Как раз когда Борис Н. Ельцин начинал свою карьеру - я имею в виду его самую первую карьеру, еще в качестве функционера Коммунистической партии, - он получил из Москвы приказ, выполнение которого связало бы его, пусть и косвенно, с одним из величайших преступлений, бросивших тень на всю советскую историю. Большевики, захватившие царя Николая Второго со всей семьей, убили их в Екатеринбурге, городе в Уральских горах, в ночь на 16 июля 1918 года. А 59 лет спустя Ельцину приказали разрушить дом, в котором это произошло. За три дня дело было сделано. Через некоторое время он сильно пожалел о содеянном.

Когда Ельцин стал секретарем партии в городе Свердловске - это имя Советы дали Екатеринбургу в 1924 году в честь большевика, возглавлявшего расстрельную команду, - он был амбициозным и жестким руководителем, которого нисколько не волновал только начинавший закручиваться в те годы смерч перемен. Трудно поверить в то, что в Политбюро действительно боялись монархического реванша, хотя именно так ему и было сказано - и тем не менее, именно в середине 70-х годов достигли пика известности два величайших противника советского режима, тогда же высланных или выдавленных на Запад. Это были писатель Александр Солженицын и его горячий защитник, виолончелист Мстислав Ростропович, которого вчера не стало. Он умер в возрасте 80 лет в Москве - всего через несколько дней после Ельцина.

Как бы там ни было, через десять лет Советского Союза было уже не узнать. Ельцин перебрался в Москву, стал там реформатором, его с позором выкинули из Коммунистической партии, он стал мятежником и сделал первые шаги, которые впоследствии привели его на пост президента России. В 1990 году Ростроповичу предоставили возможность вернуться в страну, и зимой, когда на улице сверкал снег, он дал свой знаменитый, страстный концерт в зале Московской консерватории, утопавшем в цветах.

В августе 1991 года, когда Ельцин, стоя на танке, боролся с коммунистическим переворотом, Ростропович - 'Слава', как его называли - вылетел из Парижа. Он хотел быть вместе с Ельциным и его сторонниками. Кто-то дал знаменитому виолончелисту 'Калашников', но он отставил его в сторону и взял в руки свой инструмент. Так родилось музыкальное сопровождение дня, ставшего высшей точкой демократического протеста России.

Девяностые годы в России стали временем множества вопросов. Один из них заключался в том, что делать русским со своей историей, длинной и полной страданий. Ельцин решил восстановить тот фундамент, на котором стояла Россия до коммунизма. Совершенно очевидно, что перед его глазами недоступно стояла трагическая судьба царя Николая, останки которого, вместе с останками его семьи, были перезахоронены.

В 1998 году правительство решило достойно упокоить царскую семью в Санкт-Петербурге, однако против этого выступила русская церковь (одной из причин чего стали ее долгие и весьма сомнительные отношения с коммунистами), и патриарх Алексий на похороны не пришел. А Ельцин заявил, что тоже не придет - из почтения к патриарху. В этот момент событие, о котором говорили как об акте примирения и исторической справедливости, вполне могло вылиться в конфуз, приводящий к еще большему расколу общества. Ельцин изменил свое решение только во второй половине дня после разговора с 91-летним историком Дмитрием Лихачевым, который еще своими глазами видел юного Алексиса Романова на улицах Санкт-Петербурга за несколько лет до революции.

Ростропович в тот день пришел отдать последние почести царю. Когда он вышел на яркое солнце и ему сказали, что Ельцин в конце концов приедет, он разразился слезами радости.

- Наконец-то мы сделаем то, что давно должны были сделать, - сказал он. - Когда мы снимем с души этот грех, Россия сможет возродиться.

Через день, спустя ровно восемьдесят лет после убийства царской семьи, Ельцин выступил с речью. Это было мощное выступление, исполненное истинного чувства - попытка престарелого руководителя искупить вину советской власти за все содеянное ею и свою вину за то, что он советскую власть в свои первые годы поддерживал.

- Мы долго молчали об этом чудовищном преступлении. - сказал он. - Предавая земле останки невинных жертв, мы стремимся искупить грехи наших предков. Все мы - и те, кто совершил это мерзкое преступление, и те, кто десятилетиями оправдывал его - все мы виновны.

___________________________________

Мстислав Ростропович: Герой для Вашингтона и всего мира ("The Washington Post", США)

Похвала Ростроповичу ("The Guardian", Великобритания)

Мстислав Ростропович: "Коммунистическая система сделала русский народ ущербным" ("Le Nouvel Observateur", Франция)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.