Старая пословица, которую порой приписывают древним арабским мудрецам, гласит: "Враг моего врага мой друг". В наши времена мы научились прибавлять к ней современную приписку: "Враг моего врага мой друг, но ненадолго, после чего он тоже становится моим врагом".

Бывший репортер из Wall Street Journal Иэн Джонсон (Ian Johnson), обладающий настоящим даром находить архивные материалы, на которые ученые не обратили внимания или пропустили, в течение пяти лет изучал одно из самых трагичных по своим последствиям неправильное применение этой арабской пословицы. Результатом такой работы стала маленькая, но изумительная книга "A Mosque in Munich" (Мечеть в Мюнхене), подзаголовок которой является настоящей достопримечательностью издательского сезона: "Нацисты, ЦРУ и усиление "Братьев-мусульман" на Западе". Что общего может быть у трех этих организаций?

Оказывается, очень много. Дело в том, что три этих элемента, разделенные десятилетиями, большими расстояниями и огромной разницей в мировоззрении, стали совершенно невероятными строительными блоками современного кризиса, создаваемого радикальным исламом и терроризмом. Вот как все случилось. В ходе своей ожесточенной войны с Советами нацисты вербовали недовольных мусульман с отдаленных исламских территорий сталинской империи. Когда война закончилась, ЦРУ попыталось превратить этих людей в подпольный авангард борьбы с мировым коммунизмом. Ни нацистов, ни оперативников из Лэнгли совершенно не волновал тот факт, что их добровольные агенты были преданы гораздо более высокому властителю, нежели державы нацистской оси или НАТО. Их высшим повелителем было учение радикального движения "Братья-мусульмане", которое посвятило себя всемирному религиозному возрождению, толерантно относилось к терроризму, хотя и не поддерживало его, а также считается иногда предшественником "Аль-Каиды".

Джонсон скрупулезно собирает воедино описание событий, практически неизвестных на Западе. Он показывает, что еще задолго до того, как Соединенные Штаты поддержали моджахеддинов Афганистана в их священной войне против советской агрессии, американцы после Второй мировой войны впрягли в свою упряжку исламскую диаспору Западной Германии, чтобы с ее помощью расшатывать советский блок.

Точкой отсчета в этой книге стало здание мюнхенской мечети, которое было спроектировано в конце 50-х годов, но построено лишь в 1973-м. Длившаяся долгие десятилетия борьба за сооружение данного центра стала центром внимания бывших нацистов, "воинов холодной войны" и радикальных исламистов, которые использовали ее для своих собственных, порой совпадавших целей.

В этой истории фигурируют многочисленные люди с нацистскими связями и симпатиями (Джонсон называет их "ярыми антикоммунистами), "которые оказались весьма ценными для Запада". Численность их достигала 250000 человек. Сначала они сражались с Советами на фронтах настоящей войны (в Сталинграде, например), а затем продолжали бороться с ними в более тонких и изощренных битвах "холодной войны".

Это история о руководителях шпионских сетей и специалистах по исламу, об идеализме и исламизме, о клановых распрях и тайных денежных выплатах, об обмане и самообмане, об агентах и агитаторах, об отчаянном американском стремлении оказывать противодействие Советам и о мусульманской самоотверженности в войне, которая оказалась масштабнее, глубже, а возможно, продолжительнее и значительнее, чем "холодная война".

Но в этой книге также повествуется о непреднамеренных последствиях и неожиданных кризисах, которые часто возникали в истории, и особенно в истории послевоенной борьбы против коммунизма и исламизма. "Вполне вероятно, что послевоенные контакты и связи с "Братьями-мусульманами" облегчили американской разведке работу по вооружению афганцев, - пишет Джонсон, - а когда спустя два десятилетия эта поддержка закончилась после терактов 11 сентября, многие начали искать в Афганистане историческую базу для этих атак. В этом не было ошибки, но мало кто понимал, что прототипом этих терактов был Мюнхен".

Речь идет о мечети, которая официально называется Исламский центр Мюнхена. Она является - (эпитеты выбирайте сами) плацдармом или местом высадки радикального ислама в Западной Европе. А может быть, вы предпочтете термин "опорный пункт" для описания той роли, которую играет в полной интриг книге Джонсона эта мечеть и созданная в 1928 году в Египте организация "Братья-мусульмане".

"Ее члены не утратили интерес и свою целеустремленность. Они захватили маленький плацдарм, подготовленный для них разведками Западной Германии и США. Тихо и спокойно они превратили мюнхенскую мечеть в район сосредоточения для захвата новых позиций в западном мире".

Американская стратегия использования воинов ислама и американская трагедия, в которой эти самые воины использовали США, охватывают полстолетия с лишним. Это была одна из воодушевляющих идей американской внешней политики, которая возникла еще в те годы, когда американцы не принимали столь активного и заметного участия в исламских делах. Президент Дуайт Эйзенхауэр, например, "говорил, что считал необходимым делать все возможное для подчеркивания аспекта "священной войны"", чтобы подталкивать арабов к противодействию коммунизму. Об этом свидетельствует найденный Джонсоном отчет о встрече в Белом Доме, которая была посвящена проведению тайных операций.

По иронии судьбы, членов исламистских группировок, в том числе, из состава "Братьев-мусульман", уже привыкших к тому, что их использует Запад, снова начали вербовать уже в наше время – на сей раз, для создания силы противодействия радикальным исламистам, чьи идеи многие из этих завербованных людей втайне разделяют. "С точки зрения исторической перспективы, - пишет Джонсон об одной из этих инициатив, в рамках которой всего пять лет тому назад были объединены 65 бельгийских мусульман и американцев из Исламского общества Северной Америки, - это почти комично". Комично – и циклично.

Дэвид Шрибман – ответственный секретарь Pittsburgh Post-Gazette. В течение десяти лет он возглавлял бюро Boston Globe в Вашингтоне.