Новый московский царь по борьбе с нарктотрафиком Виктор Иванов в бешенстве брызжет слюной на НАТО.

Этот грубоватый седеющий ветеран злополучной советской военной интервенции в Афганистане недавно совершил свой первый после многих лет визит в эту страну. По возвращении в Москву он резко раскритиковал западный альянс, заявив, что тот способствует мощному разрастанию подпитываемой наркотиками дестабилизации во всей постсоветской Средней Азии, а также в России.

Он хочет, чтобы война в Афганистане по-настоящему превратилась в войну с наркотиками. Почему?

По словам Иванова, только за последние три года поток наркотиков с афганских полей в Россию вырос на 16 процентов, что привело к скачкообразному росту наркомании в городах. Выступая в марте на пресс-конференции, он утверждал, что наркобароны объединяются с исламскими боевиками с целью захвата власти в незащищенных государствах Средней Азии – и что неспособность Организации Североатлантического договора (НАТО) решить проблему бурного роста производства наркотиков в Афганистане грозит кошмаром в сфере безопасности России и ее союзникам в регионе.

"Мы считаем, что главные цели операции НАТО по обеспечению безопасности в Афганистане не достигнуты, - сказал Иванов на пресс-конференции, - конечно, борьбе с терроризмом следует отдавать предпочтение, но как насчет ликвидации наркопроизводства? Как так получается, что спустя почти 10 лет после оккупации этой страны силами НАТО Афганистан стал самым крупным в мире производителем не только опиума, но и гашиша, опередив традиционного мирового лидера Марокко?"

В последние годы Россия и НАТО готовят кадры для афганской наркополиции в специальной школе в подмосковном городе Домодедово. Школа уже выпустила сотни полицейских. Но несмотря на такое сотрудничество, эксперты говорят, что Москва все больше сомневается в способности НАТО навести порядок в Афганистане, и в связи с этим стремится к расширению своего влияния в Средней Азии, готовясь к тому моменту, когда Соединенные Штаты решат уйти из этой страны. По мнению ряда аналитиков, недавнее решение Кремля поддержать переворот в Киргизии могло быть подтверждением того, что Россия намерена вести себя там более напористо.

"Бывшие советские республики Средней Азии это наш задний двор, - говорит директор независимого московского Центра европейской безопасности Татьяна Пархалина, - Москва не хочет безучастно наблюдать за тем, как "Талибан" и террористические сети используют получаемые от наркоторговли финансовые ресурсы для приобретения оружия и усиления своего политического влияния… Между наркоторговцами и террористами возникает практический альянс, и это очень серьезная угроза".

Новые героиновые наркоманы?

По словам Иванова, в России как минимум два миллиона героиновых наркоманов, но другие эксперты утверждают, что цифра эта еще больше. "Поток наркотиков из Афганистана через Среднюю Азию в Россию растет в геометрической прогрессии, а вместе с ним такими же темпами увеличивается потребление, - говорит президент связанного с Кремлем Института национальной стратегии Станислав Белковский, - единственное, что преувеличивает Иванов, так это желание и способность государства бороться с данной угрозой".

Бывший депутат Государственной Думы Евгений Ройзман, основавший в своей родном городе Екатеринбурге на Урале независимый центр по лечению наркоманов, утверждает, что в России не менее 6 миллионов наркозависимых людей. "Наркотики поступают в страну в огромных количествах, из Афганистана через перевалочные пункты в Таджикистане и Киргизии, у которых по сей день нет визового режима с Россией. Я с огромной симпатией отношусь к США и к их целям в Афганистане, но нет никаких сомнений в том, что после прибытия американцев в этот регион данная проблема для нас увеличилась многократно", - говорит он.

Российские аналитики утверждают, что НАТО закрывает глаза на производство опийного мака, поскольку это позволяет ей сохранять лояльность местных вождей и склонять на свою сторону крестьян, получающих доходы от продажи мака.

США уничтожают посевы коки, но не мака?

"Мы направляли США просьбы об активизации борьбы с производством наркотиков, однако они отвечают, что все еще анализируют имеющиеся у них варианты и беспокоятся о том, что такие действия толкнут крестьян в объятия талибов, - говорит заместитель председателя комитета Думы по безопасности Виктор Илюхин, - доводы у них на самом деле очень слабые".

Иванов заявил журналистам, что не понимает, почему Соединенные Штаты выступают за уничтожение посевов коки в Колумбии, но в Афганистане на такие меры идти не хотят.

"Хорошо, у нас есть разногласия в вопросе уничтожения маковых плантаций, - говорит Иванов, - но почему НАТО не уничтожает лаборатории? В горах Афганистана существует более 200 гигантских лабораторий, где производится все больше и больше концентрированных наркотиков, а их никто не трогает. Мы делаем вывод о том, что там вообще не ведется никакой борьбы против изготовления наркотиков".

Это недовольство может стать предзнаменованием проблем для начавшейся "перезагрузки" в американо-российских отношениях, считают некоторые аналитики. "В Москве возникает подозрение, что отсутствие интереса к борьбе с наркотиками в Афганистане связано с американской стратегией создания безопасных условий для ухода из этой страны до следующих президентских выборов 2012 года в США, и что американцы не заинтересованы в разрешении этих проблем навсегда, - говорит Дмитрий Суслов, работающий в независимом московском аналитическом Совете по внешней и оборонной политике, - а это, естественно, создает обеспокоенность по поводу того, каким будет Афганистан после ухода НАТО, и насколько серьезную проблему он будет представлять для России".

Но некоторые российские эксперты говорят, что Кремль преувеличивает масштабы проблем наркомании, создавая предлог для более напористых действий в Средней Азии.

"Российская государственная служба по наркотикам имеет обыкновение завышать объемы потребления наркотиков в России, а независимых подтверждений не существует, - говорит редактор онлайнового журнала по вопросам безопасности Agentura.ru Андрей Солдатов, - внезапно мы слышим многочисленные заявления о том, насколько велика эта угроза, и что надо срочно что-то делать. Но мне это кажется удобным политическим театром, и мне очень трудно доверять всем этим заявлениям".