Москва, 5 сентября 2005 года. Иван Мусатов в обычной обстановке не стал бы вмешиваться. В этом преисполненном насилия городе было вовсе не необычным видеть, как двое избивают на тротуаре третьего молодого человека. Но необычным было то, как они его избивали. Они фотографировали процесс избиения на камеру мобильного телефона. Один из них наносил удар кулаком в подбородок опущенной головы юноши, а другой делал снимок.

Мусатову, депутату российского парламента, было вовсе не обязательно оказываться в центре чьих-то неприятностей. Но когда эти двое стали затаскивать ослабевшего парня в кусты, Мусатов выскочил из своего автомобиля. Эти двое набросились на Мусатова, а когда к месту потасовки подбежал еще и друг депутата, из ближайшего кафе выскочили около десятка людей и стали избивать их обоих. Мусатов позвонил по мобильному телефону своей жене. "Приезжай на Павелецкий вокзал, - умолял он ее. - Меня убивают".

Трое продавцов из ближайших палаток кричали, что вызывают милицию. "Мы сами из милиции", - резко сказал один из нападавших.

Когда все закончилось, у Мусатова были сломаны три ребра, имелись сотрясение мозга и синяк под глазом. Его друг был весь в крови, у него были травмы желудка и печени. А против троих офицеров милиции, все из которых в то время находились не при исполнении служебных обязанностей, было начато расследование по обвинениям в хулиганстве и злоупотреблении полномочиями.

"Русские люди боятся милицию гораздо сильнее, чем мафию, потому что милиция более опасна", - сказала на прошлой неделе за завтраком в одном ресторане в центре города жена Мусатова, Анастасия Михайловская, когда ее мужа выписали из одной больницы и собирались класть в другую.

Из всех опасностей, которые подстерегают россиянина, когда он ежедневно выходит из своего дома - пьяные водители, чеченские террористы - ничто, как правило, не внушает большего ужаса, чем мент на углу, который останавливает кого-либо из спускающихся в метро и приказывает следовать в комнату транспортной милиции.

В ходе одного опроса общественного мнения уважаемым Центром имени Левады 38% опрошенных назвали террористов и наркоторговцев второй и третьей самой криминальной профессией в России, а первое место отдали милиции. В ходе другого опроса в марте с.г. выяснилось, что 56% жителей Москвы боятся милиции.

В своем ежегодном обращении к нации в апреле с.г. президент Владимир Путин признал, что реформа милиции стала национальным приоритетом. "Нам нужны правоохранительные органы, которыми законопослушный гражданин гордился бы вместо того, чтобы при виде человека в милицейской форме переходить на другую сторону улицы", - сказал он.

Бывали случаи, когда адвокаты подавали заявления в суды от имени своих подзащитных, которые разбились насмерть, выпрыгнув из окон расположенных на 5-м этаже помещений следственных изоляторов, чтобы не подвергаться пыткам при допросах. Правозащитники ведут учет пропавших без вести и погибших граждан, которые имели контакты с милицией, а большинство россиян считают встречу с милицией удачей, если она заканчивается уплатой небольшой взятки.

Жестокое обращение и запугивание со стороны милиции достигли такого уровня, что эти явления стали фокусом оппозиции Путину, которая утверждает, что под руководством этого бывшего офицера КГБ Россия снова стала полицейским государством.

"Когда люди делают что-то, что нарушает права человека, это одно. Но когда те, кто это делает, имеют на это полномочия от правительства, это полицейский террор, потому что одной из его целей является терроризирование гражданского общества, чтобы заставить людей молча подчиняться всем законам и правилам", - сказал Роман Доброхотов, пресс-секретарь выступающей за демократию молодежной оппозиционной группировки "Мы".

"Некоторые опасаются, что мы скатываемся обратно к временам Советского Союза, но в действительности люди все больше и больше видят, что сильная рука не способна решить их реальные проблемы, - сказал Доброхотов. - Мы видим рост социального протеста, и чем сильнее он подавляется, тем крепче он становится".

Мусатов, 29-летний депутат от Либерально-демократической партии, номинально принадлежит к политической оппозиции, но входит в состав очень националистической партии, которая в общем случае поддерживает авторитарную тенденцию в правительстве. Однако этот депутат заявил, что как следствие нападения на него 26 августа с.г. он организует телефонную "горячую линию" для граждан, желающих пожаловаться на милицию.

Он сказал, что напавшие на него сотрудники милиции, которые, по его словам, были пьяной группой молодых сотрудников и опытных офицеров, отмечавших выпуск из Академии Министерства внутренних дел (МВД), убили бы юношу и, возможно, его самого, если бы случайные прохожие не вызвали по телефону на место события милиционеров из других отделений.

Даже после того, как прибыло большое число сотрудников милиции в форме, сказал Мусатов, его оставили лежать в наручниках на тротуаре и периодически били ногами по ребрам и головой о тротуар милиционеры, утверждавшие, что его удостоверение депутата является поддельным.

"Один из милиционеров в гражданской одежде угрожал изнасиловать меня. Он сказал: 'Мы тебя доставим в отделение милиции и там изнасилуем'. Он поддерживал руками свое мужское достоинство, как Майкл Джексон (Michael Jackson) во время танца".

Мусатов рассказал, что один старший лейтенант милиции прислушался к его протестам и написал рапорт, который привел к уголовному расследованию прокуратурой города Москвы. Пресс-секретарь прокуратуры Сергей Марченко сказал, что двоих сотрудников милиции взяли под стражу, а третьего госпитализировали с травмой глаза. Никакой другой официальной реакции не последовало, не было принесено извинений, высшее руководство МВД в этом деле отмолчалось.

"Те, кто поступает подобным образом, не могут называться правоохранителями. Они не обеспечивают людям безопасность. Но может случиться, что я стану тем камнем, о который они споткнутся, - сказал Мусатов. - Пора действовать. И если мы хотим излечить от болезни государство, надо начинать с головы".