Nasz Dziennik: Россия разместила в Калининградской области и на Курильских островах противокорабельные ракетные комплексы «Бастион». Какую игру ведет Путин?

Ромуальд Шереметьев (Romuald Szeremietiew): Исчерпывающе на этот вопрос может ответить, пожалуй, только он сам. Если говорить серьезно, ситуация со стянутыми в Калининградскую область, к границе с Польшей, силами и средствами выглядит довольно интересно. Там появился полный набор: комплекс «Искандер-М» с баллистическими ракетами, то есть система с радиусом поражения 500-700 км, спроектированная для уничтожения таких стратегических целей, как военные штабы, авиабазы, порты, железнодорожные узлы. Кроме этого россияне перебросили туда зенитный комплекс С-400. К этому, как мы слышали, добавятся мобильные противокорабельные комплексы «Бастион». Этот ракетный комплекс оснащен сверхзвуковыми ракетами «Оникс», задача которых — уничтожать десантные корабли и авианосцы, а также другие цели в условиях интенсивного обстрела и радиоэлектронного воздействия противника. Дальность этих ракет — около 300 км. Можно сказать, что Россия сосредоточила в Калининградской области набор вооружений: земля — море — воздух. Она располагает достаточными средствами, чтобы нанести удар.

— Зачем Путин аккумулирует такой мощный арсенал самых современных ракетных вооружений? Собирается ли он нападать?

— Разумеется, это не значит, что Путин собирается нападать, он, скорее, показывает (в том числе Польше, хотя не одним нам), что у него есть потенциал, и что он может это сделать. Он создает атмосферу страха, стремясь чтобы потенциальные страны-цели чувствовали опасность, понимали, что если они будут критиковать, допустим, очередные действия России против Украины или стран Балтии, отлично подготовившаяся Москва может на это отреагировать.

— Какую цель преследует усиление российского контингента и размещение ракетных комплексов «Бал» на Курильских островах, и закроют ли японцы глаза на такие шаги Российской Федерации?


— У меня сложилось впечатление, что при помощи таких шагов россияне стараются создать в разных частях мира центры, призванные остановить возможную реакцию других стран на действия Москвы. Как мы видим, они появляются не только в Европе. Это показывает, что Россия проявляет интерес к тому, что происходит на Дальнем Востоке, где появляются новые сильные в экономическом плане державы, где есть спрос на российские товары, и где в отличие от подавляющей части европейских стран россиянам рады. 

— Россия действительно так сильна, что может позволить себе вести военные действия на нескольких фронтах?

— Речь идет не о развязывании войн, а, скорее, о демонстрации способности нанести удар в момент, когда кто-то захочет призвать Россию к порядку, например, в связи с тем, что она планирует сделать вблизи от своих границ.

— Возвращаясь к теме размещения сил и средств в Калининградской области: Москва видит в Польше такую серьезную угрозу, что берет ее на мушку?

— Польша для России — не угроза, а сила, которая может отреагировать, если Москва предпримет очередные шаги в отношении Киева или стран Балтии. В связи с этим размещение российских ракетных комплексов в Калининградской области, в радиусе поражения которых окажется вся Польша, призвано указать Варшаве ее место.

— Так или иначе, НАТО подвергло эти действия критике, назвав их весьма мягко «агрессивной военной позой». Такие уколы могут как-то подействовать на Путина?

— Такое определение лишь подчеркивает, что методы, которые использует Запад в отношении России, остаются прежними. Поэтому звучат мягкие упреки в духе того, что Москва плохо себя ведет, призывы к диалогу, который призван предотвратить эскалацию напряженности. Однако на самом деле это не приносит никаких результатов.

— Какой в этом смысл, раз Путин, ни с кем не считаясь, все равно делает, что хочет?

— Такая «обходительность» нужна Североатлантическому альянсу и западным странам для очистки совести: они показывают, что не взирают на действия России безучастно и бессильно.

— Как это соотносится с высказыванием пресс-секретаря Путина Дмитрия Пескова, который назвал НАТО агрессивным блоком, а стягивание сил в Калининградскую область — реакцией на продвижение Альянса к российским границам?

Посетитель у самоходной пусковой установки берегового ракетного комплекса «Бал» (3К60)


— Это, конечно, элемент пропаганды, которой в мастерстве владеют россияне. Другое дело, что НАТО и в особенности США концентрируют свои силы в Восточно-Центральной Европе. Однако концентрация российских сил у польских границ не имеет никакого отношения к присутствию американских войск в нашей стране.

— Министр Мачеревич (Antoni Macierewicz) сообщил, что Польша отправила в Латвию танковую роту. С военной точки зрения одна рота имеет какое-то значение?

— Отправка танковой роты в Латвию — это результат варшавского саммита НАТО, где приняли решение о размещении войск Альянса на восточном фланге. Польша присоединится к Канаде, которая станет в Латвии «рамочным» государством. Это, разумеется, верное решение, однако в военном плане одна рота значит мало. Это существенно для демонстрации политической воли и укрепления духа латвийского населения. Мы, в свою очередь, готовимся принять американские боевые подразделения. Первые должны прибыть в начале 2017 года в Нижнюю Силезию. В марте у нас появятся силы бригады боевой авиации, на вооружении которой будут вертолеты. Это наверняка нас подбодрит.

— Европейский парламент принял резолюцию, которая призывает страны ЕС активизировать взаимодействие в сфере обороны и увеличить расходы на армию, доведя их уровень до 2% от ВВП. Еврокомиссия и Германия идут дальше и продвигают идею создания так называемой европейской армии. Она реальна?

— На мой взгляд, у этой идеи нет ни малейших шансов на успех. Евросоюз — политическая организация, а оборона относится к сфере компетенций отдельных государств. Поэтому желание вывести вооруженные силы из-под их контроля может представлять угрозу для безопасности. Единственный эффективный военный союз — это НАТО, в который входит большинство (22 из 28) стран-членов ЕС, и никаких реальных причин менять такое положение вещей нет. Кроме того эти вооруженные силы конкурировали бы с армией США. Есть еще один аспект: идею продвигает Германия, которая уже неоднократно показала, что она ставит на первое место собственные интересы и действует без оглядки на другие страны. Как пример можно вспомнить «Северный поток», когда Берлин забыл об энергетической солидарности, прописанной в Лиссабонском договоре, и спокойно договорился с Москвой через голову других стран-членов ЕС. Не дай бог, чтобы солидарность в сфере безопасности и так называемого Европейского оборонительного союза выглядела точно так же. Удивительно, что такие «прогрессивные» идеи появляются точно в тот момент, когда НАТО начинает размещать силы на восточном фланге, в том числе в Польше. В любом случае я думаю, что идея создания европейской армии — это просто очередной призыв, у которого нет никаких шансов стать реальностью.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.