Atlantico: В опубликованном в начале сентября исследовании Корпуса морской пехоты США говорится, что некоторые подразделения действуют менее эффективно при наличии в них женщин. Как бы то ни было, 3 декабря министр обороны США Эштон Картер заявил, что американская армия открывает для женщин все «без исключения» боевые посты. С чем связано такое решение? Какие механизмы и мотивы могут стоять за ним?

Патрик Шаморель:
Это решение было принято после широких консультаций в различных армейских частях для оценки последствий включения женщин в различные боевые подразделения. Морская пехота оказалась единственным родом войск, который выразил сомнения по поводу присутствия женщин в ряде должностей. В ее исследованиях специалисты пришли к выводу, что боевые подразделения сражались менее эффективно, когда включали в себя женщин. Решение Эштона Картера пойти против командующего морской пехотой может объясняться несколькими причинами.

В частности, новый министр обороны наверняка считает нужным напомнить, что это гражданские командуют военными, а не наоборот.

Его решение едва ли можно назвать удивительным. Ведь сам Обама меньше чем за год до президентских выборов дал гомосексуалистам разрешение сражаться в армии. То есть, произошедшее — это еще и способ напомнить, что демократы выступают за права женщин. Более активное участие женщин может пойти на пользу и самой армии. Сейчас, на фоне операций на Ближнем Востоке, армии нужно больше персонала, гибкости, профессиональных знаний и политической поддержки, в том числе и со стороны женщин, которые традиционно с большим скептицизмом относятся к военным вмешательствам.

В краткосрочной перспективе решение может затрагивать и праймериз: оно играет на руку Хиллари Клинтон в кампании за лидерство в Демократической партии. Она отстаивала эти позиции, и поэтому случившееся становится для нее рекламой.

— Нет ли во всем этом политического стремления во что бы то ни стало установить равенство между мужчиной и женщиной, даже если ради этого придется поступиться эффективностью?

Антуан де Габриэлли:
Как считает Эштон Картер, открытость любых должностей для женщин должна быть общим правилом в американской трудовой сфере и, следовательно, в армии, пусть даже военная профессия стоит несколько обособленно. Это правило не вводит каких-то квот или тем более требования паритета полов. Американская армия получила распоряжение не обязательно принимать женщин в боевые подразделения, а просто априори им не отказывать. Каждый командир вправе набирать людей в отряд по собственному усмотрению, здесь ничего не меняется. Кроме того, стоит с большой осторожностью относиться к результатам исследований (особенно американских) эффективности мужчин и женщин. В упомянутом вами отчете отмечается, что «некоторые» отряды «вероятно» демонстрируют снижение эффективности при включении в них женщин. То есть, это четко не установлено и затрагивает не все подразделения. Давайте расставим все точки над i: ни в одной армии ни один командир никогда не возьмет в боевой отряд некомпетентную женщину, только потому что она — женщина.

— Как найти золотую середину между здравым и продуктивным равенством и одержимым стремлением к эгалитаризму, который ведет к признанию женщины не по ее заслугам, а по ее полу? В какую ловушку можно угодить?

Антуан де Габриэлли:
Внимание следует уделять не самому принципу равенства, а всему тому, что может по необъективным причинам препятствовать работе женщин на определенных постах. Если присмотреться внимательнее, становится видно, что главным тормозом для появления женщин в мужской среде становится необходимость предоставить им отдельные туалеты. Или убрать порнографические плакаты со стен. Или желанием проводить ежегодные собрания руководства в сауне (такой случай был на самом деле!). Вы будете удивлены пустячностью истинных мотивов исключения женщин. По большей части все сводится к тому, чтобы лишь немного изменить не связанные с работой или должностью привычки мужчин.

— Равенство мужчин и женщин следует воспринимать как полное тождество двух полов без признания каких-либо различий? Или же нужно бороться за равноправие мужчин и женщин с признанием их естественных различий?

Антуан де Габриэлли:
Как я уже говорил, суть равенства — предоставить одинаковые возможности и тем, и другим. Так, например, никто не обязывает инженерные вузы принимать столько же мальчиков, сколько и девочек. В то же время интересно было бы понять, почему девочки больше интересуются гуманитарными науками, а мальчики — прикладными. Так происходит из-за стереотипов? Из-за редкости примеров женщин-инженеров на французских предприятиях? Быть может, тут имеет место формирование некоего самосознания, которое подталкивает одних к «женским профессиям», а других — к «мужским»? Или же сама наша природа, женская или мужская, открывает для нас определенный тип отношения к миру и, как следствие, к труду? Однозначного ответа нет.

— Если отталкиваться от исследования морской пехоты США и постулата о том, что у женщин и мужчин есть определенные различия, почему именно их до недавнего времени не брали в некоторые подразделения?

Антуан де Габриэлли:
В первую очередь на ум приходит физическая сила. Современному солдату приходится перемещаться по полю боя с очень тяжелым снаряжением. В ближнем бою грубая сила тоже может сыграть решающую роль. Но опять-таки не стоит идти на поводу у стереотипов. Еще недавно казалось, что женщина не может быть пилотом истребителя. Тем не менее Каролин Эгль (Caroline Aigle) еще в 1991 году стала летчиком боевой эскадрильи.

В 2009 году Виржини Гийо (Virginie Guyot) стала первой женщиной-лидером пилотажной группы Patrouille de France (и первой в мире женщиной в такой должности). Времена меняются, и казавшееся вчера невозможным завтра может воплотиться на практике.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.