8 декабря 2003 года. У состоявшихся вчера в России выборов в думу было кое-что общее с заранее предопределенными выборами коммунистического периода: в момент, когда избиратели направлялись на избирательные участки, исход голосования почти не вызывал сомнений. Конкуренты почти не вели серьезных дебатов, а освещение избирательной кампании в средствах массовой информации (СМИ) было поверхностным. Вчерашние опросы на выходе из избирательных участков показывали, что президент Владимир Путин получит тот парламент, который придется ему по душе.

Ключевым перед закрытием избирательных участков вчера был вопрос, в какой степени любимая партия президента, "Единая Россия", может теперь называться "партией власти" как результат крупного выигрыша мест в думе (нижней палате российского парламента). Безусловно, этой партии больше не угрожают "Яблоко" и Союз правых сил (СПС), малочисленные реформистские партии, которые когда-то были надеждой российских "западников" и либерализаторов. Они вели борьбу за то, чтобы хотя бы преодолеть 5-процентный барьер, что необходимо для того, чтобы получить некоторое количество из 225 думских мест, выделяемых для кандидатов по партийным спискам, пропорционально поданным за конкретную партию голосам. Остальные места в 450-местной думе заполняются кандидатами от одномандатных избирательных округов, избираемыми путем прямого голосования.

На одном опросе на выходе в начале голосования выяснилось, что второй к финишу придет, скорее всего, партия националистического толка политического долгожителя Владимира Жириновского, которая не совсем точно названа Либерально-демократической партией России (ЛДПР). Тот же опрос дал основание полагать, что коммунисты выйдут на третье место, что свидетельствует об упадке их влияния в думе, так как более пожилые избиратели, все еще испытывающие ностальгию по советским временам, понемногу вымирают. Каким бы ни стал окончательный порядок, новая дума будет более прокремлевской, более националистической и менее ориентированной на Запад, а также и менее реформистской.

Возможно, нам следовало бы быть благодарными, что выборы были более свободными и более честными, чем бывало прежде в стране, расположенной в 11 часовых поясах. Но трудно отделаться от ощущения, что Россия вчера сделала шаг назад. Четыре года назад, когда правоцентристские партии установили контроль над думой, была атмосфера настоящей политической конкуренции. Партии выдвигали сильно отличающиеся друг от друга избирательные платформы, а освещение происходящего в СМИ было активным. Вчерашние выборы, напротив, отражали тягу к "стабильности", порядку и престижу всего, что имеет касательство к государственности, который обеспечил г-н Путин, когда крепче взял в свои руки инструменты власти.

Невозможно не принимать во внимание оптимистов, которые утверждают, что за этой дополнительной властью в парламенте последует, надо полагать, переизбрание г-на Путина в марте следующего года, что обеспечит президенту полномочия для проведения в жизнь запланированных реформ экономики, вооруженных сил и правовой системы. Возможно, так оно и есть, однако недавние тенденции ставят вопросы относительно того, насколько глубоких перемен он в действительности желает. Несмотря на некоторые, весьма позитивные изменения в налоговом кодексе, экономические реформы тормозятся, правовая система остается сильно политизированной, а проводившаяся с большой помпой кампания военной реорганизации в последнее время завершилась без каких-либо серьезных перемен.

Еще более тревожащим является та манера, в которой проводились вчерашние выборы. На выборах конкурировали примерно 23 партии, но почти не было информации ни об одной из них. Деятельность СМИ ограничивали строгие законы об освещении выборов, а также и широко распространенная из страха перед могущественной элитой самоцензура. Государственное телевидение, главный источник информации для миллионов людей, не помогло делу. Типичным было то, что когда-то независимый национальный телеканал НТВ вчера после полудня показывал почти исключительно прокремлевских политиков, прибывавших на избирательные участки для голосования. Для того чтобы вытеснить из гонки "неудобных" кандидатов, якобы, использовался "административный ресурс", позволявший дисквалифицировать их "по техническим основаниям" или же прекратить их финансирование, либо рекламу.

Можно усомниться, нуждался ли вообще г-н Путин в том, чтобы кто-то ему подыгрывал. Либеральная оппозиция России разобщена и дезорганизована, база поддержки коммунистов сокращается, и нет никакого другого политического движения, которое было бы способно бросить серьезный вызов проправительственной партии.

Несчастливым наследием 1990-х годов стало то, что проходившая в тот период коррумпированная передача государственной собственности новым владельцам, а также и другие сомнительные деяния, выдававшиеся за "реформы", очернили само понятие "свободный рынок и породили широко распространенное недоверие к лидерам делового мира, равно как и к политикам, которые позиционировали себя как "либералы". Президент Путин выиграл от дискредитации реформистского движения.

Если в отношении результатов вчерашнего голосования и существовала некоторая неопределенность, то такой неопределенности стало еще меньше в отношении назначенных на март следующего года президентских выборов. Исключая непредвиденное бедствие, г-н Путин выиграет свой второй президентский срок.

Что бы там ни стал г-н Путин делать с огромной властью, сконцентрированной в руках Кремля, "партия власти" вредна для демократии. России нужна настоящая оппозиция. А это едва ли возможно, если сами россияне не захотят ее иметь.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.