьянма.

Мы должны сделать все, что будет в наших силах, чтобы освободить этих политических заключенных, чтобы они смогли провести сезон праздников со своими родственниками и Дедом Морозом, только более добрым. А потом — в начале следующего года — Европейский Союз должен очень внимательно и спокойно рассмотреть свое отражение в белорусском зеркале. Возможно, смотреть будет не очень приятно.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.