Артем Уйманен стоял у здания петербургского военкомата в 2019 году в знак протеста против военной службы по призыву, которая в России носит обязательный характер. Его рука и нога были обмотаны бинтами. Эти бинты символизировали то, на что приходится идти молодым людям в России, чтобы, преувеличив степень тяжести своих заболеваний, получить освобождение от «призывного рабства», как Артем его называет. С тех пор прошло два года, и сейчас Артем, которому уже 20 лет, с нетерпением ждет результатов обследования, которое он проходил в психиатрических медицинских учреждениях. Он надеется, что ему поставят диагноз «тревожно-депрессивное расстройство», потому что это верный способ уклониться от службы в армии.

Йони, 18-летний студент из Иерусалима, тоже ждет призыва в армию — в Армию обороны Израиля. Но он не испытывает никакой тревоги. «Я с нетерпением жду возможности послужить моей стране, — говорит он. — Это тот особый вклад, который может сделать молодежь». Йони посещал клубы, которые помогают израильским подросткам подготовиться к сдаче тестов — на определение интеллектуального уровня и уровня физической подготовки — для вступления в армию. Вместе со своими друзьями он ездит на пляжи, чтобы тренироваться в беге по песку.

В Норвегии Оскар Федерл (Oscar Federl), который сейчас работает консультантом, вспоминает свою службу в армии — 10 лет назад — с самыми теплыми чувствами. «Это был отличный опыт», — говорит он. Служба в армии не превратила его в отличного солдата — он был радистом, и, по его словам, ему приходилось работать с устаревшими технологиями 1950-х годов, — однако она помогла ему повзрослеть и стать тем человеком, которым он является сейчас. «Я сильно повзрослел, — говорит он, — хотя в армии мне многое не нравилось, особенно зимой».

Артем, Йони и Оскар — представители глобального меньшинства. Служба юношей по призыву теперь стала относительно редким явлением. (Служба девушек по призыву никогда не была широко распространена.) Большинство форм обязательной военной службы по призыву постепенно сошли на нет после окончания холодной войны. Согласно исследованию, проведенному Швейцарской высшей технической школой Цюриха, 24 государства полностью отказались от службы по призыву с 1990 по 2013 год, когда многим казалось, что все серьезные войны уже в прошлом. Франция, чей массовый призыв в армию — levée en masse — произвел настоящую революцию в современном европейском военном деле, отказалась от этой практики в 1996 году. Испания избавила подростков от призыва в армию в 2000 году, Италия — в 2004 году, а Германия — в 2011 году. Антивоенной организации War Resisters' International («Интернационал противников войны»), поддерживавшей людей, которые отказывались от службы в армии по убеждениям, даже пришлось пересмотреть свою цель.

Тем не менее, служба по призыву, по всей видимости, постепенно возрождается. После того как Россия вторглась и аннексировала часть украинских территорий в 2014 году, власти Украины в спешном порядке восстановили армейскую службу по призыву, которая была отменена годом ранее. Соседка Украины, Литва последовала ее примеру в 2015 году, а Швеция, которая не входит в состав альянса НАТО, вернула службу по призыву в 2017 году. В Персидском заливе Катар и Объединенные Арабские Эмираты возобновили практику службы по призыву в 2013 и 2014 годах соответственно. Кувейт восстановил эту практику в 2017 году после 16-летнего перерыва. Тем временем другие страны, которые никогда не отказывались от воинского призыва, стали набирать в армию больше молодых людей. Норвегия в 2013 году ввела обязательный призыв в армию для женщин. Эстония в настоящее время увеличивает число призывников на четверть. А в Германии — как и в некоторых других странах — споры о том, нужно ли вернуть некую форму воинского призыва или расширить его становятся все громче.

У этого возобновившегося интереса к воинскому призыву есть множество причин. Одна из них — возвращение более мрачного мира, в котором судьбу отдельных стран может определять именно грубая сила, а не дипломатия. Вспомните разгромное поражение Армении, которое ей в прошлом году нанес Азербайджан, и последовавшую за этим потерю Нагорного Карабаха. Для тех стран, которые хотят иметь крупную армию, обязательный воинский призыв зачастую является единственным доступным способом пополнить ряды вооруженных сил. Добровольцы, которым нужно платить зарплату по рыночным ставкам, будут обходиться государствам в круглую сумму. Александр Гольц, эксперт по российским вооруженным силам, утверждает, что в России практика воинского призыва существует «из-за иррационального убеждения, что численность российских вооруженных сил должна достигать миллиона человек».

Тем не менее, порой причиной становятся и менее воинственные соображения. В Америке современные сторонники возвращения службы по призыву часто говорят, что обязательная армейская служба в действительности позволит уменьшить потребность страны участвовать в войнах, потому что люди начнут чаще задумываться о последствиях, которые вполне могут коснуться лично их. Макс Маргулис (Max Margulies) из Военной академии США в Уэст-Пойнте, скептически относится к этой точке зрения. Он указывает на то, что война во Вьетнаме была крайне непопулярна уже к концу 1967 года, однако она продолжалась еще шесть лет, унеся жизни тысяч призывников. «Мне не кажется, что это может оказать какое-либо сдерживающее воздействие».

Многие политики также считают, что обязательный призыв в армию — это способ дисциплинировать неуправляемых молодых людей, которые в противном случае могут причинить массу проблем, или способ навязать ценности, угодные властям. В прошлом году член комитета парламента Германии по делам вооруженных сил предположил, что возвращение практики службы по призыву может стать своего рода прививкой от ультраправого экстремизма. В Катаре, в ОАЭ и Турции призывников заставляют слушать лекции по национальной истории, безопасности и гражданской ответственности. Однако свидетельств того, что воинский призыв позволяет воспитать более сознательных граждан, крайне мало. Результаты исследования, проведенного в Швеции Ранди Хьялмарссоном (Randi Hjalmarsson) и Мэтью Линдквистом (Matthew Lindquist), — они были опубликованы в журнале Economic Journal, который издает Оксфордский университет, — показали, что служба по призыву «существенно» повышает уровень преступности среди отслуживших в армии молодых людей в возрасте от 23 до 30 лет.

Как школа-интернат, только с оружием

Как выглядит современная служба по призыву? В большинстве стран она тяжелая и утомительная. «Вы застряли в этом месте с другими такими же парнями 18-19 лет, и вас принуждают там оставаться», — говорит 33-летний Виктор Назирис (Victor Naziris), который служил в Национальной гвардии Республики Кипр, которая уже много десятилетий не участвовала ни в каких реальных боевых действиях. Свой опыт службы по призыву Виктор охарактеризовал как смесь физического изнеможения, скуки и ощущения бессмысленности происходящего. «Как если бы веган пошел работать в McDonalds», — говорит Назирис, который сейчас работает бухгалтером.

Особенно мрачная участь ожидает российских призывников. Они ежемесячно получают нищенское денежное довольствие в размере 2000 рублей (30 долларов), за которое они вынуждены мириться не только с физическим переутомлением, но и повсеместной дедовщиной. В ноябре 2019 года один призывник в России застрелил восемь своих сослуживцев, что стало следствием длительных издевательств — в том числе угроз изнасилования — со стороны старших по званию. Как и Артем Уйманен, многие молодые люди в России стараются уклониться от службы в армии с помощью медотвода. Другие поступают в аспирантуру, предпочитая многолетнюю учебу службе в армии. Некоторые родители подкупают работников военкоматов, чтобы освободить своих сыновей от военной службы.

Министерство обороны России утверждает, что последнее время проблема дедовщины в армии стала заметно меньше. Однако правительство не приложило никаких усилий для того, чтобы развеять убежденность в том, что служба по призыву равносильна тюремному наказанию: власти использовали воинский призыв, чтобы заставить замолчать Руслана Шаведдинова, борца с коррупцией и протеже лидера российской оппозиции Алексея Навального (которого позже отравили, а затем отправили в тюрьму). В декабре 2019 года Шаведдинова насильно забрали в армию и сразу же отправили служить на базу на арктическом архипелаге Новая Земля.

Тем не менее, от службы по призыву далеко не везде веет садизмом. В некоторых небольших странах постепенно складывается менее печальная практика призыва. К примеру, в Норвегии право быть призванным в армию имеют множество молодых людей, однако попадают в армию лишь избранные. Пока российские родители подкупают чиновников, чтобы те освободили их детей от службы в армии, норвежские родители принимают активные меры для того, чтобы их дети попали в армию, как говорит Элизабет Брау (Elisabeth Braw) из Американского института предпринимательства (American Enterprise Institute) в Вашингтоне. Алекс Аалберг (Alex Aalberg), бывший призывник из Норвегии, служивший в Афганистане, утверждает, что, когда он подал документы для поступления в медицинскую школу, на собеседовании главной темой была именно его военная служба. «Я считаю, что, если бы я не отслужил в армии, мой путь в медицину был бы гораздо более длинным», — признается он.

Пока американские школы хвастаются тем, какой процент их выпускников поступает в университеты Лиги плюща, израильские школы выставляют напоказ то, сколько их выпускников попадает в боевые подразделения. Йони из Иерусалима должен попасть в элитное боевое подразделение. Традиционно такие подразделения — как и военно-воздушные войска — рассматривались как инкубаторы политического и профессионального таланта, о чем рассказал Ричард Патер (Richard Pater), директор британско-израильского Центра коммуникаций и исследований (Communications and Research Centre). Премьер-министр Израиля Нафтали Беннетт (Naftali Bennett) и его предшественник Биньямин Нетаньяху сделали себе успешную карьеру в престижном специальном подразделении Управления разведки генштаба Армии обороны Израиля.

Особенно много мифов возникло вокруг Подразделения 8200 — секретного подразделения израильской армии, занимающегося киберразведкой и обеспечением компьютерной безопасности, — чьи «выпускники» пополняют ряды сотрудников израильских технологических компаний. В то время как армии многих стран стараются привлечь в свои ряды технически подкованных юношей с помощью более высоких зарплат, армия Израиля превратилась в магнит для таких талантов. «Сегодня наблюдается рост конкуренции за право служить в технологических подразделениях, которые обеспечивают вас очень прибыльной профессией сразу после окончания службы в армии», — объясняет Йонатан Плеснер (Yohanan Plesner), бывший политик, а ныне президент аналитического центра «Израильский институт демократии» (Israel Democracy Institute). Он служил в специальном подразделении Управления разведки генштаба Армии обороны Израиля, где он до сих пор числится как офицер запаса.

Отражение общества

Хотя служба по призыву и должна менять общество к лучшему, чаще всего она является отражением этого самого общества. Лев Гудков, директор российского независимого «Левада-центра», утверждает, что в некоторых семьях из самых бедных регионов страны служба в вооруженных силах до сих пор рассматривается как средство, обеспечивающее социальную мобильность. Молодые люди из этих регионов заметно реже уклоняются от службы по призыву. «В более бедных областях у семей зачастую попросту нет денег, чтобы дать чиновнику взятку», — объяснил Гудков. Директор некоммерческой организации «Солдатские матери Санкт-Петербурга» Оксана Парамонова говорит, что молодые люди из сельских районов зачастую совершенно не разбираются в правовых нюансах, поэтому у них гораздо меньше шансов уклониться от службы в армии.

Даже в Израиле, где служба в армии по призыву представляет собой совершенно иной опыт, вокруг призыва до сих пор сохраняется множество разногласий. Ультраортодоксальные евреи, которые составляют 12% населения страны, а также живущие в Израиле арабы, то есть еще она пятая населения, обычно освобождаются от службы в армии. На практике это означает, что только половина 18-летних израильтян идут служить в армию. Такое особое отношение к ультраортодоксальным евреям долгое время было причиной недовольства и темой для политических дебатов. В августе коалиционное правительство Израиля одобрило план, который позволит призывать в армию больше таких евреев, хотя и на более короткий срок. В Израиле представители среднего класса находятся в более удобном положении для того, чтобы отправлять своих детей в элитные подразделения. Представители более бедных слоев населения зачастую оказываются в менее престижных войсках, таких как транспортные войска. Таким образом, по словам Плеснера, «вместо того чтобы сплачивать израильтян, армия акцентирует внимание и заостряет те различия, которые существуют между разными слоями общества».

Современная служба по призыву была изобретена для эпохи массовых армий. Она отлично сработала в случае с Наполеоном, однако после него она часто демонстрировала свою несостоятельность. Во время Второй мировой войны Красная армия уничтожила 158 тысяч своих солдат за дезертирство. Во время войны в Ираке 2003 года десятки тысяч иракских призывников бежали с поля боя. Даже там, где у призывников есть желание воевать, повсеместное распространение высокоточного оружия и других современных технологий делает их почти бесполезными в условиях боя. Тем не менее, несколько небольших демократических стран продемонстрировали нам, что институт, прочно ассоциирующийся с тяготами и принуждением, все же можно превратить в популярный и эффективный инструмент вербовки.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.