Президент Буш так сказал на прошлой неделе о своем бывшем 'друге' Владимире Путине: 'Я понятия не имею, что он собирается делать'. Буш не одинок: никто кроме Путина не знает, откажется ли в следующем году президент от власти. Однако после заявления Путина о том, что он не прочь стать следующим премьер-министром, главное предположение сегодня заключается в том, что после президентских выборов 2 марта Путин возглавит российское правительство при новом президенте.

Но прежде чем администрация Буша и основные претенденты на вселение в Белый Дом начнут формировать политику в отношении России, основываясь на данном предположении, следует проанализировать, насколько оно правдоподобно. В свете того, что мы знаем о Путине и о созданной им политической и экономической системе, он, скорее всего, найдет способ, чтобы остаться у власти в качестве президента Путина.

Для начала, Владимир Путин часто публично говорит одно, а делает полностью противоположное по целому ряду важных и принципиальных вопросов. В ноябре 2003 года он заявил, что 'государству не следует стремиться к уничтожению' 'ЮКОСа' - в то время самой крупной в России, самой современной и прозрачной частной компании. А затем он начал методично заниматься этим самым уничтожением посредством откровенно мошеннического судебного процесса.

Он неоднократно утверждал, что России нужна здоровая и надежная партийная система - а затем превратил участие в парламентских выборах в труднейший процесс, которым бесконтрольно управляет раболепствующая перед Кремлем избирательная комиссия. Без одобрения Кремля ни одна партия в России не может даже надеяться на то, что попадет в списки для голосования.

Президент превозносит демократию практически во всех своих ежегодных обращениях к нации, начиная с 2000 года. А затем он отменяет выборы губернаторов регионов, которые сегодня фактически напрямую назначаются из Москвы. Он совершенно правильно назвал средства массовой информации главным оружием в борьбе с коррупцией - а затем установил контроль Кремля практически над всей общенациональной прессой, радио и телевидением.

Для Путина занятие должности премьер-министра будет не просто 'понижением' - это будет падением и самоотречением. Премьер-министры при Путине назначались президентом и работали, пока он того хотел. Они были не более чем номинальными фигурами, не имевшими даже возможности формировать свой кабинет. В этом году Путин лишил премьера полномочий по управлению так называемыми государственными корпорациями, в рамках которых президентская администрация объединила ряд самых важных и зачастую самых прибыльных промышленных предприятий - таких как предприятия ракетостроения и атомной промышленности.

Конечно, в условиях, когда путинская партия 'Единая Россия' уверенно идет к тому, чтобы занять две трети мест в парламенте, можно не сомневаться в том, что она утвердит конституционные поправки, урезающие полномочия президента и усиливающие 'исполнительные' функции премьер-министра (точно так же, определяемое требованиями конституции утверждение федеральных законопроектов двумя третями региональных законодательных органов власти сегодня полностью зависит от Кремля).

И тем не менее, в то время как Украина выиграла от подобного сокращения президентских полномочий, России придется пойти гораздо дальше, чтобы пост премьер-министра стал для Путина привлекательным. Поскольку парламенту, а не президенту, может быть предоставлено право формирования правительства, премьер-министр может также быть назначен и главнокомандующим вооруженными силами.

Однако сегодня власть в России основывается не только на военной силе, но и на нефти. Но и здесь все сделано для того, чтобы не кабинет премьер-министра, а президентская администрация руководила экспортом семи миллионов баррелей сырой нефти и нефтепродуктов (таких как мазут и дизельное топливо) в день. А вместе с природным газом экспорт топлива в прошлом году составил в денежном выражении 190 миллиардов долларов.

Никогда прежде в российской истории такая немногочисленная группа людей не осуществляла такой жесткий контроль за национальным богатством страны, которое огромно и ликвидно - причем не только в одном смысле этого слова. И ставки после ухода Путина с поста президента возрастут соответственно, причем для него самого тоже. Если он станет премьер-министром, придется разрушать ту масштабную систему неформальных договоренностей и механизмов, которая позволяла президенту и его окружению распоряжаться самыми прибыльными природными ресурсами страны. Эту систему нужно будет вывести из-под контроля Кремля и передать под контроль премьер-министра.

Для человека, который заявил, что распад Советского Союза стал 'величайшей геополитической катастрофой 20-го века', даже самые мощные полномочия премьер-министра могут оказаться недостаточными. Российский президент это символ нации, ее отец, стоящий над мелкой борьбой. А сегодня он к тому же полностью контролирует избирательный процесс и значительную часть экономики. Очевидно, что Путин считает уход с президентского поста (как это делают глупые американские президенты, покидающие Белый Дом) чем-то крайне унизительным, а также очень плохим для страны и народа, который так его любит.

Остаться в Кремле, не нарушив при этом букву конституции 1993 года (дух из нее вышел еще несколько лет назад), - добиться этого Путин может несколькими способами. Самый легкий заключается в принятии парламентом поправки к конституции, которая снимет ограничения по количеству президентских сроков. Но недостаток такого решения состоит в том, что Россия в этом случае станет похожа на Белоруссию или Казахстан, где президенты правят пожизненно. Несмотря на огромную популярность Путина (на отклики международного сообщества можно не обращать внимания), такое решение может вызвать серьезное и широкое возмущение в обществе, что сопряжено со значительными политическими рисками.

Но можно найти еще по меньшей мере два решения. Оба обладают важными достоинствами, и при этом можно будет избежать внесения поправок в конституцию - ведь изменения конституции Путин явно не хочет. В первом варианте Путин становится премьер-министром, а затем - исполняющим обязанности президента, если новый хозяин президентского кресла окажется не в состоянии выполнять свои обязанности. Виктору Зубкову, которого Путин выдернул из небытия несколько недель назад, чтобы сделать премьер-министром, 66 лет. Это на шесть лет больше пенсионного возраста, установленного для мужчин в России (и он на 11 лет старше Путина). Если Зубков с благословения Путина будет избран главой государства, он уже через несколько месяцев своего правления может обнаружить, что бремя президентской власти ему не по плечу. И тогда в трехмесячный срок будут проведены новые президентские выборы, на которых Путин, вне всякого сомнения, победит. Они дадут ему еще один полный срок пребывания у власти, при этом формально конституционные требования о двух сроках подряд не будут нарушены.

Есть и другой вариант, по которому Путину не нужно будет даже на короткий срок покидать Кремль. В соответствии с российской конституцией, президент может ввести военное положение в случае агрессии или 'прямой угрозы агрессии'. А впоследствии парламент легко сумеет придать соответствующий вид 'режиму военного положения', отменив выборы до тех пор, пока 'угроза' не будет ликвидирована.

'Угроза' может исходить, скажем, от Эстонии. Официальная российская пропаганда в этом году подвергает действия эстонских властей резкому осуждению. Организованные государством молодежные группировки постоянно преследуют посла Эстонии в Москве, а эстонские вебсайты подвергались кибератакам. Угрожать России может также Грузия, граничащая с неспокойным российским Северным Кавказом и находящаяся фактически в состоянии войны с отколовшимися от нее Абхазией и Южной Осетией. В Абхазии у большинства населения российские паспорта, а руководители Южной Осетии неоднократно изъявляли желание о вхождении в состав России.

В случае введения чрезвычайного положения можно рассчитывать на то, что россияне сплотятся вокруг национального флага, по крайней мере, вначале. Затем продленную президентскую власть надо будет каким-то образом узаконить. Но, как писал Ленин, цитируя изречение, часто приписываемое Наполеону, 'on s'engage et puis on voit' (Надо сначала влезть в драку, а потом уже смотреть, что делать дальше).

Кроме Николая II, который отрекся от власти во время революции, лишь два российских руководителя отказались от властных полномочий: Михаил Горбачев и Борис Ельцин. Но эти люди были выдающимися лидерами в более широком смысле: они руководили зарождающейся демократией, которая сделала Россию самой свободной за всю ее историю (после недолгих восьми месяцев с февраля по ноябрь 1917 года). Но зарождающуюся автократию, даже 'мягкую', которая пользуется в данный момент популярностью и поддержкой населения, оставлять после себя гораздо труднее и намного опаснее.

Леон Арон - директор российских исследований в Институте американского предпринимательства, автор книги 'Russia's Revolution: Essays 1989-2006' (Революция в России: Эссе 1989-2006 гг.).

___________________________________________________________

Владимир Путин спас Россию от катастрофы. Поэтому давайте оставим его у власти ("The Times", Великобритания)

Без Путина Россия будет более опасной ("The Independent", Великобритания)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.