Когда в октябре 2019 года состоялся первый саммит «Россия-Африка», большинство экспертов в отрасли полагали, что окончательное решение об инвестициях в обсуждаемые проекты принято не будет по причине неясных экономических перспектив.

Проекты имели отношение к экспорту пшеницы, ядерных технологий, обычного оружия и добыче полезных ископаемых, но главное место заняла продажа нефти.

Согласно докладу, опубликованному на американском веб-сайте Oil Price, после продления соглашения ОПЕК+ на третий год подряд и стабилизации цен на нефть на уровне 60 долларов за баррель у российских нефтяных компаний оказалось достаточно денег для инвестирования. Однако, как пишет автор Виктор Катуна, перспективы местных проектов неоднозначны, поскольку никто не хочет, чтобы его собственный проект попал в категорию «резервных мощностей».

По его мнению, международные санкции и их последствия заставили Россию переключить внимание с регионов, куда она привыкла инвестировать. В настоящее время «Газпром» больше не является желанным инвестором в Европе, и даже частная компания «Лукойл» сократила свой бизнес на континенте.

Что касается инвестиционных проектов в США или Канаде, то они невозможны по политическим причинам. И если на Ближнем Востоке национальные нефтяные компании стали сильными конкурентами Москвы из-за упомянутых выше факторов, то естественным образом наиболее подходящим для российских инвестиций регионом стала Африка.

При этом Министерство энергетики не хочет связывать российский интерес к Африке с ограничениями в рамках ОПЕК+, заявив, что для начала работ по проектам с нуля обычно требуется от пяти до семи лет. Как следствие, временной разрыв между нынешними условиями и началом производства в будущем настолько велик, что сложно делать какие-либо прогнозы.

Тем не менее никто точно не знает, когда именно прекратит действовать соглашение ОПЕК о сокращении добычи нефти. Нефтяные компании должны быть готовы к любому повороту событий и не могут действовать, исходя из решения об увеличения добычи до нормального уровня.

Поскольку большинство крупных американских компаний сосредоточено на добыче сланцевой нефти и глубоководных проектах, Россия хочет играть новую роль в Западной Африке.

Комплексные обязательства

Как сообщает автор публикации, Демократическая Республика Конго стала одной из главных точек российских инвестиций в Африке, однако она не является первой африканской страной, в экономических проектах которой участвует Россия. Ранее нефтяная компания «Роснефть» приобрела долю в проектах по добыче газа в Египте и Мозамбике, в то время как «Лукойл» успешно работает в Гане.

Тем не менее, возможно, в Конго, российские компании впервые взяли на себя комплексные обязательства, которые подразумевают принятие решений касательно инфраструктуры.

Автор считает странным, что эти компании возглавит не нефтегазовое предприятие, а государственная корпорация ВЭБ. Она должна завершить сделку с конголезской национальной компанией, связанную со строительством нефтепровода в Конго.

Этот нефтепровод соединит конголезский порт Пуэнт-Нуар и терминал Малуку рядом с Киншасой и тем самым обеспечит поставки бензина, дизельного топлива и керосина.

Кроме того, ведущая российская компания в сфере производства стальных труб ТМК в ближайшие недели заключит контракт в рамках этого проекта, однако неизвестно, какая нефтяная компания возьмет на себя эту задачу.

Государственная корпорация сыграет роль связующего звена между конголезскими нефтяными предприятиями и российскими компаниями, а это значит, что крупные компании не будут участвовать в проекте.

Сделка по строительству трубопровода была заключена через несколько месяцев после того, как ведущая российская нефтяная компания «Лукойл» купила 25% акций в зоне Marine XII.

Зоной управляет компания Eni. Она включает в себя пять открытых месторождений с общим запасом 1,3 миллиарда баррелей нефти. Планируется добывать до 100 тысяч баррелей в сутки, что в три раза превышает текущий уровень добычи, равный около 30 тысячам баррелей в сутки.

Инвестиции на сумму 770 миллионов долларов в зону Marine XII дополнят предыдущее участие «Лукойл» в проектах Ганы, где решено начать работы на ультраглубоководном месторождении Pecan. Оно расположено в зоне Deepwater/Tano Cape Three Points.

Будущие геологоразведочные работы

Кроме того, «Лукойл» и российская геологоразведочная компания «Росгеология» подписали отдельные соглашения с Экваториальной Гвинеей о будущих работах в этой стране.

Так как большая часть Нигерии находится под контролем крупных международных компаний, которые решили прийти в Западную Африку гораздо раньше России, судя по всем, последняя стремится найти место в южной части Гвинейского залива.

Соглашение о строительстве нефтепровода с Демократической Республикой Конго закрепляет российское присутствие на рынках этой страны и Республики Конго, ведь по трубопроводу будут идти поставки как в Киншасу, так и Браззавиль.

Разведочные работы, вероятно, также начнутся в Камеруне, где «Лукойл» приобрел 37,5% акций в оффшорном месторождении Etinde в 2014 году. Если бурение в Экваториальной Гвинее пройдет успешно, то Россия охватит большое пространство в Западной Африке.

Российские компании стремятся добиться всего этого, движимые внутренними целями, которые не будут достигнуты, если они сосредоточатся на проектах в самой России, в то время как ОПЕК+ оказывает давление на компании, и те не должны отставать, пока другие активно ищут новые возможности.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.