Как будто бы американо-пакистанские отношения и без того не были достаточно напряженными, начали циркулировать новости о том, что США планируют надавить на Пакистан с тем, чтобы тот подписал договор о запрете производства расщепляющихся материалов (ДЗПРМ) на сентябрьской Генеральной Ассамблее ООН.

Подобная попытка, в большей мере, нежели односторонние рейды или охранные компании ЦРУ, приведут в ярость пакистанский истэблишмент, потому что она напрямую нацелена на возможности Пакистана в области обеспечения баланса в уравнении безопасности с Индией. Пакистан давно бойкотировал переговоры по Договору ЗПРМ, приводя в качестве аргумента тот факт, что ему приходится осуществлять производство расщепляющихся материалов с целью компенсировать дисбаланс в области обычных вооружений с Индией.

С 2005 года Пакистан заявлял, что американо-индийская договоренность в области гражданского использования атомной энергии - это основная причина того, что Пакистан бойкотирует Договор ЗПРМ, заявляя, что по этому договору Пакистану придется прекратить производство расщепляющихся материалов, а Индия сможет продолжить производство в гражданском контексте и направить материалы на другие цели, в том числе и на производство оружия, направленного против Пакистана, в случае необходимости.

Если возобновится давление на Исламабад, чтобы он подписал Договор о ЗПРМ, это еще больше осложнит ядерное положение Пакистана, и несмотря на безумствование международных средств массовой информации, ядерная стратегия Пакистана будет сохранять озабоченность не только по поводу безопасности ядерных активов, но и поводу возможной угрозы вторжения вооруженных сил.

Первый вопрос это вопрос устойчивости. Пакистан следует стратегии минимального разумного сдерживания, и ожидает прекратить производство вооружений, когда их объем достигнет предполагаемого необходимого уровня. Но выглядит маловероятным, что это когда-нибудь произойдет, учитывая тот факт, что Индия стала крупнейшим покупателем оружия, и на ее долю пришлось 9% всех международных поставок вооружений в период с 2006 по 2010 годы. Как Пакистан собирается позволить себе бесконечное производство ядерного оружия, неясно, ибо большая часть населения страны вынуждено, грубо говоря, жить впроголодь.

Плохая репутация программы также представляет собой препятствие. Озабоченность Пакистана по поводу американо-индийского сотрудничества в гражданской сфере по ДЗПРМ в какой-то степени оправданна. Более того, в свете эскалации энергетического кризиса Пакистан выиграет от проектов в области атомной энергии. Но проблематичная репутация страны в области вопросов нераспространения ядерного оружия и ее продолжающийся отказ дать международному сообществу доступ к доктору А К Хану (A.Q. Khan) (архитектору ядерной программы страны - прим. пер.) означают, что Пакистан никогда не удостоится договора с США в области мирного атома. Знаменитая сделка с Китаем также попадет под постоянное давление со стороны Группы ядерных поставщиков (ГЯП).

Ядерная стратегия Пакистана также становится жертвой ухудшающихся американо-пакистанских отношений. Сопротивление Исламабада по поводу ДЗПРМ частично вызвано той паранойей, в рамках которой Вашингтон старается подорвать пакистанские ядерные возможности в рамках своего общего «уклона в сторону Индии». Глобальная картина еще более сложна, и она способна сослужить плохую службу Пакистану, но он не в силах ее игнорировать.

Мечта о безъядерном мире - это краеугольный камень личного наследия американского президента Барака Обамы, идея, которая заработала для него Нобелевскую премию мира в 2009 году. Он стимулировал разоружение, прекратив финансирование американских «надежных, заменяющих» боеголовок, и подписав Новый договор СНВ с Россией, который уменьшил ядерные арсеналы двух стран до самого низкого уровня за пять десятков лет. Доведение до финала Договора о ЗПРМ - это следующий этап в повестке дня Обамы, и он с трудом решится позволить Пакистану идти своим путем.

Чем сохранять бойкот, Пакистану нужно лучше попросить у международного сообщества гарантий по вопросу расщепляющихся материалов Индии и надавить с целью достижения договоренности по мирному использованию атому.

Ну и отдельно стоит заметить, что развитие американо-пакистанских отношений в области ядерного вопроса стало просто сбывшимся пророчеством. Без сомнения, у США есть давние опасения по поводу ядерного Пакистана, как это подтвердили недавно раскрытые американские документы 1970-х. Но опасения Вашингтона противоречивы и непоследовательны: США закрывали глаза на закупку Пакистаном оружия в 1980-е годы, отдавая предпочтение сотрудничеству с афганским «джихадом». Аналогично, после терактов 2001 года США работали вместе с Пакистаном над обеспечением его оружием, а не давили на Исламабад, заставляя его подписать Договор о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний (ДВЗЯИ). Обзор ядерной политики президента Обамы от 2010 года даже не упоминает Пакистан.

Несмотря на такую историю, Пакистан одержимо опасается американского заговора с целью захвата его примерно ста с лишним единиц ядерного оружия. В виде своего рода порочной обратной связи, эти заговоры становятся реальностью в ответ на последние инициативы Пакистана в ядерной области, включая наращивание производства вооружений и разработку тактического оружия, такого как ракеты «Наср» (Nasr), они же «Хатф-9» (Hatf-9), баллистические ракетные комплексы класса «земля-земля» ближнего радиуса действия, разработанные для использования на поле боя и оттого более уязвимые для злоупотребления и ненадлежащего применения.

По мере того как связи с США ухудшаются, Пакистан обращается в сторону Китая. Последние сообщения заставляют предполагать, однако, что Китай тоже стремится к финализации ДЗПРМ. Вопрос теперь в том, объединится ли Пекин с Вашингтоном в давлении на Исламабад с целью заставить последнего подписать договор.

Пакистану нужно, чтобы Китай участвовал в его ядерной программе, которая во многом нужна ему с целью сдерживания ядерной Индии.

Пекин также колеблется по вопросу о финализации ДЗПРМ, потому что это негативно скажется на возможности Китая конкурировать с США и Россией в области производства вооружений. Пекину удобно, чтобы Исламабад предстал в качестве помехи на пути ДЗПРМ, и при этом он сам сможет аккуратно избежать подписания договора. В конце концов, Китаю дешевле строить наступательное вооружение, чем оборонительные системы..

Поддержка или молчание со стороны Китая по поводу ДЗПРМ не должны рассматриваться Пакистаном как одобрение его ядерной программы. Мы не можем забывать, что Пакистан является самым последним членом в мировой иерархии в плане глобальной ядерной стратегии: Китай производит расщепляющиеся материалы для поддержания баланса с США и Россией; Индия производит в ответ на производство в Китае; а Пакистан, в свою очередь, реагирует на Индию. Но Пакистан не может следовать невозможной цели производства вооружений просто потому, что сверхдержавы должны конкурировать.

К сожалению, это все вопросы, которые не могут быть глубокомысленно обсуждены внутри Пакистана, потому что Бомба стал стержнем нашего националистического пыла. Недостаток образования, недостаток знаний по поводу последствий ядерного удара и стоимости программы привели к тому, что слишком многие пакистанцы высказываются в пользу неограниченного производства этого оружия. А коли так, они рискуют столкнуться с худшим сценарием, гораздо более разрушительным, чем проблематика отношения США к пакистанскому ядерному оружию.

Автор - фриланс-журналист.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.