В старые добрые времена существования Советского Союза в западной политической науке сформировались две научные дисциплины. Одна называлась кремлинология, а другая советология.

Эти две науки успешно развивались, поскольку Советский Союз, обладая огромным военным потенциалом, противостоял западным демократиям, и при этом являлся закрытым обществом, которое было трудно изучать, пользуясь обычной научной методологией.

В годы сталинской диктатуры кремлинологи, к числу которых относились главным образом научные работники и иностранные корреспонденты, аккредитованные в Москве, пытались прогнозировать положение дел в Политбюро путем сравнения групповых снимков советского руководства разных лет, сделанных, к примеру, во время первомайских парадов. По ним они пытались определить, кто из членов Политбюро стоит ближе к Сталину. Другим методом исследований было ежедневное изучение свежих номеров 'Известий' или 'Правды'. Это позволяло установить, кто из советских лидеров и как часто упоминался в прессе.

Советология, у истоков создания которой стояли такие исследователи, как Филипп Мосли (Philip Mosely) из Колумбийского университета, Мерль Фэйнсод (Merle Fainsod) из Гарварда, Леонард Шапиро (Leonard Schapiro) из Лондонской Высшей школы экономики, возникла сразу после окончания Второй мировой войны. Советология была более фундаментальной наукой, поскольку в ее задачу входило с помощью научных приемов пробить брешь в засекреченном советском режиме

Наибольшего расцвета советология достигла в 60-е гг. прошлого века, когда вышла в свет книга Роберта Конквеста (Robert Conquest) 'Великий террор'. В ней автору удалось пробить брешь в Железном Занавесе, и описать во всех кровавых подробностях природу геноцида времен сталинского правления. К числу наиболее крупных публикаций в области советологии как науки можно отнести фундаментальные труды М. Фейнсода 'Кто правит Россией', Л. Шапиро 'Происхождение коммунистической автократии', а также многотомную работу Ричарда Пайпса (Richard Pipes), посвященную революции в России.

С распадом Советского Союза в 1991 г. как кремлинология, так и советология, потеряли былую актуальность и значимость. Они продолжали представлять интерес разве что для западных исследователей и историков, которые получили возможность на протяжении ряда лет работать с архивами компартии и Советского правительства. Работа в ведущих исследовательских центрах, активно занимавшихся исследованиями на советском направлении, к числу которых относятся Гарвардский и Колумбийский университеты, стала постепенно затухать. Резко снизилось их финансирование, сократился набор студентов.

Мне представляется, что былая репутация этих уважаемых исследовательских центров может быть возрождена, а научные кадры смогли бы восстановить утраченное положение, если предметом их научно- исследовательской работы стала бы новая политическая дисциплина. Как в свое время предметом их исследований была советология и кремлинология, так теперь настало время заняться новой наукой - путинологией. Предметом этой науки могло бы стать изучение того, что собирается новоиспеченный российский диктатор - с которым нам придется жить в ближайшие годы - делать с тем, что он называет 'управляемой демократией'.

Конечно, уже сейчас можно назвать кандидатов в будущие путинологи или, если хотите, путиноведы. К ним, думаю, можно отнести профессора университета в Глазго Стивета Уайта (Stephen White), профессора Стендфордского университета Майкла МакФола (Michael McFaul) и Джона Данлопа (John Dunlop) из Гуверского института.

Конечно, эпоха ельцинского правления носила выраженные следы анархии. Во многом благодаря алкоголизму первого лица российского государства. По этим же причинам период правления Ельцина не поддается строгому научному анализу. Скорее психиатр, а не политолог способен объяснить причины, вызвавшие смену на своем посту за полтора года пяти премьер-министров.

Подходить к недавней отставке путинского премьер-министра и всего кабинета министров необходимо, разумеется, пользуясь методом сравнительного анализа. В сталинские времена, скажем, подобная чистка неизбежно сопровождалась бы арестами, признательными заявлениями, сделанными под давлением спецслужб, а также расстрелами или длительными ссылками в Гулаг. В эпоху Никиты Хрущева пострадавшим в ходе чистки лицам было бы предложено отправиться, скажем, на Камчатку, чтобы заведовать там АЗС, куда и бензин-то завозится раз в полгода :

Ситуация в стране стала меняться с приходом к власти Михаила Горбачева, годы правления которого приходятся на период с 1985 по 1991 гг. После его отстранения от власти Советский Союз распался на 16 самостоятельных государств, и советологии как науке пришел конец. Однако, история СССР до сих пор является одним из фундаментальных предметов исторической науки.

Следует вместе с тем учитывать, что Россия, лишившаяся всех других советских республик, и потерявшая половину численности населения бывшего Союза, продолжает оставаться крупнейшей ядерной державой мира, сохраняет за собой место в Совете Безопасности ООН и набирает экономический вес в системе международного разделения труда. Другими словами, путинология вполне может стать важной областью научных исследований, заняв нишу советологии.

Профессор Уайт является признанным путиноведом. В своей работе, посвященной исследованию путинской номенклатурной элиты, опубликованной в 'Торонто Глоб энд Мейл' под заголовком: 'Остерегайтесь путинского Политбюро', автор доказывает, что этой элите присущи общие характерные черты: все эти люди вышли из рядов военных, правоохранительных и специальных органов.

Согласно данным, которые он собрал вместе с московским социологом Ольгой Крыштановской, около четверти ключевых постов в государстве сегодня находятся в руках людей, вышедших из рядов военных или спецслужб. При Горбачеве, кстати, их численность не превышала 4%. Вот какие основные тенденции в развитии страны отмечает этот видный ученый и какие области исследования он предлагает вниманию будущих путиноведов:

'Частная собственность в стране будет сохранена при условии, что она носит 'патриотический' характер и держится в стороне от политики. Иностранные инвестиции также будут приветствоваться, но на миноритарной основе. Газетам будет позволено заявлять все, что угодно, а телевидению в этом будет отказано. По отношению к Западу будет проводиться более жесткая линия. Впрочем, она уже сейчас дает о себе знать. Бюджет на оборону будет увеличен. Будет проводиться линия на укрепление российских национальных интересов, в первую очередь в бывших республиках Советского Союза'.

Арнольд Бейхем - исследователь из Центра Гувера. Автор публикаций в 'Вашингтон Таймс'.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.