Сербские власти арестовали находившегося в бегах генерала Ратко Младича, которого обвиняют в военных преступлениях, совершенных во время распада Югославии в 1990-х годах. Европейский Союз давно ставил арест Младича предварительным условием для рассмотрения сербской заявки на вхождение в блок. Но хотя ареста, скорее всего, будет достаточно, чтобы Белград получил статус кандидата, это не успокоит Европейский Союз по поводу сербской заявки, учитывая враждебность Белграда к Косову и его давние связи с Россией.


Ратко Младич, генерал боснийских сербов, обвиняемый Международным трибуналом по бывшей Югославии в совершении военных преступлений в 1990-х годах и находившийся в бегах с 1995 года, арестован. Президент Сербии Борис Тадич подтвердил его арест на пресс-конференции 26 мая, и сказал, что готовится экстрадиция Младича в Гаагу.

В результате ареста Младича, который давно был заявлен ЕС в качестве предварительного условия для возможного вступления Сербии в блок, страна, вероятно, получит статус кандидата в члены ЕС к концу года. Тадич, вероятно, постарается извлечь выгоду из этого решения, объявив досрочные выборы, являющиеся одним из ключевых требований националистической оппозиции, так как получение Сербией кандидатского статуса должно на короткий срок увеличить его популярность. Однако в долгосрочной перспективе арест Младича не снимает стратегическую обеспокоенность Европы по поводу позиций Белграда в отношении Косова, членства НАТО и связей с Россией. И хотя официально эти вопросы не являются барьерами на пути к статусу кандидата или даже членству в ЕС, на самом деле они являются основными препятствиями для долгосрочной полной интеграции Белграда в Европу.

Арест Младича произошел в благоприятное для Белграда время. Ожидалось, что в последнем отчете главного прокурора Международного трибунала Сержа Браммерца, который должен быть презентован Совету Безопасности ООН 6 июня, Белград будет изображен как нежелающий сотрудничать с трибуналом. Нидерланды, где по ряду причин обвиняемые военные преступники с Балкан уже давно являются ключевым вопросом внутренней политики, предупредили, что отрицательный отчет от Браммерца приведет к тому, что они наложат вето на кандидатский статус Сербии, когда вопрос будет поставлен на голосование в ноябре. Примечательно, что еще один сербский беглец, Горан Хаджич – политический лидер недолговечной Республики Сербская Краина, сербской территории, отколовшейся во время войны от Хорватии – по-прежнему находится в бегах. Это еще может побудить Нидерланды и другие европейские страны наложить осенью вето на кандидатуру Сербии.

Однако из двух беглецов Младич гораздо более важен с политической точки зрения. Его обвиняют в том, что он сыграл важную роль в организации резни в Сребренице, которая не только считается самым масштабным военным преступлением в Европе со времен Второй мировой войны, но и, по мнению многих, вызвала коллапс нидерландского правительства после раскрытия информации о том, что голландская миротворческая миссия оказалась не в состоянии справиться с ситуацией в области безопасности в регионе. Младич также превратился в боевой клич для сербских националистов, выбравших его в качестве символа неповиновения Западу и его институтам. Многие в Европе ожидали, что переход контроля в правительстве от проевропейской Демократической партии Тадича, которая, как ожидалось, должна была проиграть на следующих парламентских выборах, приведет к прекращению сотрудничества с Международным трибуналом. Хаджич не имеет такого же значения ни для националистических партий в Сербии, ни для европейцев, которые хотят, чтобы он предстал перед судом в Гааге.

Даже с Хаджичем на свободе, важность Младича означает, что Белград, скорее всего, получит статус кандидата в члены ЕС к концу 2011 года, что даст прозападно настроенному Тадичу шанс сохранить власть. Однако, более важный вопрос тут в том, что получение статуса кандидата в члены ЕС не особенно значимо, так как не гарантирует членства в будущем. Например, Турция официально является кандидатом в члены ЕС с 1999 года. На самом деле ее статус превратился в Европе в фарс, так как сегодня мало кто всерьез рассматривает идею о полном членстве Турции.

Проблема Сербии в том, что обвиняемые в совершении военных преступлений сербы, на самом деле, никогда не были основной причиной колебаний Европы по поводу ее членства в ЕС, а скорее предлогом, чтобы и дальше тормозить потенциальное вступление Белграда в европейский клуб. Для Европы гораздо более важны ненависть Белграда к Косово и его неготовность двигаться в сторону членства в НАТО. Хотя Европу необязательно глубоко волнует независимость Косова, в стране размещена миссия ЕС для обеспечения правопорядка, и блок не хочет, чтобы регион опять вспыхнул, так как это истощит европейские ресурсы и поставит под угрозу жизни сотрудников миссии. Более того, продолжающаяся оппозиция Белграда независимости Косова означает, что этот неразрешенный конфликт будет заморожен, если Сербия станет членом ЕС, так как в этом случае у нее будет право наложить вето на любое европейское решение, касающееся Косова.

Кроме того, настойчивая позиция Белграда, желающего сохранить военный нейтралитет и не присоединяться к НАТО, вкупе с его крепкими отношениями с Россией даже при прозападном Тадиче, заставляют многих в Европе сомневаться в силе и долгосрочной природе сербской приверженности политическим рамкам Европы. Многие страны Европейского Союза, особенно страны Центральной Европы, а также балканские соседи Сербии, будут обеспокоены, если Россия получит черный ход на Балканы, и захотят, чтобы Белград официально обозначил свои интересы в области безопасности, вступив в НАТО.