Из всех стран мира Россия - одна из самых опасных для журналиста. Суд над убийцами Анны Политковской продолжается, а Люк Хардинг сообщает из Москвы о том, как балансирует на грани жизни и смерти один редактор

Михаил Бекетов, журналист из России, знал, на что идет. Он опубликовал подряд несколько статей, где разоблачал власти подмосковного города Химки. Ему неоднократно угрожали, подожгли его автомобиль, а однажды летом он обнаружил у порога своей квартиры убитым собственного пса.

Но Бекетов продолжал печататься в 'Химкинской правде', известной регулярными выпадами в адрес местных чиновников за их продажность и злоупотребления. В конце концов власти решили, что с них хватит. 11 ноября шайка бандитов подкараулила Бекетова возле его дома; злодеи напали на него с дубинами и, проломив череп и раздробив пальцы, оставили лежать, сочтя мертвым.

Бекетов пролежал в палисаднике почти двое суток, но потом соседка увидела его торчавшую ногу и вызвала милицию. Но стражей порядка нападение нисколько не взволновало. Они накинули на лицо Бекетову покрывало - и тут его рука дернулась.

'Михаил сейчас завис между жизнью и смертью', - сказала на прошлой неделе его подруга Людмила Федотова.

Бекетов находится в состоянии комы. Врачи ампутировали ему правую ногу и, возможно, придется отнять еще и отмороженные пальцы.

'Он никого не боялся', - сказала Федотова

Критикам затыкают рот

Судьба Бекетова - яркий пример того, как опасно быть журналистом в России Владимира Путина. Его история до боли типична: по данным нью-йоркского комитета защиты журналистов (КЗЖ), Россия стоит на третьем месте в списке самых опасных для людей этой профессии стран (после Ирака и Алжира).

Начиная с 1992 года в России было убито сорок девять журналистов. На прошлой неделе начался суд над тремя обвиняемыми в убийстве Анны Политковской - журналистки и бесстрашной противницы Кремля, застреленной в октябре 2006 года в подъезде собственного дома.

Правоохранительные органы не смогли обнаружить ни исполнителя, ни заказчика убийства. В России вообще никогда не находят ответственного за убийство журналиста (приговор по подобному делу был вынесен всего один). По данным КЗЖ, подобные дела просто не хотят расследовать из страха, ведь след неизбежно выводит на власть предержащих.

'В России есть несколько запретных для журналистов тем', - говорит координатор КЗЖ в Европе и Средней Азии Нина Огнянова. Среди этих тем, по ее словам, - коррупция в Кремле и секретной шпионской организации ФСБ, а также события на Северном Кавказе, то есть именно то, что освещала Политковская в связи с нарушениями прав человека в Чечне.

'Российские власти отлично умеют расследовать преступления, просто на то нет политической воли', - поясняет Огнянова. 'Люди боятся последствий. Зачастую они работают в тесном кругу, все всех знают, так что местные органы власти и милиция легко могут не дать правосудию свершиться'.

Бекетов привел местную администрацию в бешенство тем, что публично критиковал ее представителей за намерение распродать химкинские леса под застройку. Кроме того, он нелестно отзывался о чиновниках, принявших решение втайне раскопать захоронения погибших во вторую мировую войну летчиков, чтобы построить супермаркет. А в последней статье Бекетова, вышедшей под ироничным заголовком 'Патриоты', говорилось о том, как администрация получила большой банковский кредит без проведения тендера.

'Быть журналистом в России - это самоубийство. Говорить правду - самоубийство', - рассказывает Владимир Юров, друг и коллега Бекетова.

Сам Юров, редактор еще одной независимой химкинской газеты, подвергался нападению трижды. В последний раз злоумышленники нанесли ему десять ножевых ранений, но он выжил.

'В прокуратуре даже не заинтересовались. А я продолжаю работать', - сказал Юров.

Подобные нападения на журналистов органичны самой природе современного российского общества и установленного Путиным режима 'передовой' диктатуры. СМИ в этом обществе играют роль первоочередной важности. Кремлем контролируются все государственные телевизионные каналы и большая часть газет, что еще больше ставит под удар сотрудников независимых изданий.

По мнению директора московского центра экстремальной журналистики Олега Панфилова, в России никогда не было настоящей свободы самовыражения. В последние годы тенденции еще больше ухудшились: журналистов, критикующих власти, преследуют по уголовной статье 'Экстремизм'. К тому же государственная пропаганда достигла высот советского уровня.

'В настоящее время в России происходит около восьмидесяти нападений на журналистов ежегодно', - отметил Панфилов.

Проблеск свободы

Российское телевидение непоколебимо в своей прокремлевской позиции, но газеты представляют несколько более широкий спектр мнений. Некоторые издания, в частности, 'Новая газета' - именно там работала Политковская - и деловой ежедневник 'Коммерсант', по-настоящему независимы. Имеется несколько оппозиционных СМИ, например, московская радиостанция 'Эхо Москвы', но аудитория их ограничена.

Почему же Кремль не закроет последние независимые издания?

'У многих российских политиков есть недвижимость в Лондоне, во Франции. Если их закрыть, будет масса проблем с Западом. Они прекрасно понимают, что проблески свободы должны быть, иначе Россию сочтут тоталитарным государством', - объясняет Панфилов.

Иностранным журналистам не грозит такая непосредственная, физическая опасность, как их российским коллегам, хотя московским корреспондентам западных газет зачастую приходится нелегко.

'Каждый сюжет у нас проходит через несколько 'степеней защиты', нас специально запутывают, напускают туману. Мне как иностранцу очень трудно понять всю глубину и сложность государственных структур. Зачастую правда успевает только мелькнуть на горизонте', - рассказал Тони Хэлпин (Tony Halpin), шеф московского бюро The Times.

Российское правительство пользуется услугами нескольких крупных пиар-агентств и целой армии блоггеров, распространяющих пропутинские настроения. Западные журналисты, задающие неудобные вопросы, удостаиваются весьма холодного приема. С 2000 года российское государство депортировало и отказало во въезде сорока журналистам. В июне британский журналист Саймон Пирани (Simon Pirani) не смог въехать в Москву и был вынужден вернуться обратно в Лондон, хотя у него была виза. Впоследствии выяснилось, в чем было дело: Пирани, в своих статьях освещающий проблемы профсоюзов, мог представлять угрозу безопасности страны.

Между тем друзья Бекетова молятся о его выздоровлении. Но шансы на спасение не велики.

'Я видела его - это ужасно. Все лицо распухло, кожа - как стекло, в горле трубка. Очень опасно в России журналисту, который пишет правду', - сказала Федотова.

++++++++++++++++++++++

P.S. Тов. читатели, будьте предельно бдительны! Не забывайте, пожалуйста, голосовать :))) В финале Народного голосования ИноСМИ занимает 14 место. Напоминаем, по правилам конкурса с одного IP можно голосовать только 1 раз в 24 часа. "Урны" для "Народного голосования" за ИноСМИ (Премия Рунета - 2008) расположены по адресу: http://narod.premiaruneta.ru/.

_____________________________________________

Путин и пресса ("The Wall Street Journal", США)

После грузинской войны российские СМИ ощущают давление ("The Washington Post", США)

Обычай путинской России: за дурные вести казнят гонца ("The International Herald Tribune", США)

Несмотря на сокращение свободы СМИ, русские таблоиды кричат и процветают ("The New York Times", США)

Как Путин затыкал рот российской прессе ("The Wall Street Journal", США)

* * * * * * * * * * * * * * * * * *

Хватит ковыряться в носу! Голосуй за ИноСМИ! (Общественная палата читателей ИноСМИ)

Гоголевский фашизм (Общественная палата читателей ИноСМИ)

П.Чаадаев: Александр I и польский вопрос (Общественная палата читателей ИноСМИ)

Советский ракетно-космический миф (Общественная палата читателей ИноСМИ)