В связи с последними террористическими актами ни один политик в России не осмелится выступить в пользу примирения с Чечней. И ни один западный политик не может надеяться на понимание в России, напоминая теперь о необходимости изменения курса в сторону политического урегулирования. Это было бы в обозримом будущем бесперспективно, так как, с одной стороны, нет никого, кто бы мог говорить от имени большей части чеченцев, которые, как и большинство людей на Кавказе и в России, сыты войной и жаждут мира. Марионетки, которых использует Москва и Грозный, не имеют среди своих соотечественников никакого авторитета. Ситуацию определяют террористические отряды смертников, таких, как в Беслане. Они, тут президент Путин прав, объявили России войну без границ и правил. Любое государство мира не позволит в таком положении шантажировать себя и сначала прибегнет к организации самообороны.

Но как раз в этой ситуации российское руководство допустило осечку. Захват заложников в Беслане был, в конечном счете, прямым ударом по самому Путину. Он после ельцинского периода невероятного хаоса и после первой серии террористических актов пообещал принести стране законность и стабильность и оградить население России от других бед. При этом в экономической области Путин, без сомнения, достиг значительных результатов. Проблему чеченского сепаратизма, считал он, можно решить с помощью одной военной силы, путем последовательных действий российских органов безопасности. Таким образом, можно говорить, что он теперь потерпел окончательную неудачу.

Последние террористические акты и захват заложников вызвали у российского населения большую неуверенность. Оно не знает, когда и где произойдет очередной террористический акт. Но оно понимает, что теракты будут продолжаться. А органы безопасности, в которые в последние годы были закачаны миллиарды рублей, и их руководители, контролирующие в российском государстве практически все позиции, защитить людей от этой опасности, очевидно, не способны. Это, наверняка, окажется в центре дискуссии, когда шок, в котором находится в настоящее время российское общество, начнет проходить

Владимир Путин признал свои ошибки в телевизионном обращении. Безоговорочно. 'В общем, нужно признать, что мы не проявили понимания сложности и опасности процессов, происходящих в своей собственной стране и в мире в целом', - сказал он. И в другом месте: 'Мы живем в условиях обострившихся внутренних конфликтов и межэтнических противоречий. . . Мы перестали уделять должное внимание вопросам обороны и безопасности, позволили коррупции поразить судебную и правоохранительную сферы'.

Такого безжалостного анализа из Кремля не слышал никто еще никогда: ни после гибели атомной подводной лодки 'Курск', ни после захвата заложников в московском музыкальном театре. Он показывает, что Путин, разумеется, понял, что страна снова переживает поворотный момент в своей истории. Но президент не говорит о своей ответственности. Не он ли не раз утверждал, что война в Чечне завершена, и Кавказ, если не считать отдельные арьергардные бои, находится на пути к нормализации? Перед Путиным сейчас стоит большая проблема, лишающая убедительности его позицию, что, мол, обстановка неуверенности повышает симпатии людей к политике сильной руки. А другой сильной руки, как Путин, нигде не наблюдается.