Если речь заходит о границах американской критики в адрес России, то 'политики-реалисты' любят пускать в ход аргументы по поводу современных конфликтов. Они поясняют, что участие Москвы крайне необходимо, чтобы дисциплинировать Иран, чтобы сдерживать Северную Корею и помогать в Ираке. Уже только поэтому, заявляют они, нельзя слишком сильно критиковать ограничение демократии и гражданских свобод в России. Поэтому прагматики считают, что недавние жесткие высказывания администрации США в адрес России не следует воспринимать слишком уж серьезно.

Однако этот успокоительный тезис не верен. Потому что потеря значения поверженной сверхдержавы, России, настолько велико, что Москва, даже оказавшись в большой немилости у США, не сможет представлять собой какую-либо действительную опасность. Возможность того, что Владимир Путин сознательно начнет помогать Тегерану в получении ядерной технологии, выступив тем самым против европейцев, настолько же невероятна, как и ядерная помощь России Северной Корее вопреки воле Пекина и Вашингтона. Для России оба эти варианта были бы равносильны самоубийству.

Нет, пока что Путину ничего не остается, как проглатывать критику Джорджа Буша, делая при этом красивую мину при плохой игре. Если же ему хочется, по крайней мере, для своей домашней публики, казаться равноправным партнером с США, то ему придется сдержаться, чтобы снова не начать разглагольствований на тему изоляции, как это было после политического фиаско России на Украине. Это лишь обнажит беспомощность Москвы.

Поэтому дружеские жесты в Братиславе следует воспринимать с крайней осторожностью. Каждый, и Буш, и Путин, выполняют свои собственные программы, но точек пересечения становится все меньше.