За день до похорон Ким Чен Ира, которые состоялись в прошлом месяце, 36-летний Джордж Хаджипатерас (George Hadjipateras) надел черный костюм, повязал черный галстук и отправился в северокорейское посольство, расположенное в западной части Лондона. Этот офисный клерк возложил к портрету Дорогого Лидера цветочную дань памяти в виде звезды из красных гвоздик. Он долго тряс руку первому секретарю посольства, убеждая дипломата в том, что Ким был «сияющим светом не только для своего народа, но и для революционеров во всем мире».

«Я сказал ему, что в сентябре потерял своего отца, и поэтому у меня двойная трагедия, - говорит Хаджипатерас. – Мой голос немного дрожал». Он пристально следил за состоянием здоровья Кима после того, как его в 2008 году поразил инсульт, и внезапная смерть северокорейского руководителя стала для него ударом исподтишка. «Это трагедия, он должен был выздороветь, - заявил Хаджипатерас TIME. – Я был расстроен точно так же, как были расстроены англичане, когда умерла королева-мать».

Читайте также: Северокорейцы искренне оплакивают смерть Ким Чен Ира

Нельзя сказать, что кончина Кима сподвигла британских сограждан Хаджипатераса на аналогичные проявления горя и скорби. За пределами Северной Кореи на Кима смотрели как на мелкотравчатого диктатора, и эта смерть стала в основном поводом для того, чтобы похихикать над его выходками. Но хотя цветов в посольство принесли немного, Ким на Западе не остался неоплаканным. На протяжении десяти лет Хаджипатерас является членом Корейской ассоциации дружбы. Это такой международный фан-клуб изолированного неосталинского режима с ядерными бомбами. Его основателем является  37-летний испанец Алехандро Као де Бенос (Alejandro Cao de Benos), известный также по своему второму, корейскому имени как Цо Сун Ир (Корея едина).



Као де Бенос был полным революционной романтики юношей-идеалистом, когда впервые столкнулся и познакомился с делегатами из Северной Кореи на международной туристической выставке в Мадриде. В ходе своих дальнейших поездок в Пхеньян Као де Бенос сумел завести настолько влиятельных друзей со связями, что к 2000 году ему удалось убедить режим позволить ему создать первую в стране веб-страничку, ставшую единственной широко доступной линией общения и связи этого затворнического королевства с внешним миром. Поток вопросов от любопытствующих иностранцев, желавших больше узнать об этой таинственной стране, заставил его в том же году создать ассоциацию, в которой сегодня, согласно утверждениям Као де Беноса, 15000 членов из 120 стран.

Као де Бенос, который ежегодно проводит в Пхеньяне около полугода, получил «почетное» гражданство этой страны, а также должность «специального уполномоченного» северокорейского Комитета по культурным отношениям с зарубежными странами. (Зарплату за это ему не платят, хотя Као де Бенос имеет свои комиссионные, выступая посредником в сделках между Северной Кореей и иностранными кинопродюсерами, туристическими фирмами, корпорациями и прочими заинтересованными сторонами.)

Северная Корея, говорит Као де Бенос, с удивлением узнала, что за границей у нее есть друзья. В своей работе он старается убеждать правящий режим показывать более открытое лицо своим сторонникам. «Страна подвергается нападкам, и из-за этого КНДР [Корейская Народно-Демократическая Республика – это официальное название Севера] ведет себя столь настороженно, - заявляет он. – Я говорю им: если вы полностью закроете двери, к вам не попадет ничего плохого, но и ничего хорошего тоже не попадет. Нельзя закрываться от своих друзей».

Еще по теме: Ким Чен Ир, эстет и диктатор

А друзей этих к Северной Корее обычно притягивает чувство идеологической солидарности с одним из последних хранителей коммунистического огня, а также (даже в большей степени) сильное любопытство и стремление больше узнать об этом таинственном обществе. В Корейской ассоциации дружбы ее члены могут изучать государственную идеологию опоры на собственные силы «чучхе», а также покупать записи военных парадов и песен сомнительного качества. Те, кому хочется более активных контактов, могут ездить в Северную Корею с визитами солидарности или участвовать в пикетах у американского посольства. Парижский банкир и член ассоциации Франк Мартин (Frank Martin) после смерти Кима написал редакторам французских газет письмо, в котором резко раскритиковал их за насмешливый тон. «Я видел в газетах заголовки типа «Фигляр, сочинявший оперы, когда его народ голодал», - заявил он TIME в письме, отправленном по электронной почте.



В ноябре прошлого года около 20 друзей Северной Кореи собрались в одном из лондонских общественных центров на ежегодную международную встречу Корейской ассоциации дружбы. Когда настала очередь вопросов и ответов, человек в маоистской кепке и темных очках пожаловался на свой печальный опыт общения с местными властями по вопросу муниципального жилья и спросил, что в подобной ситуации может ждать его в Пхеньяне. Као де Бенос ответил, что не знает, каковы его шансы, учитывая то, в каких плохих условиях живут в этой стране миллионы. Кроме того, хотя переезд в КНДР возможен для ветеранов и руководящих работников ассоциации, лучше все-таки сначала съездить туда в ознакомительную поездку. Даже самые стойкие друзья Севера, сказал Као де Бенос, могут обнаружить, что к тамошнему ритму жизни привыкнуть трудно. «Каждый день я получаю письма с просьбами помочь с переездом в КНДР, - сказал он позднее. – Некоторые пишут, потому что  потеряли работу, но многие просто устали от этой западной жизни с ее обманом и махинациями, с преступностью и потребительством».

Еще по теме: Ким Чен Ира сохранили для потомков


Трудно понять, чем может привлечь страна, славящаяся нехваткой продуктов питания, тюремными лагерями и репрессивным культом личности, но для членов ассоциации дружбы в ней есть несомненный шарм. Ее загадочность основана на впечатлении, что страна эта живет в более простом, чистом и целомудренном времени. Членов ассоциации поражает то, что Северную Корею ночью невозможно увидеть сверху, потому что там отключают свет. В нынешнем глобализованном мире она остается единственной страной, находящейся реально вне зоны доступа.

Хаджипатерас говорит об этом так: «Люди в КНДР не слоняются по улицам с айфонами и не слушают рэпера Джей-Зи. Они не могут встать посреди улицы, осыпая бранью своего лидера. Но где еще в мире есть место, в котором тебя не обстреливают постоянно рекламой Кока-колы, Макдональдса, где детям на телевидении не твердят постоянно о сексе и не показывают реалити-шоу «Большой брат»?» Хаджипатерас отмахивается от тех, кто утверждает, что Северная Корея сама реалити-шоу «Большой брат» с 24-миллионной невольной аудиторией – хотя сам он в этой стране никогда не был, и мнение по личному опыту составить не может. Я бы «полетел туда мгновенно», говорит он, но расходы ему не по карману.

Као де Бенос также предпочитает проводить в «раю для пролетариата» всего половину году, утверждая, что лучше служит интересам республики, проводя остаток времени на Западе, где он часто выступает в качестве неофициального представителя режима в международных средствах массовой информации. Его критики заявляют в связи с этим, что Као де Бенос руководствуется мотивами личной выгоды в своем качестве посредника северокорейского режима, но не искренними идеологическими убеждениями.

Специалист по Корее из университета города Сиднея доктор наук Леонид Петров контактирует с Као де Беносом уже более десяти лет. Ему близок шарм Северной Кореи, который может показаться невероятным, и каждый раз, когда он приезжает туда, у него возникает теплое чувство ностальгии по Советскому Союзу своей молодости. Однако эта привлекательность объясняется тем, что он может в любой момент уехать. «Пересечение границы захватывает и возбуждает, - говорит он. – Но оставаться там не хочется – это ужасное место. Алехандро нравится выступать в качестве гида, связывающего два мира. Но совершенно очевидно, что он не перебежчик».

Если Хаджипатерас скорбел перед иконописным образом человека, которого он никогда не видел, то Као де Бенос неоднократно лично встречался с Ким Чен Иром во время различных мероприятий. Члены ассоциации знают о его загадочном сыне Ким Чен Ыне не больше, чем все остальные люди: что он был военным, учился в Швейцарии, похож на своего деда, основателя государства Ким Ир Сена, и что он молод и неопытен. Несмотря на это, они не сомневаются в устойчивости режима. «Ничего не изменится, - заявляет банкир Мартин. – У КНДР есть бомба».

Хаджипатерас также полагает, что жизнь в «раю для рабочих» и дальше пойдет как обычно, несмотря на  то, что его собратья-революционеры в последние месяцы пережили мрачные дни. Сначала Каддафи, жалуется он, потом Дорогой Лидер. «Даже не знаю, как я отреагирую, когда умрет Фидель Кастро, - говорит Хаджипатерас. – Я не хочу даже думать об этом».