Страна, давшая миру Пушкина, Толстого, Булгакова и Солженицына и пережившая несколько десятилетий подавляющего творчество коммунизма, оказалась у позорного столба литературной безвкусицы.

Эксперты по издательскому делу говорят, что русская литература находится в состоянии кризиса, а подающим надежды литераторам приходится просить будущих читателей заплатить за будущие книги, чтобы они были изданы.

Ситуация в издательском деле России такова, что на рынке господствуют дешевые детективы, военные романы и переводы иностранных книг, что затрудняет деятельность российских писателей.

В рейтинге бестселлеров онлайнового книжного магазина Ozon.ru (аналог Amazon.com) шесть из десяти первых мест, в том числе, первые три, принадлежат переводам иностранных авторов.

Авторы прибегают к отчаянным мерам, чтобы опубликовать свои произведения. Некоторые обращаются к покупателям с веб-сайтов, продавая еще не опубликованные книги по подписке: когда на последний том подписывается достаточно читателей, книга печатается и рассылается заказчикам.

Результаты исследования, проведенного Российской национальной библиотекой, показали, что 37% россиян никогда не читают книги, лишь 27% считают себя активными читателями, а 52% никогда не покупают книги. Исследования также показали, что читатели предпочитают детективы и любовные романы книгам таких гигантов русской литературы, как Лев Толстой или Антон Чехов.

В то время, как на Западе в упадке книготорговли обвиняют телевидение и поколение PlayStation, российские авторы указывают на целый ряд причин. Среди них высокая стоимость бумаги, решение российских властей обложить книги НДС, неразвитая сеть рассылки по огромной стране и неокрепшая постсоветская экономика - это означает, что многие обеспокоены куда более насущными потребностями, чем чтение.

Для того чтобы обезопасить свои компании от потерь, если новая книга будет плохо продаваться, издатели требуют у писателя залога за публикацию или говорят, что они не будут работать с новыми авторами, пока у них не будет издано как минимум две книги, из которых они готовы сделать серию, чтобы максимизировать прибыли.

Кроме того, начинающим авторам приходится бороться и с наглым пиратством, чтобы суметь прожить на доходы от своих книг. Многие издательства ставят на детективную халтуру и приключенческие романы, в которых российские спецназовцы громят исламских террористов в безымянных среднеазиатских государствах, как две капли воды напоминающих Чечню.

Литературный корреспондент газеты Moscow Times Виктор Сонкин говорит: 'Сделать что-то новое на российском рынке мучительно трудно. Несколько лет назад я носился с идеей создать небольшое издательство, специализирующееся на высококачественной научной литературе.

Я чувствовал, что недостаток в таких книгах по сравнению с Западом более чем очевиден, поэтому спрос должен быть довольно высоким. Но оказалось, что стоимость выпуска хороших книг - если не экономить на дизайне, правке и бумаге - почти запредельна, а прибыль будет настолько низкой, что на это не согласится ни один потенциальный российский инвестор'.

Алексей Гордин, исполнительный директор издательства 'Азбука', мрачно говорит: 'Молодежь сейчас вообще не читает книги и художественную литературу в частности'.

По мнению представителя Российской национальной библиотеки, разложение началось в годы постсоветского хаоса, когда людям нужно было расслабиться после многих лет жесткого идеологического давления. Он говорит, что в 1990-е годы 'престиж образования и общекультурный уровень упали, что постепенно привело к исчезновению книг из повседневной жизни людей'.

Доктор Андрей Рогачевский, специалист по русской литературе в Университете Глазго, говорит: 'В издательском деле России в настоящее время полный беспорядок. Одна из причин этого заключается в том, что с приближением конца коммунистической эры власти ограничили поставку бумаги - некоторые утверждали, что по политическим причинам, чтобы не позволить обнародования взглядов, отличных от официальных.

Каковы бы ни были причины, эффектом этого было то, что цена бумаги возросла, а это означает, что напечатать и опубликовать книгу влетает в копеечку. Сегодня типичный тираж составляет 10 000 экземпляров, что гораздо меньше, чем в прежние времена. Новым авторам очень сложно напечататься'.

Но Рогачевский считает, что в мире русской литературы не все плохо.

Он говорит: 'Нельзя отбрасывать всю так называемую дешевую прозу. Некоторые авторы пытаются обратиться к литературному наследию, и их можно читать как настоящую литературу.

Кроме того, предпринимаются попытки переосмыслить и осовременить некоторые классические сюжеты, такие, как 'Анна Каренина', 'Отцы и дети' Тургенева и 'Идиот' Достоевского. Это делается с большим мастерством и является хорошей литературой'

Бриджит Джонская

Сюжет 'Дневника Бриджит Джонс' был перенесен в современную Москву и стал 'Дневником Луизы Ложкиной', 30-летней россиянки, мечтающей найти совершенного мужчину. Ее жизнь - постоянная борьба с ужасами целлюлита и искушением выпить еще один бокал вина.

Ложкину мучают те же наваждения, что и ее лондонскую коллегу, но у российской Бриджит Джонс есть маленький сын, и она зарабатывает на жизнь нелегальной сдачей внаем дорогих квартир.

Вместе с подружками она страдает от отсутствия приличных мужчин, обсуждает диеты, новые модели мобильных телефонов и внешность - за бессчетными бокалами красного вина.

Книга, написанная Катей Метелицей, как и ее западный аналог, печаталась в журнале - из номера в номер. Эти отрывки казались читателям такими убедительными, что многие считали героев книги реальными лицами.

Однако многие критикуют книги о Бриджит 'Джонской' как низкопробное чтиво и подражание западному формату.