Поговаривают, что Нобелевский лауреат Милтон Фридман в шутку сказал, что если федеральное правительство будет руководить пустыней Сахара, то через пять лет там возникнет песочный дефицит.

Данный антиправительственный настрой был подхвачен несметным количеством энтузиастов свободного рынка. Президент Рональд Рейган в своей первой инаугурационной речи ясно выразился: «Правительство не решает наших проблем. Правительство и является нашей проблемой». На протяжении десятилетий эта точка зрения обсуждалась на американских политических дискурсах.

В результате, такого рода враждебное отношение к правительству обошлось дорого. Это способствовало, не только, возникновению недавних отказов электросети в Техасе, но и череде подобных аварий включая: меры реагирования на ураган Катрина, финансовый кризис 2008 года, пандемию covid-19 и климатический кризис.

Ни одна из этих проблем не возникла неожиданно. В 2011 году из-за заморозков в Техасе произошел аналогичный сбой в энергосистеме заставив Федеральную комиссию США по регулированию в области энергетики предостеречь штат от более серьезных сбоев. Однако Техас не только не предпринял этих мер, но и не позволил энергокомпаниям штата подключиться к национальной энергосистеме, освободив их от федерального регулирования.

Впереди нас ждут еще более серьезные проблемы. Ссылаясь на опыт, обретенный во время пандемии, романист Иэн Макьюэн писал в своей книге: «Эпидемия коронавируса ‒ это наша генеральная репетиция всех бедствий и трагедий, которые может принести климатическая чрезвычайная ситуация». Вот как романист Иэн Макьюэн описал это в своей книге 2019 года «Необитаемая Земля. Жизнь после глобального потепления», ‒ штормы, засухи и лесные пожары последних лет являются лишь намеком на более серьезные угрозы, которые ждут нас впереди.

Антиправительственное движение является самым большим препятствием на пути общества к преодолению этих угроз. И сейчас самый подходящий момент, чтобы проанализировать экономические аргументы противников правительства с их точки зрения.

Многие ссылаются на теорию «невидимой руки» экономиста Адама Смита в поддержку своего утверждения о том, что независимые рынки используют личные интересы индивидуумов на благо всего общества. Вклад Смита заключался в выявлении условий, при которых можно ожидать подтверждения данной теории. Однако Смит прекрасно осознавал, что личные и общественные интересы часто расходятся.

Вот почему большинство современных экономистов считают, что общество лучше всего функционирует, когда ресурсы распределяются и за счет частных рыночных сил, и с поддержкой правительства. Однако влиятельная группа экономистов находится на другом краю спектра мнений, многие из которых, вдохновлены мистером Фридманом, и враждебно относятся практически к любому причастию государства в экономической жизни страны.

Многие их аргументы основаны на убеждении, что правительство по своей природе действует неэффективно. По правде говоря, есть мосты ведущие в никуда и другие яркие примеры расточительности правительства. Однако детальное изучение местных, государственных и федеральных бюджетов органов власти показывает, что большая часть государственных расходов уходит на предоставление услуг, которые ценятся большинством граждан.
Более того, в частном секторе также присутствуют существенные затраты, большая часть которых обусловлена индивидуальными решениями о покупках, которые налагают расходы на других людей.

Предположим, например, что каждый владеет автомобилем стоимостью менее 2 500 фунтов, затем кто-то покупает автомобиль, который стоит 5 000 фунтов. Этот человек будет подвергаться меньшему риску травм и смерти, чем раньше, а все остальные ‒ большему. Лучшим решением для них может быть покупка автомобиля стоимостью 5 000 фунтов, в этом случае риск возрастет для всех.

Как вы можете помнить, аналогичное происходило в переполненных закрытых помещениях до начала пандемии, когда люди разговаривали громко, чтобы их лучше слышали, но ситуация изменилась, если бы все говорили тише.

В таких случаях благоразумное поведение индивида оказывается общественно иррациональным. Было бы лучше почти для всех купить автомобиль стоимостью в 2 раза меньше, в обратном же случае это является просто-напросто расточительством.

Налогообложение автомобилей по весу было бы относительно ненавязчивым решением проблемы. Однако противники правительства могут возразить, сказав, что такие меры подвергают психологической атаке. Да, такой же, как и ограничения скорости и светофоры. Во всех странах существует политика, направленная на повышение степени согласованности индивидуальных и общественных интересов, и на то есть веские причины. И раз уж мы должны облагать что-то налогом, то почему бы не облагать налогом деятельность, причиняющую вред другим? Каждый доллар, вырученный от таких сборов, может сделать вычет налогов, которые в настоящее время налагаются на полезную деятельность.

Бывший президент Джордж Буш-младший однажды сказал: «Мы не считаем, что специалисты в области планирования вправе принимать решения от имени американцев». Однако это именно то, что общество предлагает делать правительственным бюрократам, и опять же по уважительной причине: даже если люди столь же рациональны, а рынки столь же конкурентоспособны, как считал г-н Фридман, индивидуально обдуманные действия часто приводят к явно плохим результатам. Этот простой, неоспоримый факт всегда был главным основанием для участия государства в экономической жизни.

Например, правительство требует установки каталитических нейтрализаторов на автомобили, потому что решение установить их обойдется дорого для каждого и не окажет заметного влияния на улучшение качества воздуха. Однако, когда все устанавливают каталитические нейтрализаторы, выгода значительно перевешивает соответствующие затраты.

Многие представители антиправительственного движения возражают против несправедливого ограничения свободы людей, основанными на фактах нормативными актами в области общественного здравоохранения, как это происходит, когда власти штатов и местные органы власти вводят постановления о масках. Меры по ограничению поездок или посещения спортивных мероприятий, университетов или рабочих мест людьми, прошедшими вакцинацию против коронавируса, вызывают столь же резкое неприятие. Но и эти меры основаны на противоречии между индивидуальными и коллективными интересами, к примеру отказ от вакцинации и ношения масок подвергает большому риску заражения не только отдельно взятого человека, но и множество других людей.

Как писал Джон Стюарт Милль, знаменитый защитник свободы личности: «Единственная цель, с которой можно по праву осуществлять власть над любым членом цивилизованного сообщества против его воли, — это предотвратить причинение вреда другим». Без весомых аргументов, что смерти, которые легко предотвратить, не являются вредом для других, трудно утверждать, что ограничения во время пандемии не выдерживают проверку Милля.

Конфликт интересов между индивидами и обществом также мотивирует государство вмешиваться в дела климатической и финансовой нестабильности.

Сокращение выбросов углекислого газа приносит пользу миллиарду людей, однако для отдельно взятого человека это может повлечь за собой последствия, которые ему обойдутся дорого. Аналогичным образом, необоснованный кредит может повлечь за собой лишь небольшие издержки для банка, который его выдает, но последствие такого кредита может спровоцировать многолетний экономический кризис, который затронет всех людей.

Энтузиасты свободного рынка часто настаивают на том, что люди тратят свои собственные деньги более осторожно, чем любой бюрократ. Такое наблюдение не учитывает того, что индивидуальные и общие интересы часто не совпадают.

Прямую ответственность за основные угрозы, с которыми сталкивается общество в наше время несут те, чьи расходы направленны на удовлетворение своих личных потребностей. И, по большому счету, самым серьезным препятствием для совместных действий, необходимых для противостояния этим опасностям, является убеждение, что правительство ‒ наша самая большая проблема.

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.