РИМ –  За последние двадцать лет были вынуждены объявить дефолты следующие государства: Мексика в 1994 году, Россия в 1998, Аргентина в 2001 и Уругвай в 2003 году.

Экономический кризис в Мексике, известный как кризис песо, был спровоцирован неожиданным обесцениванием национальной валюты в декабре 1994 года. Его влияние на соседние страны было названо “эффектом текилы”. Экономисты приписывают ответственность за принятие решений тогдашнему президенту Салинасу де Гортари. В начале девяностых годов наблюдался значительный приток иностранных капиталов в страну, что затушевало резкое увеличение торгового и платежного дефицита, обязанное завышенному курса песо по отношению к доллару, что шло в ущерб экспорту. Для финансового обслуживания долга, Салинас прибег к выпуску краткосрочных государственных облигаций “тесобонов”, номинированных в песо, но индексированных к  доллару. Когда в 1994 году доверие  инвесторов было подорвано после серии политических убийств, началось бегство капиталов из страны, что вынудило центральный банк Мексики принять серьезные меры в поддержку песо, резко увеличив процентные ставки по государственным облигациям из–за высокой степени риска. Правительство в декабре было вынуждено отказаться от привязки национальной валюты к доллару. Это решение привело к резкой девальвации песо, сделав невозможным для финансовой системы индексацию государственных облигаций к доллару. Через несколько месяцев США, МВФ, Банк международных расчетов и Банк Канады из–за опасения отрицательного влияния бедственного положения Мексики на соседние страны одобрили план займов и гарантий примерно на 50 миллиардов долларов.

В 1997 году Россия, казалось, была готова завоевать доверие международных инвесторов, привлеченных возникновением нового рынка, который появился на горизонте после 6 лет постсоветских реформ. Но этого не случилось. Страна погрузилась в глубокую депрессию вместе с резким социальным расслоением и неравенством, высоким уровнем бедности из–за крайне низкой заработной платы. Рубль зашатался, когда сказалось влияние кризиса в Азии в 1997 году, что привело к витку снижения цен на сырье, которое является основным источником доходов российской экономики. Критическая ситуация потребовала вмешательства Международного валютного фонда, который одобрил предоставление помощи Москве в 22,6 миллиардов долларов и ввел обмен государственных краткосрочных облигаций на более долгосрочные евробонды. Но эта поддержка дала краткосрочный эффект. В августе правительство было вынуждено провести девальвацию и объявило дефолт по внутреннему долгу, номинированному в национальной валюте, попросив отсрочить выплату внешнего долга. Однако страна довольно быстро оправилась от кризиса. Менее чем через год начался экономический рост на докризисном уровне благодаря буму цен на энергоносители из–за роста потребления энергии в Китае.

Глубокая рецессия в конце девяностых годов привела к безудержному росту дефицита в Аргентине.  Страна быстро потеряла доверие инвесторов, что привело к бегству из нее  иностранного капитала. В 2001 году, боясь ухудшения ситуации, население начало снимать свои сбережения с банковских счетов, превращая песо в доллары и вывозя капталы за границу. Правительство ответило мерами, которые фактически заморозили все текущие счета на год, позволяя гражданам снимать со счетов только небольшие суммы. Население немедленно вышло на площади, протестуя против действий правительста. Власти, борясь с тяжелым дефицитом, в конце концов решили ввести свободный обмен государственных облигаций, взяв на себя обязательства, которые им не удалось выполнить. Через некоторое время государство объявило себя неплатежеспособным по всему объему долга. Аргентина погрузилась во тьму: иностранные инвесторы покинули страну, приток капитала практически прекратился, уровень безработицы поднялся до 25%, сельское хозяйство пришло в плачевное положение, многие предприятия закрылись, появилось огромное количество людей, потерявших крышу над головой, уже не говоря о денежных потерях владельцев государственных облигаций, так называемых танго бондов. В 2005 году правительство достигло соглашения, согласно которому 76% облигаций, обесцененных в результате дефолта, заменяются другими, более долгосрочными и с гораздо более низкой номинальной стоимостью, которая составляет 25–35% от первоначальной.

Уругваю не удалось уберечься от отрицательного влияния аргентинского кризиса. Когда Буэнос–Айрес подверг суровому контролю капиталы своих банков, два основных уругвайских института, контролируемые аргентинскими финансовыми группами, оказались подверженными кризису соседней страны и зарегистрировали сильный отток капиталов, владельцами которых были нерезиденты. Летом 2002 года было выведено 38% вкладов. С помощью иностранной поддержки страна попыталась спасти свои банки, но очень высокой ценой, равной 20% от объема валового национального продукта. Вынужденный провести девальвацию песо и столкнувшись с резким снижением  ВНП, Уругвай оказался не в состоянии платить по кредитам и обратился к держателям облигаций с просьбой подождать выплат пять лет. Аргентинский дефолт настолько врезался в память инвесторов, что они массово (93%) откликнулись на предложение правительства.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.