Интервью с профессором Ратлендом (Веслеанский университет) по выборам в России 14 марта. Ратленд - редактор сборника статей 'Бизнес и государство в современной России' (Уэствью Пресс, 2001), и научной сотрудник Джеймстаунского фонда в Вашингтоне (округ Колумбия).

ЮПИ: До президентских выборов в России, на которых, вероятнее всего, с большим перевесом победит Путин, остается буквально несколько дней, как, по-вашему, эти выборы соотносятся с президентскими выборами 1996 и 2000 гг.? Являются ли эти выборы важной вехой в развитии молодой российской демократии, или элементом ярко выраженной политической тенденции, продолжающейся с 1991 г.?

Ратленд: Выборы - не веха. В лучшем случае - это кочка или выбоина на дороге. Очень часто за точку отсчета берется идея, что Россия находится в состоянии 'перехода к демократии', или, как вы выразились, является 'молодой демократией'. Но я не согласен с этим тезисом. В 1989-91 гг. Россия пережила крушение системы, что привело к десятилетнему периоду нестабильности. Ни разу за все 1990е гг. я не соглашался с характеристикой России как демократического государства. Это был переходный режим - смесь элементов демократии и авторитаризма, да еще с добавлением анархии. Я не могу выявить никакой тенденции развития в ходе периода нестабильности до 2000 г.: система просто двигалась от одного кризиса к другому, а между ними возникали 'передышки' - моменты иллюзорного затишья. После 2000 г. в развитии страны наблюдается ярко выраженная тенденция к стабильности и экономическому росту, но одновременно и к авторитаризму, а отнюдь не в сторону демократии.

Вопрос: В российских и западных СМИ идет настоящий поток комментариев, где утверждается, что Кремль использует весь имеющийся в его распоряжении 'административный ресурс' для манипулирования электоратом, ограничивая одновременно доступ к СМИ соперникам Путина по президентской гонке. Несомненно, Кремль делает все возможное, чтобы поддержать своего кандидата, но являются ли другие кандидаты фигурами достаточного 'калибра', чтобы всерьез бросить вызов Путину?

Ответ: Я встречался с (Ириной) Хакамадой и (Сергеем) Глазьевым. Это умные, преданные делу люди. Проблема в том, что они участвуют в гонке в сугубо индивидуальном порядке. За ними не стоят никакие организации - даже на бумаге, не говоря уже о реальности. Но даже если бы они возглавляли настоящие партии, им все равно пришлось бы соперничать с российским государством. Выборы настолько асимметричны, что их нельзя даже назвать состязанием. Хакамада, может быть, и 'последний самурай', но у ее противников есть ядерное оружие, пусть даже оно и не всегда срабатывает.

Для меня главным символом иллюзорного характера нынешних выборов является тот факт, что Путин, подобно своему предшественнику Ельцину, отказывается участвовать в дебатах с другими кандидатами. Это со всей очевидностью показывает, что происходит: есть один официальный кандидат, и есть 'фиктивные'.

Вопрос: Внятная оппозиция Путину, судя по всему, разрознена. Можно ли винить в этом Кремль?

Ответ: Винить за отсутствие реальной оппозиции и жалкое состояние российской демократии можно многих. Путинский режим - отражение того, что происходило с Россией в 1990х гг.: он не является результатом неожиданного переворота, организованного некими 'злодеями в мундирах'. Правые (либералы) упустили свой шанс, когда вступили в союз с Ельциным, пожертвовав развитием реального демократического движения ради рыночных реформ.

Большинство из них и при Путине продолжали поддерживать подобный 'обмен'. Возможно, это решение было правильным, возможно - нет. Но это было их собственное, осознанное решение.

Коммунисты (а точнее бывшие коммунисты) в большинстве постсоциалистических стран, где победила демократия, превратились в реальную оппозицию, и часто даже побеждают на выборах. Но в России этого не произошло. Причина в том, что российские коммунисты так и не смирились с распадом Советского Союза. Всегда существовал риск, что, придя к власти, они сотворят нечто безумное, так что большинство избирателей им не верили.

Вопрос: Что, по вашему мнению, будет делать Путин после своей вероятной победы? Он уже назначил нового премьера - реформатора, человека абсолютно лояльного, Похоже, Путин также намеревается усилить роль парламента, находящегося под контролем Кремля, в политической жизни. Путин занимается укреплением той системы, что он создал за первый президентский срок, или созданием новой?

Ответ: В демократических государствах выборы имеют большое значение. На них избирается лидер страны и одна из конкурирующих политических программ. Но Россия не является демократическим государством, и выборы в ней не служат ни одной из этих целей. Выборы для Кремля - скорее неприятная обязанность, нечто такое, что надо вытерпеть и пережить. Выборы нужны им, потому что этого от них ожидает мир, и потому что они придают Кремлю политическую легитимность.

Многие наблюдатели продолжают верить и надеяться, что выборы в России способны играть более важную роль.

Например, в 1999 г. существовала идея, что выборы в Думу станут своего рода 'праймериз' для кандидатов в президенты. В 2003 г. существовала идея, что Россия движется в сторону парламентской республики, что правительство будет сформировано партией, завоевавшей большинство в Думе. Но то, как Путин выгнал (Михаила) Касьянова и назначил премьер-министром (Михаила) Фрадкова, не делая даже вид, что проводит предварительные консультации с 'Единой Россией', на мой взгляд, не слишком напоминает парламентскую республику.

Это прискорбно, потому что, на мой взгляд, без дисциплинирующего влияния соперничества на выборах российскую элиту никто не заставит эффективно решать проблемы, стоящие перед страной - проблемы, связанные с коррупцией, слабым соблюдением закона, медленным темпом реформ в секторах крупной промышленности.

Вопрос: Некоторые из наиболее информированных наблюдателей указывают, что главный вопрос, который решается сегодня, связан с президентскими выборами 2008 г., когда Путину, в соответствии с нынешней российской конституцией, придется покинуть свой пост. Сам Путин также объявил, что назовет имя своего преемника. Поскольку выборы 2004 г. носят, по сути, безальтернативный характер, не является ли все происходящее сегодня долгой прелюдией к тому моменту, когда Путину придется покинуть политическую арену в качестве активного политического деятеля? Или, другими словами, не является ли для Путина кампания 2004 г. инструментом формирования собственного политического наследия?

Ответ: До 2008 г. еще далеко, и, что бы ни произошло в воскресенье, на мой взгляд, это вряд ли реально повлияет на события 2008 г. Нельзя исключить и возможность легких сюрпризов. В марте 2000 г. драматизм ситуации придал тот факт, что Путин получил меньше голосов, чем ожидалось, и едва избежал второго тура. В этот раз, я думаю, такой опасности не существует. Если любому из кандидатов-соперников, или 'кандидату 'против всех' удастся получить поддержку более 10% избирателей, это уже будет достаточным сюрпризом. Стоит стране приобрести привычку избирать президентов девяноста с лишним процентами голосов, и о демократии можно полностью забыть.

(Питер Лавелль - аналитик, работающий в Москве, автор информационного бюллетеня о событиях в России 'Несвоевременные мысли' / untimely-thoughts.com).

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.