Несмотря на жесткость ирландцев и соло Вацлава Клауса, Лиссабонский договор, в конце концов, вступил в силу. В то же время оптимизм тех, кто верил в сильную Европу, быстро пропал, когда они поняли, что в результате мелочных сделок два неизвестных политика будут представлять обновленный Европейский союз наряду с безликим Жозе Мануэлем Баррозу. К тому же один из них вообще скептически относится к европейской структуре. Все указывает на то, что, несмотря на шанс, промелькнувший с появлением нового европейского договора, упадок Старого мира продолжается.

В уходящем году Европейский союз сделал еще один шаг в сторону интеграции. Не в первый раз. Мы можем считать Римскую империю, затем Священную римскую империю германской нации или даже походы Наполеона своего рода попытками объединить выросший из одной цивилизации европейский регион. Но укрепление национальных государств и две кровавые войны двадцатого века на какое-то время отодвинули на второй план мечты об объединенной Европе. После Второй мировой войны идеология разделила континент на две части. Шанс на реальную интеграцию появился после 1990 года, и, хотя и с большим запозданием, этот процесс ускорился к началу 21-го века. Глобальные вызовы в различных областях (от экономики до безопасности, включая экологию), а также такие преимущества Объединенной Европы, как отмена визового режима, единая валюта или свободное перемещение рабочей силы, подталкивают европейские страны к интеграции. Более тесное взаимодействие, затрагивающее не только государства-члены Евросоюза, а весь континент, включая Россию, было бы мотивировано и с точки зрения мировой политики. К тому же вряд ли кто-то может конкурировать с прогрессирующим Китаем. Сильный национальный бэкграунд и вытекающие из этого различные интересы действуют в противоположных направлениях. Во многих случаях не способствует интеграции и наполненное конфликтами историческое прошлое.


Несмотря на то, что события последних лет многим показали, что даже самые богатые страны Евросоюза не способны в одиночку бороться с такими глобальными вызовами, как изменение климата или экономический кризис, самое большее, на что способны члены ЕС, это на более тесное межправительственное сотрудничество. Но к более глубокому политическому сотрудничеству континент не готов. Шаг в сторону создания супер-государства - федеративной Европы - пугает многих. Это утверждение хорошо иллюстрируется тем, насколько страны-члены испугались перспектив вымученного европейского договора, в который было налито много воды во время его разработки. Размах был на рубль, удар получился на копейку. Европа остается безликим идущим вслепую непрочным обществом. 


Это большая беда, поскольку в мире, меняющемся в бешеном темпе, отсутствие внутреннего обновления равносильно отставанию, маргинализации в геополитическом смысле, а это говорит о том, что у Европы будет все меньше возможности сформировать мир по своему образцу. Политические разговоры о ценностях и принципах останутся лишь хоть и красивыми, но затихающими словами. Это демонстрирует прошедшая в Копенгагене конференция по вопросам климата, на которой старый континент, бывший одним из главных инициаторов, как обманутый простофиля, в конце концов, пошел на жалкий безрадостный компромисс.


С точки зрения геополитики Старый свет со времен Второй мировой войны - лишь тень самого себя. Угасающая империя, чей бывший когда-то ярким свет привычно отражается лишь в поддержании благополучия. С военной точки зрения ее давно оттеснили США. Мы уже не можем говорить о культурной доминанте, улетучивается и преимущество в сфере технологий. В то же время она стареет в сумасшедшем темпе, что уменьшает ее конкурентоспособность, верно поставленную в центр Лиссабонской стратегии, ставшей просто красивой мечтой.
Пока Европейский Союз вязнет в болоте дум о прогрессе и компромиссах, время бежит. Сегодня господство Европы лишь красивое прошлое, а Азия затеняет век Америки, и свет софитов направлен на нее. То, что влияние Европы быстро уменьшается, подтверждает тот факт, что американский президент не посчитал важным появиться на праздничных мероприятиях по случаю 20-летия падения Берлинской стены.