В истории некоторые события сначала кажутся незначительными или их значимость остается незамеченной, но впоследствии оказывается, что они имеют огромную важность. Такое событие произошло 50 лет назад, когда Никита Хрущев произнес свою так называемую секретную речь на XX съезде Коммунистической партии Советского Союза. Я считаю, что она уступает лишь большевистской революции 1917 года и началу гитлеровской войны в 1939 году как один из самых переломных моментов двадцатого века.

В то время казалось, что коммунистическое движение находится на гребне волны истории, и не только для граждан Советского Союза. В середине 1950-х годов коммунизм занимал наступательные позиции в Европе, а также в развивающихся странах третьего мира. Капитализм, казалось, отживал свой век. Все недостатки коммунизма считались временными - всего лишь ухабами на пути к справедливому обществу, зарождавшемуся в тот момент. Треть всего человечества видела в Советском Союзе силу, ведущую мир к глобальному социализму.

XX съезд положил этому конец. Это был момент истины, очищение изнутри от жестокости сталинизма. Речь Н. Хрущева на съезде вселила сомнения в сердца людей и заставила пересмотреть свои взгляды многих участников мирового коммунистического движения.

Н. Хрущевым, когда он поднялся на трибуну утром 25 февраля 1956 года, владели, по его мнению, побуждения нравственного характера. После своего отстранения от власти, находясь в изоляции на собственной даче, он писал: 'Мои руки в крови. Я делал все, что делали другие. Но даже сегодня, если бы мне пришлось подняться на ту трибуну, чтобы рассказать правду об И. Сталине, я бы сделал это снова. Когда-нибудь все это должно было закончиться'.

Н. Хрущев, конечно, принимал непосредственное участие в сталинских репрессиях, но он также не знал даже половины происходящего. Вся система правления Й. Сталина была построена на абсолютной секретности, где только сам генеральный секретарь обладал полной информацией. Основой власти Й. Сталина был не террор, а его монополия на информацию. Н. Хрущев, например, был поражен, когда обнаружил, что в 1930-х и 1940-х годах было уничтожено около 70% членов партии.

Вначале Н. Хрущев не планировал хранить свое осуждение И. Сталина в тайне. Через пять дней после съезда его речь была разослана всем лидерам социалистических стран и зачитана на местных партийных собраниях по всему Советскому Союзу. Но люди не знали, как обсуждать ее. И на это была причина, поскольку проблема с процессом 'десталинизации' заключалась в том, что хотя правда и была частично раскрыта, никто не предложил ответа на вопрос о том, что делать дальше.

После съезда стало ясно, что коммунистическое учение было ложным и губительно коррумпированным. Но никто не предложил другой идеологии, и кризис - медленное разложение системы, ставшее очевидным во время эпохи застоя при правлении Леонида Брежнева, - начавшийся с речи Н. Хрущева, продолжался еще 30 лет до тех пор, пока Михаил Горбачев не принял свою мантию реформ.

Съезд, возможно, вселил только начальные сомнения, но они тем не менее посеяли истинные волнения. Во время первого протеста, пошатнувшего коммунистический мир в 1956 году, огромные толпы в Грузии требовали отставки Хрущева и реабилитации памяти Сталина. Участники восстания в Польше и гораздо более бурной Венгерской революции хотели обратного. Поляки требовали коммунизм с человеческим лицом, а венгры, после того как Имре Наги попытался реформировать коммунизм, вообще не желали коммунизма.

Все эти протесты были жестоко подавлены, в результате чего многие западноевропейские коммунисты покинули ряды партии в полном разочаровании. Речь Н. Хрущева также разожгла вражду между маоистским Китаем и СССР, поскольку дала возможность Мао претендовать на корону лидера мировой революции.

Обеспокоенный протестами, Н. Хрущев постарался охладить антисталинскую кампанию. Освобождение узников ГУЛАГа, последовавшее за его речью, продолжалось, но без лишнего шума. Переживших сталинские чистки восстановили в рядах партии и предоставили им новые рабочие места, но запретили обсуждать пережитые ими ужасы.

Это молчание продолжалось до 1961 года, когда Н. Хрущев позволил новые разоблачения преступлений сталинской эпохи. Они открыто обсуждались на радио и телевидении. Тело И. Сталина убрали с Красной площади, были разрушены памятники И. Сталину, а городам восстановлены их первоначальные советские названия. Так Сталинград стал Волгоградом.

Идея ГУЛАГа вошла в нашу литературу с книгой Александра Солженицына 'Один день из жизни Ивана Денисовича'. Эта вторая антисталинская кампания продолжалась два года, что было далеко недостаточным для того, чтобы изменить менталитет страны.

XX съезд пошатнул мировое коммунистическое движение и заделать трещины оказалось невозможным. Советский Союз и другие социалистические страны оказались лицом к лицу с кризисом веры, поскольку главной угрозой коммунизму был не империализм или идеологические диссиденты, а собственная интеллектуальная бедность и разочарование.

Так что, хотя сегодня в России и принято винить за развал СССР Михаила Горбачева и Бориса Ельцина, это как бесполезно, так и несправедливо. Система уже была мертва и большой заслугой Ельцина является то, что он смог поднять Россию из руин в целости и сохранности. Хотя будущее России неопределенно, ее история становится яснее отчасти потому, что мы сегодня знаем, что XX съезд партии начал процесс, который привел к окончанию советского деспотизма.

Рой МЕДВЕДЕВ - историк и советский диссидент, автор множества книг, включая 'Сталин: К суду истории' и 'Хрущев: Годы у власти' (совместно с Жоресом Медведевым)

N32, вiвторок, 28 лютого 2006

___________________________________________________________

Спецархив ИноСМИ.Ru

Фатальная страсть к порядку ("The International Herald Tribune", США)

Как одна речь выиграла холодную войну ("The New York Times", США)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.