Способен ли идущий процесс глобализация на этот раз сделать что-то не для политико-экономической элиты, а для простых людей?

Известия о взбунтовавшихся арабских странах в мгновение ока обежали весь мир. Десятилетиями жившие под гнетом диктатуры народы решились на восстание. Все началось в Тунисе, затем перешло на Египет, потом распространилось на другие страны, такие как Ливия и Сирия. Подобно эффекту домино. Но хотя эти движения и породили большие надежды, они далеки от того, чтобы добиться свободы для всех. В то же время использование интернета обеспечило развитие и распространение бунтарских настроений. Таким образом всемирная паутина вполне может служить средством «революционной» связи и в Европе.

На нашем континенте Испания, возможно, станет той страной, которая запустит бунтарское движение в западных странах. Как тут не провести параллель между тем, что происходит в арабских странах и Европе? Разумеется, Испания - это не диктатура, которая лишает человека неотъемлемых свобод. В то же время испанский народ в полной мере ощутил на себе последствия экономической и торговой глобализации. И как тут не вспомнить о том, что приходится расхлебывать грекам, на долю которых выпали все «радости» плана жесткой экономии? Эту политику навязали им Европейский Союз и МВФ для того, чтобы не допустить экономического краха.

В европейских странах то и дело вспыхивают пожары народного гнева, причин для которого белее чем достаточно: высокая стоимость евро затрудняет экспорт наших предприятий, жесткая конкурентная борьба с Китаем и США далеко не всегда складывается в нашу пользу и т.д. Теми самыми США, которые Европа напрасно считает образцом для подражания. Идеальным решением для нее было бы снять государственные барьеры и вести борьбу по законам рынка. Европа последовательно стремится к тому, чтобы убрать границы и отменить национальные социальные программы и льготы. Кроме того, председатель европейского центробанка Жан-Клод Трише (Jean-Claude Trichet) уже высказался против решения о повышении зарплат со стороны государства. То есть, того самого повышения, которое должно было стать ответом на последствия мирового кризиса, ударившего тяжелее всего по самым бедным слоям населения. С критикой заявлений Жана-Клода Трише выступил даже Франсуа Баруэн (François Baroin, министр бюджета – прим. ред.)... Даже Николя Саркози в 2007 году выразил удивление по поводу того, что ЕЦБ выделяет огромные суммы банкам вместо того, чтобы оказать поддержку нашим предприятиям.

Логика европейских институтов строится следующим образом: всем известно, что граждане Китая зарабатывают в среднем по 278 евро в месяц, так почему бы не сделать то же самое и в Европе? Эта забавная фраза основателя Havas Жака Сегелы (Jacques Séguéla) наглядно демонстрирует то, какая пропасть отделят экономическую элиту от простого народа: «Средняя зарплата китайца составляет 10% от минимальной зарплаты во Франции. И они счастливы и верят в будущее» (3 января 2011 года по BFM TV).

Но в какой вообще реальности существуют эти элиты, которые пытаются учить жизни народ? Народ, который и так живет в условиях нестабильности и медленного движения по направлению к либерализации труда. Молодым людям, о которых, кажется все забыли в новом XXI веке, сейчас приходится платить самую высокую цену за катастрофическую экономическую политику старших поколений. Коллектив «неустойчивого поколения» регулярно выступает с критикой злоупотреблений, которые сегодня стали обычным делом в сфере труда. Бессрочный трудовой договор для них - это мечта, недостижимая иллюзия, тогда как временное трудоустройство и бесконечные стажировки - неотъемлемая часть повседневной жизни. Во время испытательного срока предприятие платит стажеру лишь треть минимальной зарплаты или даже вообще ничего (в том случае, если он длится меньше 2 месяцев). Некоторые крупные компании осознали всю выгоду подобных соглашений: «Мы нанимаем стажеров для работы со стажерами». Такое предложение появилось в апреле 2010 года на сайте Danone в рубрике «Карьера». Чтобы получить желанное место во время испытательного срока, нужно не только продемонстрировать компетентность, но и делать гораздо больше, чем обычный сотрудник... И все равно очень часто усилия оказываются тщетны.

Молодых людей стало слишком много, и все они хорошо подготовлены. Сегодня, чтобы получить шанс на самую незначительную должность в той или иной сфере, вам понадобится как минимум степень магистра. Еще 40 лет назад человек без особого образования вполне мог подняться по карьерной лестнице на своем предприятии и даже стать начальником или предпринимателем. Сейчас такое кажется чем-то невероятным. Молодежь стала угрозой для элиты поколения «мая 68-го», которое держит в руках финансовую, экономическую и политическую власть. И поливает грязью молодых, называя их бестолковыми, стремящимися к комфорту любой ценой, не заинтересованными в политике или же наоборот сторонниками крайне левых сил и анархистов... В то же время, как сегодня молодой человек может не быть революционером (но при этом не обязательно экстремистом)?       

Пропасть между молодежью и поколением-68 явно становится все глубже. Испанский народ понял это и не желает падать вниз. Тем не менее, этот бунт не принесет никаких результатов, если у него не найдется возможности для распространения. А ситуация в настоящий момент напоминает небольшую петлю. После протестов части населения Греции в 2008 году люди вновь вернулись на улицу под влиянием «возмущенных» в Испании. И это после того, как греческое правительство дало старт новой волне приватизаций для того, чтобы выплатить долг, который пока что кажется совершенно непреодолимым. Так когда мы услышим «эхо» в Италии, Бельгии, Нидерландах и Франции? Может быть завтра, или через пять лет, или через десять... Одно лишь глобализированное движение способно положить начало спасительному кризису. Перспектива революции ни у кого не вызывает восторга, но элиты сами толкают граждан к мятежу. Далеко ходить за примерами не нужно. Недавно во Франции Лоран Вокье (Laurent Wauquiez, министр по вопросам европейской интеграции) предложил
ввести пять часов обязательных общественных работ в неделю для каждого получателя определенного вида пособия (RSA, «доход активной солидарности» - прим. ред.). Министр по европейским делам видит в этом слое населения лишь гноящуюся язву и называет его «раком общества». Тем не менее, он по всей видимости не понимает, что жизнь этих людей очень неустойчива. Вообще такая либеральная позиция близка к ценностям «великих мыслителей» нашей экономики. Так, например, Ален Минк (Alain Minc, французский экономист – прим. ред.) полагает, что Франция пытается оставаться социальным государством вместо того, чтобы приспособиться к реалиям глобализации и создать средства для получения полной занятости. С какой целью? Чтобы прийти к американской или китайской модели общества, в которой приоритетной задачей остается полная занятость, а рынок диктует мизерные зарплаты?

Наконец, не стоит удивляться тому, что в будущем экономические и финансовые позиции Европы претерпят изменения с приходом нового директора ЕЦБ Марио Драги (Mario Draghi), который призывает государства ЕС к еще более жестким мерам бюджетной экономии. В то время как Греция, Испания, Ирландия, Франция да и вообще все европейское сообщество переживают волну экономических потрясений, Марио Драги произнес 25 мая следующую противоречащую действительности фразу: «Успех валютного союза превзошел наши самые оптимистические ожидания...»