Всего несколько лет назад, к всеобщему облегчению, поезда тысячами увозили их отсюда. И вот они уже снова здесь. Русские. Вместо формы у них дорогая одежда, они богаты и самоуверенны. Они приходят сюда жить. По официальным данным, русских в Чехии пока проживает 30 тысяч, причем треть из них приехала в течение последних трех лет. Уже сейчас русские в Чехии – это третье по величине национальное меньшинство. И вполне можно ожидать, что цифры полезут вверх. Пропорционально тому, как будет расти недемократичность и строгость режима в России, в глазах ее подданных Чехия будет становиться все более привлекательным местом жительства.


Так что местные граждане должны найти ответ на вопрос: что же с ними делать? Дело не только в том, что большинство чехов все еще помнят русских оккупантов, которые с помощью штыков десятки лет сохраняли здесь сотрясавший все коммунистический режим. Есть и более свежие опасения. Эти люди приходят из страны, которая в докладах местных спецслужб попадает в группу «Угроза безопасности, шпионаж». Даже из газет мы знаем, что, как только какая-нибудь российская государственная компания проявит интерес к чешскому рынку, в Праге по этому поводу сразу же заседает встревожившееся правительство. Так какие же эти «наши русские»?


Любовь с первого взгляда


Среди огромных сверкающих витрин пражского торгового центра Nový Smíchov заведение пана Баксинера (Baxiněr) выглядит совершенно инородным. В узком магазинчике с вывеской «Ремонт одежды» над входом едва ли поместятся сразу два клиента, помещение разделяет занавеска, за которой раздаются стук швейных машин и русская речь. Тем не менее, пан Леонид Баксинер гордится своим предприятием. Он говорит с русским акцентом, а когда не может вспомнить какое-то чешское слово, он берет мобильный и просит своего шестнадцатилетнего сына быстро перевести. «Как следует я чешский, наверное, уже не выучу, но я хочу тут остаться, — говорит он. — В Прагу я влюбился с первого взгляда, это моя вторая родина».


История пана Баксинера похожа на истории многих российских иммигрантов. Эта любовь с первого взгляда поразила петербуржца и дипломированного строителя двенадцать лет назад, когда он приехал в Прагу как турист. Он никогда не был доволен жизнью в коммунистической и посткоммунистической России, и каждая поездка за границу для него была поиском той территории, куда можно было бы переехать жить. То, что он за границей не пропадет, он понял в начале 90-х годов, проработав год в Нью-Йорке. Туда не могла приехать его семья, потому что в Америке Баксинер работал нелегально. Он вновь вернулся в Петербург, создав на заработанные деньги маленькую фабрику по пошиву джинсов, которых тогда в городе не хватало. Открыв для себя Прагу, Баксинер предпочел образ жизни, который за границей часто выбирают его соотечественники: руководить фабрикой он поручил своим друзьям при условии, что каждый месяц они будут посылать ему в Чехию деньги, на которые он с женой и сыном будет спокойно жить.


«Я все хорошо продумал, но получилось все иначе», — говорит пан Баксинер. Фабрика под руководством его друзей обанкротилась, и все имущество бывшего владельца вдруг стало стоить 2,5 тысячи долларов. «Так что мне пришлось начать сначала», — вспоминает Баксинер. На сбережения он купил швейные машины, арендовал подвальное помещение и открыл ателье. Сегодня у него четыре ателье в торговых центрах по всей Праге, где клиенты могут подогнать купленную одежду. На жизнь в Чехии пан Баксинер не жалуется. Если он что-то и ругает, так это собственную родину. «Там все время руководят коммунисты, они просто переоделись! — говорит он, поднимая вверх палец. — Я не хочу иметь с ними ничего общего, я их боюсь». По его словам, он старается не посещать российское посольство, на любые официальные мероприятия, где представляют его родину, он не ходит. Так следует ли чехам бояться, что волна приезжающих русских будет все больше и больше? «Конечно, нет. В основном эти люди, как я, – средние предприниматели, которые просто хотят спокойно жить, — считает пан Баксинер. — Страна — это одно, а мы – совсем другое».


Пойти на «Александровцев»? Spasiba, nět!

Согласно исследованиям, чехи постепенно начинают соглашаться с точкой зрения пана Баксинера и начинают привыкать к своим русским. И хотя в рейтингах «любимых чешских национальностей» русские постоянно занимают последние позиции, по сравнению с 90-ми годами, когда рекордную нелюбовь чехов они делили вместе с цыганами, в глазах чехов русские начинают набирать очки. Среди 25 национальностей русские чуть-чуть не дотянули до середины таблицы, обогнав китайцев, афганцев и турков.


«Когда мы в середине 90-х годов искали помещение, чтобы снимать его, местные нам несколько раз однозначно сказали, что они не хотят русских в своем доме. Они думали, что мы точно связаны с мафией», — вспоминает обосновавшийся в Чехии предприниматель Павел Меитув (Pavel Meytuv). «С такими проблемами в последние годы я не сталкивался. Вы уже так нас не боитесь», — добавляет высокий мужчина с седым ежиком в своем офисе на берегу Влтавы, где он занимается собственным делом – покупает и сдает недвижимость для своих соотечественников. Изменилось еще кое-что. Если в начале 90-х годов русскую общину в Чехии главным образом представляли уличные продавцы матрешек и военного старья, связанные со знаменитой русской мафией, то сегодня для чехов русские –это, как правило, богатые туристы (одну лишь Прагу ежегодно посещают 300 тысяч человек, причем эта цифра постоянно растет) и приезжающие предприниматели.
«Сюда приезжают люди, которые в России представляют средний класс. Для них здесь не так дорого, как на Западе», — говорит бывший член Совета правительства по национальным меньшинствам (и потомок русских эмигрантов, которые были против коммунизма) Алексей Келин (Alexej Kelin). Российские богачи, по его словам, выбирают Лондон или Париж.


Половина приезжающих в Чехию русских, по статистике, имеет высшее образование, русские, по сравнению с другими иностранцами, совершают здесь минимальное количество преступлений, они приезжают сюда заниматься своим делом: торгуют недвижимостью, владеют магазинами с сувенирами и одеждой, работают программистами. Говорят, что последняя тенденция – это маркетинговые компании. В то же время русские в Чехии создают собственную инфраструктуру. В 1997 году в Праге был один русский магазин и одна парикмахерская, сегодня, по данным Интернет-издания «Пражский экспресс», у нас 24 магазина с российскими товарами, около 15 салонов красоты, пять филиалов российских и украинских ВУЗов и как минимум шесть детских садов. Но это не значит, что русские держатся друг за друга. «Все время говорят об очень замкнутой общине. Эти люди привыкли никому и ничему не верить», — говорит Алексей Келин.


Как показал сделанный десять лет назад социологический опрос карловарских и пражских русских (опрос провела кафедра демографии Природоведческого факультета Карлова университета), русские, прежде всего, рассчитывают на семейные связи, на этом заканчивается их желание тосковать по родине вместе с другими соотечественниками. «Семьдесят процентов наших покупателей — это русские», — говорит Иоланта Аванессян (Iolanta Avanessian), хозяйка магазина «Арбат», который уже десять лет работает в пражском районе Дейвице. Здесь можно не только купить продукты, но и поменять деньги, приобрести авиабилет в города на Востоке, взять на прокат или купить DVD с русскими фильмами и музыкой. «Являемся ли мы каким-то общественным и культурным центром? Да нет. Люди придут, купят, заплатят и уйдут. Вот и все. Нет у нас никакого союза», — говорит Иоланта.


Это видно и по тому, кто приходит на пражский концерт «Александровцев» — военного ансамбля песни и плески, который до сих пор является гордостью России и который вывозят за границу. Все до единого места в огромном зрительном зале пражского Конгресс-центра заняты исключительно старшим поколением чехов, которые, как показал небольшой опрос, пришли сюда «вспомнить молодость».


Николай, Масарик, Путин


На одной фотографии – первый чехословацкий президент Т.Г.Масарик, на второй – последний российский царь Николай Второй, которого вместе со всей семьей большевики расстреляли после захвата власти в России. Эти фотографии на письменном столе журналистки Марины Добушевой (Marinа Dobuševová) ясно говорят о том, что здесь, в офисе дома национальных меньшинств, рядом со станцией метро И.П.Павлова, пытаются следовать традициям демократической России, представителей которой после революции в только что возникшую Чехословакию позвал именно Масарик. Здесь создают два молодежных журнала – «Artek» и «Русское слово». Издания предназначены для «русской диаспоры в Чехии». «Мы не занимаемся политикой, мы, скорее, культурное объединение, и этого уже достаточно для того, чтобы у нас были тесные отношения с российским посольством благодаря тому, что мы пишем и издаем», — описывает положение русских, которые открыто выступают за демократию, одна из членов объединения и редактор журнала «Русское слово» Анна Хлебина (Anna Chlebinová).


При этом она кладет на стол толстенную, написанную на русском языке книгу, где детально разбираются судьбы российских деятелей искусства, ученых, солдат и врачей, которые получили в Чехословакии политическое убежище, спасаясь от большевиков. Книгу двум редакциям заказало российское посольство в рамках официального государственного проекта, задачей которого было описать судьбы русских, живущих за пределами родины. Незадолго до того, как рукопись оказалась в типографии, представитель посольства попросил внеси принципиальные изменения в некоторые главы, содержание которых не соответствовало договору. «Если честно, мы про некоторых людей написали, что их после Второй мировой войны советские спецслужбы отправили в ГУЛАГ. Это и стало камнем преткновения», — говорит Анна Хлебина. В итоге публикацию книги оплатил меценат и председатель союза «Русская традиция» Игорь Золотарев (Igor Zolotarev). С тех пор отношения союза и посольства можно назвать корректными, говорят редакторы обоих изданий. «На практике это означает то, что мы вообще не сотрудничаем и чинно здороваемся, если вдруг где-то столкнемся», — говорит Анна Хлебина. Раньше, по ее словам, «Artek», по крайне мере, пытался работать с официальными представителями России: посольство получало номера журнала, редакция предлагала организовать лекции или провести другие культурные мероприятия. «После этого инцидента мы пришли к выводу, что все это бесполезно. По-моему, в последние годы государство все старательнее следит за тем, чтобы никто не критиковал ни его прошлое, ни его будущее. И здесь мы никогда не сможем договориться», — говорит журналистка.


По словам русских иммигрантов, такая политика государства прослеживается и в издаваемых в Чехии русских еженедельных изданиях. Местная самая продаваемая русскоязычная еженедельная газета «Информ Прага» (тираж семь тысяч экземпляров) называет себя нейтральным изданием, которое информирует об изменениях в чешском законодательстве, публикует объявления и печатает интервью с российскими спортсменами и деятелями искусства, посетившими Чехию. Однако в последнее время газета стала выходить с чешским приложением, информирующим о деятельности нынешнего российского правительства. Например, в последнем номере было опубликовано большое обращение премьера Путина к полякам, где он объяснял, что Россия не будет извиняться за то, что в начале Второй мировой войны русские уничтожили в Катыни тысячи польских офицеров. По неофициальной информации, эта пропаганда – плата издания за будущую финансовую поддержку от российского посольства. «Это ерунда», — решительно опровергает слухи пресс-секретарь посольства Владимир Федоров (Vladimir Fjodorov). По его словам, посольство не оказывает финансовую помощь ни одному изданию соотечественников.


«Мы просто хотим, чтобы чешский читатель или русские дети, которые уже не знают свой родной язык, могли прочитать о том, что происходит в современной России», — говорит редактор «Информ Прага» Олег Алборов (Oleg Alborov). «Владимир Путин, по-моему, хороший руководитель, который повысил уровень жизни в России, и за это он заслуживает нашей поддержки», — эти слова по стечению обстоятельств редактор произносит через неделю после того, как на Красной площади в Москве разогнали демонстрантов, требующих от государства соблюдать собственную Конституцию и не нарушать свободу слова и права человека. «Они, наверное, нарушили какой-то закон, иначе их бы милиция не тронула», — считает Олег Алборов.


Хорошая альтернатива


«Проблема русских моего поколения – это чувство неполноценности. Особенно в политике мы привыкли следовать за теми, кто ведет нас», — говорит за чашкой кофе в одном из пражских торговых центров аспирантка Философского факультета Карлова университета и выпускница пражской Высшей экономической школы Мария Молхан (Maria Molchan). Ей 27 лет. По ее слов, она выбрала для учебы Чехию по «прагматичным причинам»: здесь было дешево, зная чешский язык, она не должна была платить за обучение, в отличие от престижных университетов в Москве или Петербурге здесь не надо кому-то платить, чтобы учиться.


«В общем, я сбежала от России и русских. Мне не нравилось, что там каждый чиновник относится к вам так, будто в его руках вся власть. Мне не нравилось, как люди там относятся друг к другу, например, когда вы стоите в очереди, каждый пытается встать перед вами», — Мария, как и многие ее соотечественники в Чехии, подробно перечисляет все то, чем она была недовольна на своей родине. «Я сама здесь только со временем стала начинать понимать, что такое гражданское самосознание, и начала учиться тому, как вести себя свободно», — говорит молодая женщина. Помимо учебы и работы она редактирует аналитические статьи в интернете о ситуации на Северном Кавказе, которые, возможно, не появились бы в России из-за прямоты и отклонений от официальной трактовки событий. «Все русские здесь этому учатся, — добавляет она. — Но вы не должны из-за этого нас бояться».


Такой точки зрения придерживаются и эксперты по чешско-российским отношениям, к которым обратился Respekt. Они считают, что следует различать студентов, средних предпринимателей из России, приезжающих в Чехию из-за более спокойной обстановки и более высокого уровня жизни, и представителей крупных российских компаний, которые контролирует Кремль. «О первой группе я могу сказать, что хорошо, что они сюда приезжают. Сознательно и добровольно они решили, что не хотят жить в современной России. Они относятся к ней критично и ищут здесь альтернативу», — говорит потомок русских эмигрантов Михаил Романцов (Michael Romancov). Он преподает политическую географию на социологическом факультете Карлова университета. «Совсем другое – компании, управляемые Кремлем. Здесь надо быть начеку, и хорошо, что чешское государство видит в них угрозу», — добавляет эксперт. С ним согласен первый заместитель министра иностранных дел Томаш Поляр (Tomáš Pojar): «Мы отличаемся от балтийских стран, где живет большая русская община, русские пришли туда еще во времена СССР, и теперь из-за них там возникает национальная напряженность. Здесь мы постоянно следим за русским меньшинством, но эти люди пришли сюда не так давно, они пользуются той безопасностью, которую им может дать Чехия. Пока мы не заметили ни одной попытки с их стороны создать союз, который бы здесь проводил интересы Российской империи».