Рубль падает, российский Центральный банк отказывается от покупки иностранных валют, правительство делает все, чтобы предотвратить панику. Последствия обвала нефтяных цен огромны. Но у России были веские причины пойти на все это. И кроются эти причины в США.

В понедельник, ставший «черным» для сырьевых бирж, в России никому не пришлось оправдываться за то, что цены на нефть из-за ее отказа договориться со странами ОПЕК обвалились почти на треть — до 31 доллара за баррель. Это сильнейшая просадка со времен войны в Персидском заливе 1991 года.

В России вчера был праздник.

Но у тех, кто вчера следил за новостями или посещал открытые круглосуточно магазины, праздничное настроение быстро улетучилось. Они-то наверняка догадались, что произошло.

Рубль обрушился, и евро разом подскочил с почти 76 до 83-х с лишним рублей. Центробанк заявил, что на 30 дней откажется от покупки иностранных валют, чтобы предотвратить дальнейшее падение курса рубля и бегство капитала в иностранные валюты.

А российское Министерство финансов в свою очередь сочло нужным сообщить, что государство будет в состоянии выполнять свои задачи и в случае долгосрочного снижения нефтяных цен: в Фонде национального благосостояния достаточно накоплений.

Учла ли Россия в своих расчетах такой сценарий? Осознавал ли второй по величине экспортер нефти в мире последствия своего решения, когда отверг в пятницу предложение ОПЕК во главе с Саудовской Аравией по дальнейшему ограничению добычи «черного золота», ведь цель была поддержать цены с учетом давления экономического спада?

Учитывала ли Москва, что согласованные в рамках альянса ОПЕК+ ограничения добычи будут отменены, и 1 апреля каждый участник рынка сможет вывести на него столько нефти, сколько захочет?

Борьба с американскими производителями сланцевой нефти

И могла ли Россия ожидать, что Саудовская Аравия отреагирует на ее отказ от сделки демпингом и предложит своим азиатским клиентам беспрецедентную сделку в 6-8 долларов за баррель?

Если верить версии, преобладающей среди российских экспертов, то руководство в Москве знало, на что идет. «Я уверен, что это было ожидаемо и запланировано», — говорит аналитик нефтяного рынка крупнейшего российского брокера БКС Кирилл Таченников.

Главный расчет, по его словам, состоял в том, что от падения цен пострадают в первую очередь американские производители сланцевой нефти, заполонившие рынок в последние десять лет. Американским компаниям придется ввиду сокращения инвестиций урезать свои мощности.

Аналогично высказался и заместитель генерального директора аналитического отдела инвестиционной компании «ЦЕРИХ Капитал Менеджмент» Андрей Верников: «Российские генералы сырьевого сектора решили бороться с производителями сланцевой нефти из США».

Россия стремится удержать свою долю рынка

Действительно, для закредитованных американских нефтедобытчиков нижним пределом рентабельности является цена в 35 долларов за баррель. Из-за вспышки коронавируса для них с января и так сложилась крайне неблагоприятная ситуация. Для российских производителей приемлема и более низкая цена.

Российское государство, пострадавшее от эпохального обвала нефтяного рынка в 2014 году (до уровня ниже 30 долларов за баррель), спланировало бюджет, исходя из цены в 40 долларов. А вот саудовцам необходима цена более 80 долларов.

По словам эксперта Таченникова, Россия действовала не бездумно, а прекрасно понимая, что избыток предложения на мировой рынке составляет 4-5 миллионов баррелей в день. В Москве осознавали, что предложенного ОПЕК ограничения добычи на 1,5 миллиона баррелей в день и так было бы недостаточно, чтобы выровнять баланс спроса и предложения.

«Позиция России состоит в том, что добиться этого баланса можно лишь при восстановлении спроса, а не при сокращении добычи. И Россия предпочитает сохранить свою долю рынка, не отдавая ее производителям сланцевой нефти».

Потери в 100 миллионов евро в день

Примечательно, что именно на это и рассчитывала Саудовская Аравия, когда в 2014 году максимально открыла нефтяной вентиль. Однако они совершенно не ожидали, что американские компании благодаря своим технологическим разработкам смогут выстоять. Сюрпризом для них стало и то, что цена на нефть, рухнувшая со 115 до 30 долларов, с тех пор всего однажды сумеет подняться выше 70 долларов.

В итоге этот просчет привел к тому, что в 2016 году Россия впервые в истории присоединилась к ограничениям нефтедобычи, введенным ОПЕК. Так альянсу ОПЕК+ удалось несколько стабилизировать цены. Труднее всего при этом было по-настоящему довериться друг другу, признался тогда российский министр энергетики Александр Новак в интервью нашему изданию.

Теперь же по доверию (и тем самым по ОПЕК+) нанесен мощнейший удар. Кто-то в России во всем винит саудовцев, которые своим предложением по радикальному сокращению добычи пытались шантажировать Москву, а теперь сами еще больше пострадают от обвала цен.

Насколько сильно придется пострадать России, подсчитал Леонид Федун, вице-президент концерна «Лукойл» — второй по величине нефтяной компании страны. По его словам, при снижении цены с 60 до 40 долларов за баррель экспорт «черного золота» сократится на 5 миллионов баррелей в день, что обернется потерей 100-150 миллионов долларов в день.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.