Atlantico: Россия стремится упрочить связи с Пакистаном, тогда как США начинают продавать оружие Индии. Такое положение дел выглядит весьма неожиданно, потому что за последние годы все привыкли видеть Исламабад в числе лучших союзников Вашингтона, а Дели, наоборот, держался ближе к Москве. О чем говорят эти новые тенденции?

Жан-Люк Расин: Давайте не будем горячиться и рассмотрим это сближение в перспективе. В отношениях России и Пакистана действительно обозначились перемены, но дело в том, что их изначальный уровень был крайне низким. В 1950-х годах Пакистан в отличие от Индии выбрал равнение на западные страны, а затем оказал поддержку Афганистану во время вторжения советских войск. И наоборот, в 1971 году Индия и СССР подписали договор о дружбе. Все это объясняет столь плачевное состояние отношений Москвы и Исламабада.

Тем не менее, год или два назад в отношениях наметилось потепление, и новость о договоре на поставки российских боевых вертолетов в Пакистан стала началом поворотного момента в оборонной сфере. Пока все тут весьма ограниченно. А визит Владимира Путина в Индию 11 декабря напоминает, что двусторонние отношения Москвы и Нью-Дели все еще очень прочны. Российско-пакистанским связям до них еще далеко.

— Могут ли эти перемены омрачить традиционно хорошие отношения США с Пакистаном или России с Индией, которые все еще во многом формируют структуру геополитической ситуации в регионе?

— Критика здесь, конечно, может возникнуть, но мы живем в мире, где все могут говорить со всеми. Отношения России и Индии недавно вновь были подкреплены, а проект поставок оружия в Пакистан, хотя и возник недавно, должен рассматриваться в связи с планами Дели о постройке 4 тысячах боевых вертолетов на основе российской техники. Сближение России и Пакистана объясняется главным образом уходом натовских солдат из Афганистана, укреплением связей Индии с США и последствиями украинского кризиса, который меняет отношения между Россией и Азией.

— Россия оказалась в тяжелейшей экономической ситуации. Объясняются ли ее попытки сблизиться с новыми игроками начавшимся в стране смутным временем? Проявит ли Москва больше доброй воли и стремления к сотрудничеству, чтобы тем самым найти новые источники поддержки?

— Безусловно. Что касается вопроса продажи боевых вертолетов, многие аналитики отмечают, что воздушная техника и оружие афганских сил, которым скоро придется в одиночку бороться против талибов, поступает из России. Иначе говоря, продажи уже начались. Кроме того, кризис, санкции и резкое падение курса рубля подталкивают Москву к выходу на новые рынки. В диалоге с Индией она будет напирать на то, что поставляемые пакистанцам боевые вертолеты будут использоваться для борьбы с талибами в племенных зонах. Но у меня нет уверенности, что индийцы примут такую позицию.

— Сила США в дипломатической сфере во многом опирается на потенциал вооружений, доступных для покупки странами, которые все активнее стремятся обеспечить свою безопасность. Какие изменения могут произойти в этой «дипломатии оружейной торговли»?

— Сейчас главный вопрос заключается в том, что на самом деле будет собой представлять американская стратегия «поворота в сторону Азии» и перебалансировка американских сил на континенте, о которой говорила Хиллари Клинтон во время первого мандата Барака Обамы. В 2012 году она была вновь подтверждена Пентагоном. Эта тенденция, безусловно, объясняется стремлением Китая закрепиться в окрестных морях. В Японии, Южной Корее и Юго-Восточной Азии возникают вопросы насчет прочности американской обороны.

Таким образом, США необходимо укрепить свое присутствие в региональной обороне. Но все это было до украинского кризиса и появления Исламского государства... Американцы сейчас стремятся успокоить союзников, продемонстрировав свое присутствие, и в этой связи занимаются продажей оружия (сюда входит и передача технологий). Индия же стала с 2009-2010 года крупнейшим импортером оружия в мире. Причем, не только для США.

— Может ли тот факт, что Индия и Пакистан углубляют связи с общими торговыми партнерами, изменить что-то в их традиционно конфликтных отношениях?

— Вряд ли. Двусторонние отношения этих государств постоянно мотает из фазы переговоров и диалога в фазу их прекращения и обострения конфликта в результате инцидентов или терактов в горячих точках вроде Кашмира. Ничто не сдвинется с места, пока не будет решен вопрос Кашмира, на что потребуется время. Кроме того, армия играет ключевую роль в пакистанских властных структурах, что никак не поспособствует мирному урегулированию ситуации.

Жан-Люк Расин (Jean-Luc Racine), старший научный сотрудник Национального центра научных исследований.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.