Российское руководство опровергло слухи о том, что Москва может направить свои войска в Ирак, однако анализ ситуации показывает, что такое решение не является абсолютно невозможным. Оно могло бы быть принято, сделай Вашингтон искренний шаг навстречу России.

В начале войны в Ираке Россия резко выступала против действий США. Для этого существовало несколько причин. Одна из них состояла в стремлении создать квази-альянс с Европой в качестве альтернативы мировому господству Америки. Средний класс России и ее высшие круги такой альянс вполне устроил бы, поскольку он мог стать основой для долгосрочных отношений.

Другая причина состояла в предположении России, что она сможет без особой опасности для себя разыграть исламскую карту против США, поскольку конфликт в российской Чечне постепенно сходил на нет.

Вначале все, казалось, шло по российскому сценарию. Франция, являющаяся главной движущей силой и душой Евросоюза, просила Россию наложить в Совете Безопасности вето на американское вторжение в Ирак, а война в Чечне казалась близкой к завершению.

Однако затем события начали развиваться по другому пути.

После короткого флирта с Россией ЕС опять занял враждебную позицию по отношению к Москве. Арест собственности 'Юкоса' вызвал неожиданно резкое осуждение Брюсселя. Война в Чечне активизировалась. В феврале произошел кровавый теракт в московском метро, а летом - мятеж в соседней с Чечней Ингушетии, который позволил боевикам на короткое время взять эту республику под свой контроль.

Этот мятеж стал тем более тревожным знаком, что его начали не чеченцы, а сами жители Ингушетии. Оно могло привести к развитию ситуации по самому кошмарному для Москвы сценарию - к распространению этого восстания на другие мусульманские районы страны.

Данные события существенно изменили подход российского президента Владимира Путина к событиям в Ираке.

Российское телевидение, находящееся практически под контролем центральных властей, стало давать более взвешенные оценки хода войны. Комментаторы стали просто говорить о том, что США преследуют в этом регионе свои геополитические и экономические интересы. Это совсем недалеко от одобрения действий американцев.

Положительное отношение к американцам и отрицательное - к боевикам может найти понимание и поддержку у российской аудитории. Правда, что большинство русских желает Америке поражения в этой войне, однако такое отношение не является абсолютным.

Например, националистическое издание 'Завтра' поместило на своем сайте несколько статей, восхваляющих иракское сопротивление. Большинство читателей, направивших электронные письма главному редактору, одобрили эти статьи, однако мнения несколько разделились. Один из авторов написал, что для русских было бы глупостью радоваться смерти американских солдат на этой войне, поскольку те же боевики могли убивать российских солдат в Чечне.

Другой автор написал, что при всех проблемах взаимоотношений с США Россия должна идти вместе с Америкой в борьбе против общей угрозы исламского фундаментализма. Обычного россиянина можно было бы относительно легко склонить к поддержке американских действий в Ираке, хотя правдой остается то, что большинство в России испытывает негативное отношение к США.

Однако эти негативные чувства довольно расплывчаты и неконкретны. Практически не было случаев плохого обращения с американцами только из-за того, что они американцы. Пол Хлебников, московский корреспондент журнала 'Forbes', был убит не потому, что он американец, а потому что проявлял чрезмерное любопытство, стараясь вытащить на всеобщее обозрение состояние и богатство российских нуворишей. Да, был случай избиения американских морских пехотинцев, но все эти военнослужащие были чернокожими. Это избиение показывает наличие в России глубоко укоренившегося расизма, но не ненависти к американцам как таковым.

В то же время, ненависть к мусульманским меньшинствам, представители которых обычно смуглолицы и явно не похожи на русских, является всеобщей и проявляется в многочисленных случаях избиений и дурного обращения.

Изменение отношения российской элиты и основной массы населения показывает, что поддержка Россией войны США в Ираке, включая направление туда войск, не является чем-то абсолютно немыслимым. Вопрос сегодня состоит в том, какую позицию в отношении России займет Вашингтон, и воздаст ли он ей нечто большее, чем простое рукопожатие и заверения в добрых намерениях.

Дмитрий Шлапенток является адъюнкт-профессором истории в университете Индианы и автором ряда книг и более ста статей