Что значит для россиян отставка какого-то главного редактора по сравнению с горем и яростью в Беслане, по сравнению со страхом перед терроризмом? Мелочь, подумает какой-нибудь россиянин, занятый другими заботами. Газета 'Известия' потеряла своего главного редактора, ну и что, найдут другого.

Такое мнение можно было бы даже в какой-то мере оправдать, если бы речь в данном случае не шла о таких ценностях, как свобода мнения и понимание демократии, как это имеет место в случае с главным редактором Рафом Шакировым, снятым, не долго думая, при добром согласии Кремля и олигархов.

Газета 'Известия' показала руководству страны реалистичную картину захвата заложников в Беслане. Это не укладывалось в русло заданной Кремлем линии представлять опасность терроризма, если она появилась в самой России, по возможности как контролируемую. В конце концов, президент более четырех лет ведет свою безжалостную борьбу, и тут уж все должно становиться лучше, а не хуже. И тот, кто в средствах массовой информации не желает подыгрывать, лишается работы, даже если он работает в газете, находящейся в частной собственности. В Кремле понимают, что для владельца 'Известий' Потанина олигархические доходы, неприкосновенность которых может гарантировать Кремль, дороже, чем абстрактная ценность свободы слова.

Это само собой разумеющаяся вещь для системы, возникшей при правлении Путина, в которой военные и сотрудники спецслужб делят между собой руководящие посты, для системы, которая рассматривает государственность, а также средства массовой информации всего лишь в качестве строительных элементов нового прекрасного, управляемого мира. Четвертая, независимая ветвь власти, контролирующая власть предержащих в сфере политики и экономики, считается, между тем, угрозой, соответственно с ней и поступают. Ее устраняют. Россия Путина сделала на этом пути, если говорить о деле Шакирова, снова большой шаг вперед.