Степень обмана, связанного с нашим решением принять участие в войне в Ираке, становится все более зримой. Это было эпическим по своим масштабам позором для внешней политики, и все эти заигрывания в программах воскресного телевидения не могут компенсировать причиненный ущерб. Сейчас уже очень сложно не сделать вывод о том, что Тони Блэр (Toni Blair) был участником опасного обмана вместе со своим партнером Джорджем Бушем (George Bush), а затем продолжил обманывать и вводить в заблуждение общественность, в результате чего британский народ был вовлечен в кровавую войну, которую, как они совершенно однозначно заявили, они не хотели, но сейчас все труднее поверить в то, что он сам считал эти основания действительно заслуживающими доверия. И кто сейчас готов проявить наивность и допустить мысль о том, что тогдашний премьер-министр сохранил свою душу невинно распахнутой после посещения города Крофорда (Crawford), в штате Техас (Texas)?


Судить задним числом – это очень большой соблазн.  Но мы не должны об этом думать на пути к уверенному заключению о том, что главный порок господина Блэра состоял в его преклонении перед властью. Это может показаться странным в человеке, который так много потреблял дома разрушительных для  души и ума напитков. Однако Вашингтон вскружил ему голову, и он не смог отказаться от этого поприща и связанной с ним известности. В этом смысле он был слаб и, как мы видим, продолжает таковым оставаться. После всех этих печальных дней мы часто слышали, как он повторял в свою защиту привычные мантры -  «положа руку на сердце, я делал только то, что я считал правильным». Однако вся эта нарцистическая  самозащита и самоуверенность не являются ответом, объясняющим ошибочное суждение – это, конечно же, и не ответ смерти. «Привет, Блэр» - возможно эта фраза и была бы его наиболее истинной мерой («Привет, Блэр!» (Yo, Blair)  - так неофициально и достаточно фамильярно Джордж Буш обращался к британскому премьеру – прим. перев.).

Насколько эффективно сможет все это вывести на поверхность комиссия Чилкота, на вопросы которой господин Блэр будет отвечать в начале года, покажет время. Угрожающим для господина Блэра может считаться то обстоятельство, что по мере удаления его от власти все больше развязываются высокопоставленные языки в Уайт-Холле (White Hall). Можно сказать, что то презрение, которые испытывали некоторые влиятельные государственные мужи по поводу замысловатых танцевальных па на тему оружия массового поражения, начинает, наконец, проявляться в виде запоздалого сведения счетов. Осмотрительность проходит как зубная боль, а пиршество мести столь же соблазнительно, сколь и холодно.

Однако позиция комиссии по расследованию остается неопределенной. Пока, за исключением нескольких выступлений бывшего посла в Москве сэра Родерика Лайна (Sir Roderick Lyne), ее вопросы были не такими уж дотошными. Если это было сделано, исходя из веры в то, что это создаст атмосферу, способствующую прокладыванию пути к истине, то это достаточно наивно. Истина не всегда так податливо выходит наружу, иногда она ведет борьбу за то, чтобы быть услышанной. Подчас она скрывается в укрытии, побуждаемая исключительно своекорыстными интересами.

Сам сэр Джон Чилкот – заслуженный чиновник и бывший постоянный секретарь ведомства по Северной Ирландии (Nothern Ireland Office) во время конфликтов в Северной Ирландии, имеющий хорошие многолетние связи в секретных службах – будет играть здесь ключевую роль. Возможно, потребуется великая и смелая борьба против инстинкта. В британской общественной жизни лояльность и служение власти могут иногда означать больше для посвященных, чем самый каверзный вопрос более широкого смысла. Значение имеет бросаемый вашими коллегами взгляд, так что стойкость перед лицом атаки противника и угрозы разоблачения создает свою собственную иерархию чести и наград. Нелояльность, с другой стороны, означает ужасный переход в категорию изгоев, это тернистое и полное лишений изгнание из Рима, которые не многие способны перенести. Так в каком же направлении будут прыгать наши герои?

Мы надеемся, что в правильном направлении, поскольку именно в частном порядке устроенная природа власти британского истэблишмента, упрямого до потери симпатии за все эти долгие годы перед лицом современного мира, и низвела нашу политику до столь низкого уровня. Если Чилкот не сможет бесстрашно открыть истину, имеющую отношение к этой ближневосточной драме о насилии и разрушении, то тогда расследование будет сопровождаться заслуженным и испепеляющим презрением. Это будет серьезным ударом по целостности государства. Доверия это не восстановит.

На протяжении стольких лет это не имело никакого значения. Достаточно серьезные и великие вопросы решались на высоком уровне и в более изысканной атмосфере, о который простые смертные даже понятия не имеют. Одурманенный король может быть заколот где-нибудь в темном месте и отойти в мир иной, или прославленная комиссия отвернется и не станет искать каких бы то ни было недостатков у правительства. И если ценой за представленные суждения была бы выбеленная шкурка горностая, то такая цена будет с готовностью заполачена.

Но сегодня сделать это сложнее, а величина налога на бесчестие постоянно растет. Теперь наша система вновь и вновь должна доказывать свою состоятельность, она должна убеждать людей в том, что она заслуживает их лояльного к себе отношения и поддержки. Граждане глубоко верят в  демократическое право знать о том, что происходит, и они больше не готовы признать отсутствие своей значимости для обеспечения своего пропитания. Разумеется, это менее удобный мир для власть предержащих, но это значительно более хороший мир для всех остальных. Истинная трагедия Ирака, помимо всех опасностей и потерь, состоит в том, что эти события сделали любые сердечные отношения между правительством и народом мимолетными, как ложь, разносимая ветром. Они разрушили веру.

В этом значимость работы комиссии Чилкота и ее более широкий смысл. Несколько месяцев ее работы покажут нам при помощи торжественной деятельности всех этих прославленных личностей, насколько хорошо каждый из нас, а, следовательно, и вся страна соотносится с этим скомпрометированным прошлым.

Мы были свидетелями проявления потрясающей смелости со стороны наших мужчин и женщин в Ираке и Афганистане. Самые что ни на есть душераздирающие жертвы были принесены, многие из них будут в будущем воспеты в поэзии и в песнях. Однако ничто из этого не проливает – как он однажды на это надеялся – никакого звездного света на Тони Блэра. Напротив, это были деяния воинов, безрассудно брошенных на стезю смерти премьер-министром, погрязшим в самовозвеличивании, а также правящим классом – слишком закрытым, чтобы говорить правду власти.

Кен Макдональд  - королевский  адвокат, он занимается адвокатской практикой в фирме Matrix Chambers;  в настоящее время он является также приглашенным профессором в London School of Economics. В 2003-2008 годах он был директором Public Prosecutions.

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.