Москва, 17 июня 2004 года. Когда богатейший человек России Михаил Ходорковский в июне прошлого года отмечал свой 40-летний юбилей, его мать написала к этой дате стихотворение, в котором были такие строки: "Сегодня тебе везет, и деньги дождем сыплются на тебя. Но однажды все может измениться".

Днем, когда все это изменилось, стало 25 октября 2003 года: г-н Ходорковский, который являлся генеральным директором ведущей российской нефтяной компании ЮКОС, был под угрозой оружия арестован в своем личном самолете и отправлен в тюрьму по обвинениям в мошенничестве и уклонении от уплаты налогов. Суд над ним, начавшийся вчера, знаменует собой поразительное посрамление одного из самых известных в посткоммунистической России бизнесменов.

Свидетельства его прежних политических связей красуются на видном месте в частной школе в пригороде Москвы, которую основал г-н Ходорковский, и которой руководит его отец. Там, в зале для игры в бильярд, над телевизионной антенной висят две фотографии: на одной г-н Ходорковский беседует с российским президентом Владимиром Путиным; другая - портретный снимок г-на Путина с дарственной подписью.

Просторное поместье 19-го века, превращенное в лицей для детей работников ЮКОСа, является напоминанием о том богатстве, которым распоряжался г-н Ходорковский менее года назад. Как главный акционер ЮКОСа, он, по свидетельству журнала "Forbes", имел состояние в 15 млрд. долл. США. Но его родители, Борис и Марина, хотели бы, чтобы у него никогда не было такого богатства.

Марина, седовласая и аккуратно одетая женщина, говорит: "Эти деньги не принесли нам ничего, кроме волнений и страха. Я знаю страну, в которой живу. Каждое утро я, проснувшись, первым делом включаю радио, в душе опасаясь самого худшего. С самого начала я знала, что все это закончится слезами. И я ему это говорила, но он был оптимистом".

Ходорковские не были привычны к деньгам или привилегиям. Они работали на одном московском заводе прецизионных станков и жили в квартире общей площадью 46 кв. м, с одной спальней, которая находилась в типовом советском жилом квартале. Подобно большинству советских евреев, они жили в страхе перед государством.

Г-жа Ходорковская говорит: "Люди нашего поколения знали людей, которые прошли через сталинские исправительно-трудовые лагеря. Но Михаил принадлежал к другому поколению, которое было более свободным. Они, разумеется, были осведомлены о всех этих ужасах, но это не было частью их генетической памяти". Родившийся в 1963 году, спустя 10 лет после смерти Сталина, будущий глава ЮКОСа закончил в Москве Менделеевский институт в 1986 году - в год, когда президент Михаил Горбачев направил страну по пути перестройки и гласности. Многие талантливые россияне уехали на Запад, но г-н Ходорковский начал взбираться вверх по карьерной лестнице у себя на родине.

В годы заката Советского Союза, когда цинизм корродировал всю систему, г-н Ходорковский вступил в комсомол и стал одним из наиболее активных его членов.

Комсомол обеспечил прикрытие и связи для одного из первых бизнесов г-на Ходорковского, который он создал с целью предоставления советским промышленным предприятиям услуг в сфере научных и технических исследований. Но этот бизнес также был хитрым механизмом превращения безналичных рублей - которые являлись инструментом отчетности в советской плановой системе - в реальные денежные купюры.

К моменту, когда распался Советский Союз, у г-на Ходорковского были деньги и политические связи, чтобы нажиться на спорной приватизации, которая позволила колоссальным природным ресурсам страны перейти в руки небольшой группы магнатов в обмен на займы, которые те предоставили страдавшему от отсутствия денег правительству. Банк "МЕНАТЕП" г-на Ходорковского организовал аукцион по продаже компании ЮКОС и, в конечном итоге, оказался единственным претендентом на нее. Отвадив западных и российских конкурентов, он купил ЮКОС, заплатив немногим более 300000 долл. США, которые, возможно, были взяты взаймы у государства, за компанию, которая стоит 16 млрд. долл. США.

Когда г-н Путин пришел во власть, он недвусмысленно заявил олигархам, что они смогут сохранить свои богатства, если станут держаться подальше от политики. Большинство прислушалось к этому сообщению. Г-н Ходорковский отказался играть по правилам.

В отличие от других олигархов, он не стал тратить деньги на огромные виллы во Франции, футбольные клубы или пасхальные яйца работы Фаберже. Для человека с таким состоянием он вел весьма скромный образ жизни.

Но его деньги дали кое-что другое - чувство исключительной самоуверенности, которое резко контрастировало с остаточным страхом его родителей перед властью государства.

Он заплатил за это ощущение непобедимости своей свободой. Вполне возможно, что ему придется расстаться также и со своим состоянием. "Он забыл, в какой стране живет", - сказал в момент ареста г-на Ходорковского один из его коллег-олигархов.

Восемь месяцев, которые он провел за решеткой, послужили болезненным напоминанием ему, его партнерам и, прежде всего, его родителям, которые почти не надеются, что их единственный сын будет оправдан. Борис говорит: "Видеть нашего сына, которого мы считаем невиновным, за решеткой и в наручниках - наш самый страшный кошмарный сон, который стал явью".