По мнению многих западных исследователей, отсутствие революционных технологических инноваций — одна из главных причин нынешнего многолетнего застоя в мировой экономике. За последние 25 лет, после начала дигитальной революции (интернет и мобильная связь), не было сделано значительных технологических открытий, которые бы принципиально повлияли на экономику. Скорее наоборот, инновации дробятся на новые, более мелкие изобретения в уже открытых IT-областях (создание новых интернет-платформ, видеоигр, мессенджеров, приложений, улучшение качественных характеристик связи и т.д.) По данным американского экономического издания Inc, наиболее «инновационной» компанией 2016 года инвесторы назвали Vulcun — своего рода интернет-казино для видеоигр. Также в десятке наиболее перспективных стартапов — Juicero — управляемая по интернету соковыжималка.

Однако меняют ли эти стартапы что-либо в нынешней безрадостной экономической ситуации? Ответ очевиден — нет. Все это слишком мелко в сравнении с теми революционными технологическими прорывами, которые произошли за последние 150 лет, такими как начало автомобильной эры, открытие атомной энергии, выход в космос и т.д.

Более того, стало очевидно, что нынешний 3-й этап технологической революции (дигитальный) намного меньше повлиял на уровень благосостояния западного общества, чем предыдущие два. Для жителей стран «золотого миллиарда» (США, Западной Европы, Японии) уровень доходов не вырос за последние 30 лет, а кое-где и снизился. Оговоримся, что речь идет о «ядре» капиталистической системы, в то время как в ряде стран периферии уровень жизни повысился за счет «догоняющего развития».


Масштаб воздействия трех научно-технических революций на качество жизни оказался несоизмеримым: первая революция (создание паровой машины и ткацкого станка в конце 18-го — начале 19-го века), вторая (электричество и двигатель внутреннего сгорания в конце 19-го — начале 20-го веков) изменили качество жизни принципиально. Вместе с тем, третья, или дигитальная революция (начиная с 70-х годов 20 века), хотя и сделала жизнь более интересной, к повышению реального благосостояния на Западе не привела. В США до сих пор вспоминают 60-е годы, когда один «кормилец» мог содержать семью с тремя детьми. Сегодня уровень жизни западного среднего класса падает катастрофически.

Что касается начинающейся 4-й научно-технической революции (к которой относят генную инженерию и 3D-принтеры), еще неясно, поднимет ли она уровень благосостояния и даст ли ожидаемый импульс экономическому развитию. В реальной жизни сейчас происходит всего лишь углубление и доведение до логического конца третьей (дигитальной) революции, при том, что важнейшие достижения в этой области уже сделаны. Последние данные по продажам Apple указывают на то, что насыщение рынка смартфонами и планшетами практически достигнуто. Примечательно, что далеко не завершена и эра 2-й промышленной революции, основанной на нефти и ископаемом сырье.

Все больше экономистов и историков задумывается над тем, что поступальное развитие западной экономики в конце 20 века ушло в виртуальную область, то есть в интернет. В классическом фильме Стэнли Кубрика «2001-й год: Космическая одиссея» (созданном в 1968 году) показано, как в начале 21 века земляне покоряют околосолнечное пространство. Собственно, в этом мало кто сомневался. Однако теперь, почти полвека спустя, мы видим деградацию aмериканского агентства NASA и вообще — неспособность деиндустриализованного Запада осуществлять грандиозные проекты, такие как строительство Панамского канала или выход человека в космос.

Еще совсем недавно считалось признанным фактом, что использование компьютеров, смартфонов, электронной почты и интернета не только изменит повседневную жизнь, но также повысит производительность экономики и, соответственно, уровень благосостояния. Однако реальность оказалась несколько иной. Мировая экономика так и не смогла оправиться после финансового кризиса 2008 года. Темпы роста в развитых странах не превышают одного процента и приближаются к нулю. И это — несмотря на дешевую нефть и почти нулевую ставку по кредитам. Экономисты ломают голову, как преодолеть стагнацию — путем снижения налогов, введения режима экономии, госстимулирования или других мер. Однако все больше ученых приходят к выводу, что главная причина — отсутствие революционных инноваций. Хотя такие инструменты, как смартфоны, планшеты, компьютеры и т.д. могут быть полезны и интересны в повседневной жизни, с точки зрения производительности труда и занятости они мало что меняют.

Родоначальником этого критического переосмысления IT-революции стал американский экономист Роберт Гордон, который написал на эту тему капитальный труд «Взлет и падение американского (экономического) роста» (The Rise аnd Fall of American Growth). Согласно его тезису, реальное повышение уровня жизни на Западе произошло в период 2-й технологической революции с 1870 по 1970 годы, оно было грандиозней, чем за всю предыдущую историю человечества. Электричество, автомобили и авиация, бытовая техника, которая освободила женщин от домашнего рабства, современные дома, водопроводы и отопление — все это по воздействию на образ жизни невозможно сопоставить с виртуальными играми в компьютерах. Особенно высокий рост производительности труда наблюдался в период с 1920 по 1970 годы, а затем резко ослаб. Это касается всех стран Запада без исключения. Рост производительности труда приблизился к нулевой отметке еще до начала финансового кризиса 2008 года. Подробные статистические данные на этот счет, изложенные австрийским исследовательским центром IHS, показывают, что «имеет место ярко выраженный процесс замедления технического прогресса». Авторы доклада отмечают, что, несмотря на рост вложений в сферу НИОКР (Научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы), ожидаемого воздействия на сферу экономики они не произвели. Это еще раз подтверждает тезис Роберта Гордона, что третья, или дигитальная технологическая революция не привела к значительному росту материального благосостояния.

Интернет и мобильная связь подняли производительность труда на Западе лишь в короткий период 1994-2004 годов, а последующие инновации, такие как смартфон, не оказали на нее статистически значимого воздействия. Экономисты находят этому следующее объяснение: большинство людей на Западе работает в сфере обслуживания, а на эту область IT—инновации влияют очень ограниченно. Большинство IT—новинок сосредоточено в области развлечений и коммуникаций, то есть мало связано с производительным процессом в компаниях.

В частных домах дигитальная революция также привела к меньшим сдвигам, чем в предыдущие два этапа. Согласно австрийской статистике, в 2010 году среднее домохозяйство расходовало лишь 3,7% дохода на мобильные телефоны, интернет, компьютеры и развлекательную электронику. К тому же, современные интернет-компании предоставляют гораздо меньше занятости населению, чем традиционные фирмы времен «2-й революции». Для сравнения, во всем мире три гиганта IT-индустрии (Google, Microsoft и Apple) имеют в штате 250 тысяч сотрудников, в то время как на одном немецком концерне Siemens работают 350 тысяч человек.

«Технологические пессимисты» вроде Роберта Гордона считают, что в случае 4-й технологической революции все эти 3D-принтеры, роботы, дроны и генные инженерии даже в малой степени не обеспечат той занятости, которую предоставлют предприятия «2-й технологической волны», например тот же автопром.

Вместе с тем, высказываются и альтернативные точки зрения, согласно которым в новую постиндустриальную эпоху достичь прежних темпов роста уже никогда не удастся, уровень жизни на Западе достиг своего предела в количественном отношении. Многие считают понятие роста ВВП устаревшим, так как оно не отражает качества жизни. С этой точки зрения дигитальная революция значительно улучшила качество жизни во всем мире. Человеческая коммуникация, поток информации, услуги и развлечения — все это почти не отражается в таком «грубом» понятии, как ВВП, которое оперирует чисто материальными единицами.

Вопрос остается в соблюдении баланса между реальной и виртуальной экономикой. Действительно, в последние десятилетия этот баланс был нарушен: инвесторы предпочитают работать не в реальном, а в финансовом секторе, где они надувают виртуальные пузыри и ничего не производят. Люди уходят в виртуальный мир и теряют чувство реальности, становятся интернет-зависимыми, а государства печатают виртуальные деньги и наращивают колоссальные долги.

Вместе с тем, этот мир остается материальным, и в нем остается множество нерешенных материальных проблем, Нельзя забывать, что больше половины населения планеты не имеет доступа к элементарным благам современной цивилизации, для них не наступил и 2-й этап научно-технической революции. Ряд пилотных проектов ООН в Африке сводится к созданию туалетов типа «сортир», поскольку люди продолжают справлять нужду на улице. Сохраняются проблемы голода, нехватки воды, загрязнения окружающей среды, перенаселения. Все это потребует прорывных инновационных решений в сфере реальной экономики, ибо от этого зависит выживание человечества.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.