Они бегут от голода и войны. В одном только 2014 году на Лампедузу и Сицилию попали 170 тысяч иммигрантов из Африки. Тысячи утонули. В Средиземном море разыгрывается трагедия, а Европу заливает неконтролируемая волна беженцев.

Несколько лет подряд мы наблюдаем драматичные сцены, разыгрывающиеся на итальянской Лампедузе: к острову пристают все новые лодки с беженцами из Африки. Между тем исход из Нигерии, Египта и Ливии начался уже с 1990-х годов. Тогда Европа ужесточила визовые правила. Но подстегнула это явление лишь война в Ливии. Количество иммигрантов, отчаянно пересекающих Сицилийский пролив, резко выросло в среднем с 40 до 170 тысяч в год. Примерно столько же людей погибли в море. Что происходит с теми, кому удалось доплыть? Как справляется с их наплывом маленький островок? Понятно, что Лампедуза — это не цель иммигрантов, а только путь к бегству вглубь континента. Несмотря на безрезультатные попытки решить проблему, одиссея продолжается. Реально ли ее обуздать? Как помочь бегущим от войны и ужасающих условий жизни жителям Африки?

Mare Nostrum

Мир обратил внимание на масштаб проблемы в марте 2011 года, когда в СМИ появилось множество сообщений о трагической судьбе тех, кто пытается доплыть до Европы — порта мечты.

«Мы летели на самолете вдоль береговой линии и увидели в море множество точек. В воде плавали тела, десятки, сотни… Было темно. Мы не были уверены, мертвы ли эти люди. Мы бросали спасательные круги, но их никто не ловил. У живых не было сил даже протянуть руку. Я вызвал помощь. Наши люди прыгали в воду и вылавливали тонущих», – вспоминает капитан с Лампедузы. Вечером на берегу складывали первые мертвые тела. «Их было столько, что у меня сдали нервы, я расплакалась. Наши люди тоже», — рассказывает мэр Лампедузы Джузи Николини (Giusi Nicolini).

Из-под белых мешков кое-где виднелись босые ноги. Среди них — детские. На дюнах расставили обломки судов, на которых пытались совершить свой побег иммигранты. Кадры с Лампедузы потрясли весь мир. На острове рядом с аэропортом быстро появился центр помощи: спасшиеся получили одежду, теплую еду. К помощи подключился Красный крест, итальянский Caritas и Мальтийский орден.

Однако наплыв иммигрантов был так велик, что на Лампедузе их стало больше, чем жителей острова: больше шести с половиной тысяч. Напряжение росло и на уровне ЕС, который продолжал молчать, не зная, как решить проблему. 8 июля 2013 года на Лампедузу приехал Папа Франциск. «Какой стыд для христиан», — воскликнул он, бросая в море цветы в память сотен жертв отчаянной переправы через море. Папа говорил о пятне на политической и общественной совести Европы. Спустя три месяца, 3 октября 2013 года, в Сицилийском проливе в нескольких милях от Лампедузы, обнаружили 366 тел, среди них — 90 детей.

Джорджо Наполитано (Giorgio Napolitano), который был тогда президентом Италии, объявил трехдневный национальный траур. Глава правительства Энрико Летта (Enrico Letta) ударил кулаком по столу: «Этого не должно повториться! Католический премьер не может спать, когда в море происходят трагедии и гибнут люди». Летта вторил Епископату и Папе Франциску. Сразу же была запущена итальянская операция Mare Nostrum.

В Средиземное море вышли четыре корабля военного флота — авианосцы. Идея была в том, что на их борту можно было одновременно разместить до 500 и даже 1000 человек. В состав команды вошли специально обученные врачи и санитары, которых снабдили специальными комбинезонами и защитными масками. Каждую выловленную группу беженцев нужно было осмотреть. Многие люди жаловались на головную боль, головокружение, их рвало кровью. Они несколько дней подряд пили только морскую воду и ничего не ели.

Благодаря операции Mare Nostrum удалось спасти 140 тысяч человек. Но занимались ей только итальянцы. В Европе сразу же поднялась волна дискуссий: не склоняем ли мы этим иммигрантов к бегству в Европу? Председатель Европарламента Мартин Шульц (Martin Schulz) встретился с властями Лампедузы и группой иммигрантов. Вскоре после этого из Брюсселя пришло распоряжение свернуть операцию. К делу должен был подключиться Frontex — организация, которая занимается, в частности, охраной границ. Европейский комиссар Сесилия Мальмстрем (Cecilia Malmström) от имени ЕС поблагодарила итальянский флот и армию за «усилия по спасению человеческих жизней». Но риторика ЕС радикально отличалась от итальянской. «Frontex Plus придет на смену Mare Nostrum и предпримет борьбу с беженцами», — объявила Мальмстрем. К «борьбе» сразу же подключились 19 государств Европы. Как сообщила европейская комиссар, на акцию потребуется всего три миллиона евро, то есть на треть меньше, чем потратили итальянцы на помощь иммигрантам в рамках операции Mare Nostrum. Перед Frontex стояла задача разворачивать и портить (чтобы их нельзя было больше использовать) суда беженцев. В итоге число иммигрантов и жертв моря… увеличилось. В марте этого года оно поглотило уже 452 жертвы. С начала года в Европу вновь попали несколько тысяч иммигрантов.

Убежище

Хотя корень проблемы с наплывом иммигрантов таится в многолетней политике Европы и США в отношении стран Африки, с этим вопросом, особенно в его социальном аспекте, приходится что-то делать — и неотложно. Потому что напрашивается вопрос: что случилось дальше с 170 тысячами иммигрантов из Африки? Большинство просят убежища в Бельгии, Голландии, Франции, едут в Германию, Швецию и Великобританию. Почти ни у кого из переправляющихся через море нет документов. Только некоторые немного говорят по-английски или французски. Остальные — это неграмотные люди без образования. На Лампедузе они получают первую помощь: их осматривают врачи, поят и выдают чистую одежду. Спустя несколько дней за счет итальянского государства их переправляют на самолете вглубь Апеннинского полуострова, в основном в Рим, Турин и Милан, выдавая инструкции, где подать прошение об убежище. Итальянцы снимают у всех отпечатки пальцев. Некоторых беженцев после проверки просят покинуть страну, а большинство спокойно отпускают. МВД Италии месяц назад сообщило, что в одной Италии остались 100 тысяч иммигрантов. 66 тысяч удалось зарегистрировать в специально созданных для них центрах. Это обнесенные решеткой здания, переделанные из гостиниц. «Остальные — призраки, они растворились в нашем воздухе», — иронически отмечает итальянская газета l'Espresso. Судьба почти 100 тысяч человек, нелегально попавших на Апеннинский полуостров, остается неизвестной. «Европа, я надеюсь, скоро осознает, что наплыв иммигрантов на Лампедузу — это не итальянская, а общеевропейская драма», — предостерегает Брюссель министр внутренних дел Анджелино Альфано (Angelino Alfano). Данные министерства демонстрируют масштаб проблемы, о котором говорит Альфано. Например, из почти 52 тысяч сирийцев, зарегистрированных на Лампедузе, убежища попросили только 505 человек. Из 43 тысяч эритрейцев — 480, из 8000 сомалийцев — 812. Остальные пропали, неизвестно где. Самыми дисциплинированными кажутся беженцы из Нигерии: убежища в Италии попросили более 10 тысяч нигерийцев. По разным данным, около трех тысяч человек оказались на улицах Рима, более тысячи — Неаполя и Казерты. «От Пьемонта до Сицилии, Калабрии и региона Венето живут тысячи иммигрантов, страдающих от голода», — пишут репортеры итальянского еженедельника. Другие ожидают решения итальянского правительства в специальных лагерях. Многие бегут оттуда, опасаясь экстрадиции. Гораздо лучше складывается ситуация беженцев, которые просят отправить их в Германию и Австрию: там они получают от 350 до 500 евро в месяц на питание, а государство в течение года оплачивает им жилье (так делается, например, в окрестностях Франкфурта и Мюнхена). Иммигранты могут посещать интенсивные курсы немецкого языка. Как пишет l'Espresso, в такой ситуации оказываются обычно люди, которые заявляют о своем высшем образовании — в основном это врачи и юристы, чаще всего — сирийцы. Им выделяется время на поиск работы и приведение в порядок документов. Многие не видели свои семьи много месяцев и вынашивают амбициозный план, чтобы отправить своим близким деньги для переправы по морю. Это означает, что Европа скоро может фактически превратиться в черный континент.

Идеи

Лампедузу называют воротами Старого континента. На этом тянущемся на шесть километров острове в 2008 году даже появился памятник авторства Доменико Паладино (Domenico Paladino) в форме ворот: «Porta d’Europa». Поблизости в маленькой церквушке стоит прекраснейшая статуя Богоматери. Мадонна ди Трапани была создана на Кипре в 730 году, из Пизы тамплиеры решили отвести ее в Иерусалим. На море разразился шторм, но скульптура спаслась: ее прибило в порт Лампедузы. В этом месте появился грот, а потом церковь. В нем много веков подряд молились христиане и мусульмане. Храм состоит из двух помещений: в одном много лет отдыхали и молились арабские рыбаки по пути с континента на континент, а в другом Богоматерь чтили христиане. Так христианство и ислам существовали здесь вместе, и, как любят говорить жители острова, у ног Богоматери исчезала враждебность и создавалась общность.

Это фрагмент из истории Лампедузы, видимо, повлиял на отношение местных жителей к волнам прибывающих на остров африканцев. «Это такие же люди, как мы, они бегут от войны и голода. Почему же им не помочь», — говорят местные рыбаки. Иммигранты рассказывают, что бегство — это для них акт отчаяния, в котором они готовы отдать все, лишь бы купить себе место на лодке, плывущей в Европу.

Джузи Николини ведет себе пред лицом этих драм героически. Когда она получает средства на укрепление безопасности острова, она говорит: у меня здесь есть голодные люди, которым нужны лекарства и врачи. Ей самой приходилось закатывать рукава и заниматься выловленными из воды людьми.

«Римский папа, когда он был на Лампедузе, призвал нас открыть сердца тем, кто добирается к берегам острова, — говорит Франческо Монтенегро (Francesco Montenegro) — митрополит архиепархии Агридженто. — Ведь сейчас страх перед чужаками закрывает наши сердца, мы становимся равнодушными». Дон Франческо, как называют его жители Лампедузы, несколько раз в месяц посещает остров. Он помогает, раздает еду беженцам. Визит Папы Франциска на Лампедузу был и для местных жителей, и для иммигрантов, и для митрополита важным событием: «Это была первый апостольский визит Папы из Ватикана. Это что-то да значит. Папа сказал, чтобы мы не воспринимали иммиграцию, как что-то опасное. Что он имел в виду? Каждый из нас, говорил он, по крайней мере, раз в году пакует чемодан. Мы куда-то едем и там, где мы оказываемся, нас принимают с открытыми сердцами. И так мы должны относиться к иммигрантам из Африки. Нужно воспринимать их наплыв как нечто естественное. Это облегчит процесс создания новых законов, которые позволят этим людям вести достойную жизнь».

Человеческий аспект драмы, разворачивающейся на Средиземном море, это одно. А вопрос об окончании этой одиссеи и судьбе иммигрантов и Европы — другое. И никто до сих пор никто не видит здесь хороших решений.