Ужас и отвращение - это естественная реакция людей планеты на последствия страшной драмы с захватом заложников в Беслане. Все порядочные люди в своих мыслях вместе с пострадавшими и потерявшими своих близких. Народы мира, чьи сердца давно закалили телевизионные репортажи о смертях в Нью-Йорке, Фаллудже и Дарфуре, содрогнулись, увидев характер и масштаб зверств на Кавказе. Однако только сострадания и сочувствия к невинным жертвам трагедии и к их семьям недостаточно. Что можно сделать, чтобы помочь России в ее агонии?

Министр иностранных дел Джек Стро (Jack Straw) вчера выразил чувства скорби, солидарности и соболезнования, оставив прочие вопросы на более позднее время. Вполне естественно, что он не хотел стать объектом жесткого негодования, которое Москва выразила в адрес министра иностранных дел Нидерландов и нынешнего президента ЕС Бена Бота (Ben Bot) после его неуклюжего требования объяснить, как могла произойти такая ужасная катастрофа. Голландцы поспешили заявить, что заявление их министра было неправильно понято. Но и они, и многие другие ждут ответа на этот вопрос. Жестокость чеченских террористов - это необходимое, но не достаточное объяснение случившемуся.

Россия всегда очень чувствительно реагировала на любую внешнюю критику ее жесткой политики в Чечне, поэтому западные государства научились вести себя крайне осторожно, особенно после событий 11 сентября. Эти события позволили Владимиру Путину встать в ряды глобальной 'войны с террором'. Путин очень, кстати, подчеркивает связь чеченцев с исламскими экстремистами, в том числе, с Усамой бен Ладеном, однако корень проблемы лежит в самой Чечне.

Грандиозная риторика о гуманитарной интервенции и международной защите прав человека, явившаяся частью аргументов в пользу вмешательства в Косово и Ираке, не была воплощена в жизнь в Чечне, несмотря на многочисленные свидетельства нарушений прав человека российскими войсками и силами безопасности. Сделано прискорбно мало, чтобы довести до сознания русских существенную мысль о том, что марионеточное правительство в Грозном, вызывающие сомнение выборы и ужасающая бедность не смогут осушить болото, из которого произрастают корни бесчеловечного насилия.

В сложившихся условиях совершенно очевидно, что русские вряд ли станут более податливы и согласятся с международными требованиями перемен. Резолюция Совета Безопасности ООН, утверждения которой так активно добивалась Москва, предназначена для того, чтобы осудить 'ужасные преступления' чеченцев, но не для того, чтобы ООН была отведена роль наблюдателя или миротворца в конфликте. Однако, если вообще есть перспектива движения вперед, необходимо более активно привлекать внешние силы, чтобы они оказывали эффективную помощь по всем возможным направлениям.

Эксперты полагают, что Россия будет приветствовать помощь Запада в обучении своих специальных подразделений. Ведь Путин публично признал очевидный провал в их действиях в школе #1 в Беслане. Это лишь часть многих недостатков постсоветского государства. Запад также должен добиваться разрешения на допуск гуманитарных организаций помощи, деятельности которых давно мешают российские военные. Затем можно протянуть руку помощи в оказании более долгосрочной помощи в создании определенных структур и институтов.

Евросоюз, отчаянно пытающийся сделать что-то конструктивное для своего самого важного и самого неспокойного соседа, готов мобилизовать свои ресурсы на эти цели в рамках более широкой стратегии. Наблюдатели из Организации по Безопасности и Сотрудничеству в Европе, органа, к которому благоволит Москва, должны получить возможность свободной работы в Чечне. Ограничения на деятельность журналистов - одна из причин, по которым так мало известно о идущей там войне, - должны быть также сняты. Особенно важны вопросы безопасности, чтобы не дать людям зла убивать невинных людей. Кроме того, следует вести борьбу за умы и сердца людей. Сейчас это будет делать труднее, чем прежде. Однако друзья России обязаны убедить ее начать политический диалог, который даст хотя бы малую надежду на прекращение кровопролития.