После исторического краха в марте ситуация на рынке нефти, кажется, снова успокаивается. Со смягчением ограничений из-за коронавируса растет спрос в промышленности, а вместе с ним и цена на нефть. Но на этом хорошие новости для российской нефтяной промышленности заканчиваются. Именно в этот момент относительной стабилизации российский топ-менеджер Анатолий Чубайс выступает с призывом: Россия должна использовать нынешний кризис и, наконец, положить конец зависимости своей экономики от нефти.

На продажу нефти и газа приходятся 20% российского ВВП, около 40% налоговых доходов и 60% экспорта. Из-за падения цен в 2020 году российские нефтяные концерны не досчитаются почти 20 миллиардов евро прибыли, а российское государство — почти 50 миллиардов налоговых доходов. Таковы прогнозы.

Чубайс — один из последних либералов от экономики, близких к Кремлю. Он руководит государственной инновационной компанией «Роснано», задача которой — развивать и продвигать высокие технологии будущего. В интервью российскому Forbes он заявил по поводу нефтяной промышленности, лежащей в основе российской экономики: «Если лошадь сдохла, надо с нее слезть».

Эта дискуссия ведется российскими экономистами уже почти два десятилетия — в течение всего президентства Владимира Путина. Но в действительности сделано мало. Министр энергетики РФ Александр Новак сказал недавно слова, которые кажутся банальными: «Также не стоит забывать, что нефтяная отрасль должна не только добывать нефть, но и заниматься переработкой». Эти слова очень точно описывают главную проблему: долгое время на нефти можно было так хорошо зарабатывать, что ключевым российским политикам даже не приходилось думать о других источниках создания добавленной стоимости — и уж тем более о фундаментальной реформе и реструктуризации экономики.

Роснефть — крупнейший налогоплательщик, она опережает Газпром

Но даже если слова Чубайса не новы, в нынешней ситуации они сродни объявлению войны Игорю Сечину. 59-летний Сечин двенадцать лет возглавляет концерн, в котором последние два года главой Совета директоров является бывший канцлер ФРГ Герхард Шрёдер. Роснефть — крупнейший российский нефтяной концерн, а также крупнейший налогоплательщик, опережающий Газпром.

Сечин — центральная фигура в российской экономике, многим в стране он кажется зловещим. Ни у кого больше, за исключением Путина, нет столько власти. И он эту власть скрупулезно использует. Из-за угрюмого внешнего вида в России его прозвали Дартом Вейдером. В публичном пространстве он практически не присутствует, но зато дергает за ниточки за кулисами. Вот уже 25 лет Сечин — близкий соратник Путина. Он был секретарем Путина в мэрии Санкт-Петербурга, затем переехал вслед за ним в Москву, сначала работал в администрации президента, затем стал заместителем председателя правительства.

Сечин убрал с пути политического противника

Час Сечина пробил летом 2003 года. Совет безопасности предостерегал об опасности «путча олигархов». Одного — Михаила Ходорковского — наказали, и это должно было послужить уроком всем остальным. Организовал ли Сечин уничтожение «ЮКОСа»? Это спорный вопрос. Бесспорны, однако, последствия: занимающая на тот момент второе место компания «Роснефть», во главе Совета директоров которой находился заместитель руководителя администрации президента Игорь Сечин, приняла контроль над активами «ЮКОСа».

В мае 2012 года Сечин окончательно встал у руля компании как глава концерна. Почти через год Роснефть стала крупнейшей в мире нефтедобывающей компанией, представленной на бирже. В конце 2016 года она снова попала на первые полосы в СМИ из-за инцидента с министром экономики Алексеем Улюкаевым, который осмелился перечить планам Сечина приобрести небольшую, но привлекательную нефтяную компанию «Башнефть». Сечин собственноручно поставил ловушку министру: Улюкаева задержали на подземной парковке концерна «Роснефть» с 2 миллионами долларов наличными, которые он получил ранее в офисе Сечина. До этого Сечин общался со спецслужбами. В ходе судебного процесса, который отчасти превратился в фарс, министра приговорили к многолетнему тюремному сроку.

Огромная потребность в инвестициях в российской нефтяной промышленности

Этой весной Сечин стал центральной фигурой в нефтяной войне России с Саудовской Аравией. Российский менеджер хотел полной отмены квот на добычу, но потом пришел коронавирус, и спрос на нефть резко снизился. В результате Сечину пришлось сдаться. В рамках глобального ограничения квот на добычу он согласился на сокращение российской добычи на 2,8 миллиона баррелей на два месяца.

На первый взгляд это не трагедия. Но бывший заместитель министра энергетики Владимир Милов предостерегает в своем блоге, что Россию после истечения срока ограничений добычи может ждать неожиданность: она проснется, как Спящая красавица, а мир уже не будет прежним. Во-первых, согласованных ограничений добычи недостаточно для продолжительной стабилизации цен на нефть. Во-вторых, в российской нефтяной промышленности есть огромная потребность в инвестициях, поскольку во многих местах добыча ведется по устаревшим технологиям.

Другие эксперты исходят из того, что потребность в нефти — если она вообще есть — будет возвращаться на докоронавирусный уровень очень медленно. Кроме того, прежде всего в Западной Европе в ближайшие годы из экологических соображений значительно повысятся налоги на ископаемые энергоносители. Сбыту российской нефти это может нанести особый ущерб, ведь в ней чрезвычайно высоко содержание серы.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.