Вчерашний день принес дальнейшую эскалацию напряженности вокруг Южной Осетии - грузинской провинции, стремящейся при поддержке России отколоться от Тбилиси. НАТО - оговорившись, что не располагает информацией о концентрации грузинских войск на границе, - призвала все стороны конфликта к спокойствию.

На этой неделе власти Южной Осетии, по сообщениям СМИ, заявили, что начинают рассаживать детей по автобусам, чтобы вывезти их из зоны потенциального конфликта. Израиль вчера объявил, что больше не будет продавать Осетии (так в тексте - прим. перев.) оружие, так как это вызывает раздражение России - скорее всего, израильтяне хотят от России такого же подхода к иранскому вопросу. А Россия - вчера же - заявила, что в случае эскалации насилия 'не сможет оставаться равнодушной' - не в последнюю очередь потому, что там живет много русских.

Долго тлевший конфликт начинает разгораться, и, по мнению европейских дипломатов, действительно может привести к войне. Уже сегодня в нем заложено достаточно противоречий, чтобы в наступающем году он превратился в один из самых острых споров между Россией и ее соседями - споров, вполне способных столкнуть Москву с Европой и США.

Почему именно сейчас? Главные причины - стремление Грузии связать свою судьбу с НАТО, активная поддержка этого шага со стороны США и столь же активное его неприятие в России. На весеннем саммите НАТО в Бухаресте президент Буш выдал одну из самых сильных своих речей за все время пребывания в Белом доме, агитируя все 26 членов альянса за принятие в свои ряды Грузии и Украины. Однако против этого выступили Германия (жестко) и Франция (более тихо).

Канцлер Германии Ангела Меркель посчитала, что положительных сторон от такого расширения будет меньше, чем отрицательных - от раздражения, которое оно вызовет в России. Кроме того, она довольно резко отозвалась о степени готовности обеих стран к членству в НАТО. Россию умиротворили, отказав Грузии и Украине в утверждении для них Плана действий по подготовке к членству, который обычно становится для кандидатов первым шагом - однако пообещали, что когда-нибудь их обязательно примут (конкретных дат названо не было).

На месяц-два споры утихли, однако в декабре НАТО снова будет рассматривать этот вопрос, и тогда решение о предоставлении обеим странам возможности двигаться в альянс все же может быть принято. Именно в этот момент, как считают западные дипломаты, столкновения наиболее вероятны. В ответ на действия НАТО Россия может признать независимость обеих сепаратистских областей Грузии - Южной Осетии и Абхазии (Абхазия объявила о своей независимости в 1999 году, однако Тбилиси считает ее своей территорией). И правительства стран НАТО, хоть и обеспокоенные возможностью появления 'новых Северных Кипров' - то есть областей, чья государственность признана только странами-покровителями, до сих пор даже не начали толком продумывать свои возможные ответы.

Именно из-за этого в декабре члены НАТО могут, как и в апреле, отказаться принимать решение. Свою роль может сыграть и то, что им нужна будет помощь России в других вопросах: ведь Израиль - не единственная страна, ломающая голову над тем, как убедить Москву участвовать в давлении на Иран.

На международной арене Россия, пользуясь высокими ценами на нефть и газ, становится все более самоуверенной - и такое впечатление, что поддержка Европы и США ее не так чтобы очень уж интересует. И при наличии фактического отсутствия возможности торговаться с Кремлем Грузия стала одной из самых ценных козырных карт.

Но, как бы там ни было, приглашение Грузии в НАТО - не тот шаг, который, единожды пообещав, можно откладывать вечно. Если НАТО отвергнет Грузию, где, по опросам общественного мнения, вступление в Альянс пользуется широкой популярностью, этот шаг будет чреват огромными издержками.

__________________________________________

Если Тбилиси начнет войну против Южной Осетии, Абхазия откроет второй фронт ("Spiegel", Германия)

Крошечная Грузия не представляет важности для интересов США ("The Financial Times", Великобритания)

Если "революции роз" настанет конец, другой возможности нам придется ждать целое поколение ("The Washington Post", США)