Многие надеются, что сегодня, когда лидеры Европейского Союза и России сойдутся в небольшом сибирском городке за столом саммита, проходящего каждые полгода, между ними наконец наметятся точки соприкосновения.

Россию будет представлять президент Дмитрий Медведев, еще не виденный в деле, и, соответственно, имеющий шанс показать себя. Его предшественник и нынешний премьер-министр Владимир Путин в город нефтяного бума Ханты-Мансийск не поехал, явно специально, чтобы показать, что он больше не дергает за ниточки власти - правда, ему все равно мало кто верит. Медведев хочет говорить о глобальном: о глобальной экономике, о последствиях повышения цен на энергоносители и продовольствие, о кредитном кризисе. Также в списке его предложений - обсуждение, ни много ни мало, новой международно-политической архитектуры, которая могла бы заменить институты, созданные в годы 'холодной войны'.

Со стороны ЕС состав игроков не меняется: делегацию будут возглавлять председатель Европейской Комиссии Жозе Мануэл Баррозу (Jose Manuel Barroso), Верховный представитель ЕС по внешней и оборонной политике Хавьер Солана (Javier Solana) и премьер-министр Словении, страны-председателя Европейского Совета, Янез Янша (Janez Jana). Ново в нынешней ситуации то, что на сей раз у них есть мандат на начало переговоров о новом партнерском соглашении с Москвой. На утверждение мандата у 27 стран-членов ЕС ушло полтора года. Как выразилась Бенита Ферреро-Вальднер (Benita Ferrero-Waldner), комиссар ЕС по внешним связям, делегаты хотят 'высвободить потенциал нашего партнерства'.

Главная проблема в том и заключается, что отношения России и ЕС с самого 1991 года, с момента распада Советского Союза, представляют собой сплошную историю нереализованного потенциала и неразделенной любви. И для той, и для другой стороны эти отношения - важнейший приоритет: ЕС для России - самый крупный торговый партнер, Россия для всех членов ЕС - третий по совокупности рынок сбыта. И если европейские инвестиции были и остаются критически важным фактором восстановления экономики России, то российские инвесторы - благодаря повышению цен на энергоносители - также становятся все более влиятельной силой на европейских рынках.

Существующие сложности во многом объясняются имеющим место взаимонепониманием. Московские руководители никогда не относились к европейским институтам ни с особой любовью, ни с особым уважением. Странным саммитам с еэсовскими посредниками Путин всегда предпочитал двусторонние встречи в Берлине или Париже. Брюссельские делегации, со своей стороны, редко когда могли выступать от лица всего расширенного союза - то есть и экономически благополучных стран 'старой', Западной, Европы, как правило, заинтересованных в ведении совместного бизнеса с Россией, и 'новых', менее сговорчивых, членов, вышедших либо из Советского Союза, либо из числа его сателлитов и по-прежнему подозревающих Россию в имперских устремлениях.

Выступая на прошлой неделе в Москве, комиссар ЕС по торговле Питер Мандельсон (Peter Mandelson) назвал эту проблему 'проблемой восприятия':

- В России есть такие, кто твердо решил, будто ЕС намерен либо блокировать восстановление России либо ее экономически эксплуатировать. В Европе же многие спрашивают себя, не поворачивается ли Россия спиной к глобальной интеграции, не выбирает ли она иной путь и иную систему ценностей.

В Ханты-Мансийске времени на разрешение подобных противоречий у договаривающихся сторон, скорее всего, не будет: у них есть лишь ужин сегодня вечером и три часа официальных переговоров в пятницу. Так что главным вопросом будет совместимость приоритетов. Приоритет Медведева - как и Путина - состоит в том, чтобы Россию, вернувшуюся в 'высшую политическую лигу', снова начали уважать. Он хочет говорить не только об энергетике, глобальном потеплении, торговле и пошлинах, но и об Иране или Зимбабве.

ЕС же, скорее всего, постарается сосредоточиться на чисто практических моментах. Мандельсон будет подчеркивать важность окончания Москвой переговоров о вступлении во Всемирную торговую организацию. Это, в свою очередь, позволит ЕС в дополнение к новому соглашению о партнерстве и сотрудничестве, на окончательную 'доводку' которого может уйти еще два-три года, начать готовить еще и торговое соглашение.

- Россия могла бы решить все вопросы по своему вступлению в ВТО за 15 минут, если бы попыталась это сделать, - утверждает один чиновник ЕС. - Проблема в том, что между олигархами нет согласия, надо им это или не надо. Одни хотят открытого рынка, другие боятся конкуренции.

_________________________________________

Европа должна найти ответ на ужесточившуюся позицию России ("The International Herald Tribune", США)

Европе следует с опаской относиться к России, поддерживая при этом США ("The Times", Великобритания)

Члены ЕС сомкнули ряды перед лицом России ("Le Temps", Швейцария)