Восемь лет, проведенные Путиным в кресле президента России - прямое отражение многих лет, проведенных им в рядах советской тайной полиции. Этой весной президентский срок Путина заканчивается, но он с практически стопроцентной вероятностью превратится в премьер-министра. Это изменение фактически не принесет никаких перемен, и это не может не беспокоить: следующему президенту Америки придется иметь дело с Россией, которая не только владеет ядерным оружием, но и все большими богатствами - и характеризуется все большим авторитаризмом.

Путин не стал пытаться восстановить обанкротившуюся коммунистическую экономическую систему и не стал заново открывать 'архипелаг ГУЛАГ'. Но он, используя все возможности вновь набравшего силу Кремля, раздавил всю серьезную политическую оппозицию и фактически воссоздал однопартийное государство. Именно такой вывод, во всяком случае, напрашивается после прочтения опубликованной на этой неделе статьи Клиффорда Дж. Леви (Clifford J. Levy) о декабрьских парламентских выборах в Нижнем Новгороде - городе, который некогда был символом надежд на строительство демократии в России.

Именно в Нижнем Новгороде появился после ссылки престарелый Андрей Сахаров, именно отсюда он начал свою последнюю кампанию правды: он говорил правду в глаза власти и требовал от власти, чтобы она сказала правду российскому народу. Именно в этом городе Борис Немцов, один из наиболее многообещающих представителей нового поколения российских реформаторов, пытался построить новую модель демократического управления.

В сегодняшнем Нижнем Новгороде все уже совершенно по-иному. Лагерь Путина, угрожая людям причинением физического вреда и используя другие приемы, напоминающие самые ужасные дни существования Советского Союза, просто раздавил всех конкурентов. Мастер в цеху предупреждал рабочих, что их накажут если они не будут голосовать за партию Путина. Учителя говорили детям, что им будут ставить плохие оценки, если они не скажут родителям голосовать 'как надо'. Партия Путина победила бы и сама, без всего этого. Их цель состояла в другом: создать климат постоянного политического запугивания. Как все это напоминает цели, которые ставил перед собой Владимир Путин, когда работал в старом КГБ!

И президенту Бушу, и его преемнику придется как-то уживаться с этой авторитарной Россией, а не с демократической Россией, которая, как надеялись его предшественники, появится после коммунизма. Им придется прагматично работать, помня о реальности силы России - как работали в свое время правительства Никсона и Буша-старшего, - стараясь добиться от России сотрудничества по таким вопросам, как Иран, Косово и контроль над вооружениями.

И, кроме того, Америка - как во времена Картера и Рейгана - должна прийти на подмогу преследуемым российским демократам, журналистам и другим нелюбимым в России меньшинствам. Она должна усиливать их голос и привлекать внимание международного сообщества к реальным опасностям, которым они подвергаются. Скатывание к риторике и условным рефлексам времен 'холодной войны' никому не поможет. Но притворяться, что Путин и его единомышленники - это люди доброй воли и демократических устремлений, тоже нельзя.

_______________________________________________

Путинские политзаключенные ("The Wall Street Journal", США)

Правосудие по-путински ("Le Monde", Франция)

Парадокс России - свобода и страх ("The Boston Globe", США)