Официально началась операция по освобождению Мосула, города, который в течение двух лет находится в руках ИГИЛ (террористическая организация, запрещена в РФ — прим.ред.). После переговоров за закрытыми дверями кризис, вспыхнувший между Анкарой, Вашингтоном, Багдадом и Эрбилем из-за разногласий по поводу того, кто войдет в город, между какими силами и как он будет поделен, был преодолен. Коды и закулисье операции, в которой Турция была сброшена со счетов, мы обобщили в десяти пунктах.

1. Почему Мосул — причина кризиса?

Мосул — город стратегического значения, богатый нефтяными месторождениями и расположенный на севере Ирака. Причина кризиса, который привел к региональной схватке между Анкарой, Багдадом, Эрбилем, Тегераном и Вашингтоном, кроется в вопросе о том, как произойдет передел этого города после ИГИЛ. Операция началась только сейчас из-за того, что стороны не могли прийти к согласию, какие силы войдут в город и как он будет поделен после изгнания ИГИЛ. Иракское правительство, курдская администрация, суннитские арабские племена, шиитские силы, США, Россия, Иран, Турция, Саудовская Аравия стремятся обладать правом голоса в этом городе.

2. Кто участвует в операции?

В операции участвуют иракская армия, пешмерга, «Стражи Ниневии» и, хотя об этом не говорят открыто, шиитская милиция. «Стражи Ниневии» не так давно были созданы Анкарой. В эту группу входят суннитские арабские боевики, которых Турция обучала в лагере Башика, что привело к кризису в отношениях с Ираком. Силы коалиции, в числе которых США и Франция, поддерживают наземные силы с воздуха. Премьер-министр Ирака Хайдар аль-Абади (Haydar el-Abadi), объявив об операции в Мосуле, отметил, что в город войдет только иракская армия и полиция.

3. Как будет поделен Мосул?

По вопросу о том, каким будет статус Мосула после изгнания ИГИЛ из города, сохраняется неопределенность. Между силами, которые стремятся получить свой кусок пирога и поэтому участвуют и хотят участвовать в операции, наблюдаются серьезные разногласия на этот счет. Хотя обсуждаются разные сценарии, от управления городом при разделении на несколько частей до предоставления ему автономного статуса, альтернатива, выходящая на передний план в данный момент, связана с обеспечением полного контроля иракского правительства. Заслуживают внимания слова Барзани (Barzani) при ответе на вопрос о том, было ли достигнуто согласие о периоде после ИГИЛ: «Мы тоже хотели, чтобы у нас был такой политический план. Но другая сторона — Багдад — сказала, что сначала нужно начать операцию. Если в дальнейшем возникнут какие-то проблемы, мы бы хотели решать их с противоположной стороной».

4. Кто чего хочет?


Багдад хочет, чтобы город остался под его контролем. Арабы-сунниты не хотят, чтобы правом голоса обладали шииты, а шииты — чтобы сунниты. Турция заявляет исторические права на Мосул и пытается вмешаться в город через арабов-суннитов. Региональная курдская администрация Ирака договорилась с Багдадом о курдских районах, которые находятся в управлении Багдада, но фактически там доминируют пешмерга. В кризисе между Анкарой и Багдадом США на стороне Ирака. А Эрбиль, несмотря на проблемы с багдадским правительством, хочет, чтобы Турция договорилась с Ираком, и пытается не настраивать против себя Ирак и США. Иран — тоже важная сила в мосульском уравнении в силу багдадского правительства и шиитов.

5. Почему Турция не за столом?

Хотя Эрдоган говорит: «Мы будем и в операции, и за столом», — мазхабизм Анкары и ее претензии в отношении Мосула «пока» оставляют Турцию вне этого уравнения. Анкара любой ценой намерена сесть за мосульский стол. Но у других игроков ее крайний мазхабизм вызывает беспокойство. Иракское правительство, шиитская милиция и даже часть суннитских племен не хотят участия Турции как из-за проводимой ею политики, так и в силу того, что это будет подразумевать вмешательство в суверенные права Ирака. Турция и Саудовская Аравия обеспокоены участием шиитской милиции в этой операции, поскольку оно увеличит влияние Ирана. Турция резко выступает против участия местных «Сил сопротивления Синджара» на том основании, что оно повысит влияние Рабочей партии Курдистана.

6. Куда будет бежать ИГИЛ?

Одна из по-настоящему крупных проблем связана с тем, что будет с боевиками ИГИЛ после изгнания из города. Иракские официальные лица и курдские силы заявили, что западный выход из города будет оставаться открытым, и по созданному здесь коридору боевики ИГИЛ смогут бежать в Сирию. Предполагается, что в городе, население которого сократилось до двух миллионов после того, как он попал в руки ИГИЛ, находится около семи тысяч джихадистов. Бегство этих боевиков в Ракку приведет к новым проблемам в Сирии. Лидер ливанской «Хезболлы», одного из важнейших игроков в Сирии, Хасан Насралла (Hasan Nasrallah) предупредил, что члены ИГИЛ могут бежать на восток Сирии. Шиитский лидер, настаивающий на том, что из Мосула не должно быть дороги к отступлению, обратился к иракским властям: «Не дайте США вас обмануть».

7. Что будет после Мосула?

В результате операции в Мосуле ИГИЛ будет полностью изгнано из Ирака. А затем внимание переключится на операцию в Ракке. С выдворением ИГИЛ из Ракки, которую оно объявило своей столицей, организация останется «без земли» и перестанет быть оседлой структурой. В таком случае она может пустить в ход некую мобильную стратегию, подобно «Аль-Каиде». И продолжить атаки, распространив своих боевиков по всему миру.

8. Позиция за столом изменится?

Позиции, занимаемые в этом крайне неустойчивом политическом климате Ближнего Востока, могут очень часто и неожиданно меняться. И Турция, которую сейчас не пускают за стол, в ближайшие дни может тоже за него сесть. Это зависит от силы торга Турции. Анкара, которая еще до недавнего времени оставалась вне сирийского уравнения, после достижения согласия с Россией снова оказалась включена в него. Показательны слова Барзани: «Если Анкара хочет участвовать в операции, она должна договориться с Багдадом».

9. Сработает ли план «С»?

До операции в Мосуле Турция заявила, что у нее есть планы «А», «В», «С». Планом «А» было участие в операции. Но когда она началась, Турции не оказалось ни на поле боя, ни за столом переговоров. После этого она пожелала претворить в жизнь план «В». В соответствии с планом «В» она должна была войти в Мосул через администрацию Эрбиля. После слов Барзани «договаривайтесь с Багдадом», этот план тоже провалился. Остался план «С»: мобилизовать суннитские арабские племена. До операции в Мосуле 400 лидеров суннитских племен со всего Ирака провели пресс-конференцию в Эрбиле, выразив поддержку Турции.

10. Почему Россия не реагирует?

Приоритет для России — старый друг Сирия. Поэтому в кризисе вокруг Мосула Кремль не так активен, как в Алеппо. События в Сирии, где находятся ее единственные за пределами страны военные базы, важнее с точки зрения ее региональных интересов. По тайному соглашению, достигнутому с США, Ирак был оставлен Вашингтону. Россия, наращивая свои операции в Алеппо, вырабатывает стратегию с тем, чтобы джихадисты, которые будут бежать из Мосула, не создали новых проблем.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.