Решение российского кабинета министров о ратификации Киотского Протокола об изменении климата можно только энергично приветствовать. Это здравый и чрезвычайно ответственный шаг, сделанный в момент, когда в мире все больше царит хаос. Когда в 2001 году президент Буш отверг этот договор, Россия стала тем государством, чье утверждение данного Протокола приобрело принципиальное значение для его вступления в силу. Мир долгое время с тревогой ожидал, какое персональное решение примет президент Путин. От него зависело, продолжатся ли 15-летние усилия мирового сообщества по противодействию глобальному потеплению или эти усилия рассыплются в прах.

Вчерашнее решение означает, что громогласные российские противники данного соглашения во главе с экономическим советником Кремля Андреем Илларионовым потерпели поражение, хотя еще вчера Илларионов выступал против ратификации.

Однако на этот раз он не может заявить, как делал это раньше, что выражает мнение самого президента. Господин Путин председательствовал на заседании кабинета, когда было принято данное решение.

Решение кабинета еще должно быть утверждено российским парламентом. И хотя нельзя предсказать решение Госдумы заранее, тот факт, что ее контролирует партия Путина, и позитивные оценки, которые прозвучали вчера на заседании кабинета, свидетельствуют о том, что Протокол все же будет ратифицирован, возможно, в начале будущего года. Через три месяца Киотский Договор станет узаконенной реальностью. Международная система сотрудничества по снижению выбросов промышленных газов, вызывающих парниковый эффект, обретет существование, будучи поддержанной 124-мя странами. Самый крупный в мире источник парниковых газов, Соединенные Штаты Америки, станут явным аутсайдером.

Несмотря на задержки с ратификацией Киотского Протокола Россией, мы уже давно воспринимаем его как само собой разумеющееся. Мы начинаем забывать, какой победой здравого смысла стала в декабре 1997 года встреча представителей более чем 150 стран, имевших разные, порой противоположные интересы и приоритеты. На этой встрече они приняли соглашение, направленное на решение беспрецедентной по своей опасности проблемы.

Крах киотских усилий нанес бы серьезный ущерб вере в способность мирового сообщества находить коллективный ответ вызову современности - глобальному изменению климата. Такой крах подтвердил бы пессимистические взгляды тех (главным образом, в США), кто считает, что Протокол слишком амбициозен и никогда не сможет быть реализован. Провал киотских усилий также негативно повлиял бы на позиции развивающихся стран, главным образом, Китая и Индии, которые пока не присоединились официально к борьбе с глобальным потеплением, но содействие которых будет иметь важное значение.

Соглашение не только обязывает индустриально развитые страны ограничить выброс парниковых газов в атмосферу; оно создает систему сложных, но важных механизмов, которые позволят странам сотрудничать в деле снижения выбросов. К таким механизмам, прежде всего, относится торговля квотами на выброс и совместная реализация проектов по снижению выбросов углекислого газа.

Вступление в силу Киотского Протокола будет означать, что создана юридически обязательная и официальная база для запуска таких механизмов. Изменится сама обстановка вокруг Протокола - неуверенность и отрицательное отношение уступит место позитиву. Она поможет международному сообществу наращивать усилия по борьбе с угрозой глобального потепления. И она покажет Соединенным Штатам, оказавшимся на обочине общего движения, что не всегда голос Вашингтона в решении глобальных вопросов может быть решающим.

Но необходимо признать, что все это не решает проблему. Даже если бы условия договора, как это первоначально предусматривалось, полностью выполнялись бы - и с участием США, результат в снижении выбросов стал бы лишь робким началом. Уровень выбросов индустриально развитых стран снизился бы по сравнению с 1990 годом всего на 5 процентов. Согласно произведенным подсчетам, такой результат, в случае его достижения, привел бы к снижению повышающейся температуры воздуха на планете (а в 21 веке она должна повыситься на 6 градусов) только на одну двадцатую (!) градуса.

Следует отдать должное Тони Блэру, который - единственный из государственных лидеров - признал ничтожность будущего результата и уже несколько раз заявлял, что миру пора начать думать о более радикальном снижении уровня СО2 - на 60 процентов. Итак, Киото - это только начало. Но такое начало положено, поэтому мы обязаны горячо приветствовать новый успех.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.