Судьба «нового» Египта чрезвычайно важна для будущего всего Ближнего Востока – будучи демографическим, культурным, медийным и религиозным центром арабского мира, Египет оказывает на регион огромное влияние, масштаб которого сложно преувеличить. Если Египет потерпит неудачу, демократический прилив, все еще накатывающий на регион, который, казалось, обещал так много столь многим миллионам людей, так долго лишенным свободы и чувства собственного достоинства, скорее всего, отступит.

Тот факт, что новое правительство Египта уже сталкивается с огромными экономическими трудностями, становится все более очевиден даже самым оптимистичным прогнозистам. Как недавно сообщила газета New York Times, «18-дневное восстание остановило поток новых иностранных инвестиций и подкосило ведущую туристическую отрасль. Ежегодный экономический рост замедлился до менее 2% по сравнению с прогнозируемыми 5%, и валютные резервы Египта упали на 25%».

Однако проблема не ограничивается замедлением экономического роста. Как сообщается в репортаже агентства Associated Press, пытаясь отреагировать на неудовлетворение, изначально вызвавшее народное восстание, египетское правительство инициировало неудавшуюся программу создания рабочих мест: «Демонстрируя безысходность положения, вскоре после революции правительство заявило, что создаст 450 тысяч дополнительных временных рабочих мест; на эти места подали заявки семь миллионов человек». Учитывая, что в здоровой экономике соотношение кандидатов и рабочих мест в среднем составляет 2 к 1, а не 15 к 1, как продемонстрировала недавняя программа египетского правительства, рынок труда этой страны, как видно, по-прежнему в руинах. Это наилучший пример глубоко укоренившихся и практически неразрешимых проблем слаборазвитой страны со слабыми экономическими институтами и быстрым ростом населения: сложно представить себе любую возможную экономическую программу, способную создать достаточно рабочих мест, чтобы удовлетворить легионы безработной молодежи.

В то же самое время, как экономический рост замедляется до почти полной остановки (учитывая тот факт, что население Египта растет на 2% в год, его текущий экономический рост в 2% эквивалентен полному застою), финансы правительства тоже находятся под растущим давлением. Стремясь умиротворить бюрократию и обеспечить лояльность на случай, что вновь появится такая необходимость, правительство согласилось немедленно повысить зарплаты госслужащих на 15%. Одновременно правительство увеличило продовольственные и топливные денежные пособия, чтобы защитить население от роста мировых цен, и, учитывая инфляцию цен на продовольствие за последние шесть месяцев, это стоило им значительной суммы денег (сегодня Египет тратит на подобные пособия более 10% своего ВВП).

Дефицит египетского бюджета на 2010-2011 бюджетный год может легко превысить 10% ВВП по сравнению с прогнозировавшейся до беспорядков цифрой в 7.6%. К сожалению, бюджетные дефициты не в новинку для Египта, хронически страдающего от этой проблемы вот уже несколько последних десятилетий: общее отношение государственного долга к ВВП быстро вздулось с 54% в 2001 году до 74% в 2010 году, и вскоре может начать отклоняться в сторону по-настоящему опасной и потенциально ведущей к дефолту территории, населяемой сегодня такими странами, как Португалия и Греция.

Сегодня Египет ведет переговоры с рядом стран и организаций, таких как Соединенные Штаты, Саудовская Аравия, Всемирный банк и МВФ, стремясь реструктуризировать просроченные долги или договориться о дополнительных кредитах на благоприятных условиях. Однако все это не создает ощущения некоего единого скоординированного плана, и правительство не объявляло ни о какой стратегии помимо бессистемных переговоров с зарубежными кредиторами – все это больше напоминает попытки заткнуть дыры в быстро тонущем корабле. Как должно быть очевидно из статистики, процитированной выше, Египет добился отрицательного прогресса в решении всех тех экономических проблем, которые и заставили его граждан взбунтоваться – уровень безработицы не снизился, экономический рост не ускорился, зарплаты (за пределами государственного сектора) не увеличились, и правительство тратит все больше и больше денег на неэффективные и расточительные субсидии.

Выход из этой дилеммы вовсе не очевиден. Очевидно то, что опыт свержения ненавистного диктатора не означает, что население Египта легко согласится на социальные издержки либеральных экономических реформ. Равным образом очевидно, что без подобных экономических реформ и болезненных изменений в основных способах функционирования египетского государства, страна продолжит чахнуть от нищеты и кипеть от негодования. Такова основная проблема демократизации в сегодняшнем мире – страны, по-прежнему управляемые авторитарным правителями, обычно страдают от огромной социальной раздробленности между богатыми и бедными, и имеют крайне небольшой электорат для сбалансированного и основанного на законе развития. Вместо этого, они разделены на народное большинство, требующее подрывающих бюджет и расточительных пособий, подобных тем, что увеличило правительство Египта, и маленькие, но очень влиятельные группы, выступающие за тот тип коррумпированного кумовского капитализма, в котором специализировался Мубарак. Для россиян и других получателей «шоковой терапии», неудивительно, что такие идеи как «приватизация» и «либерализация» испорчены в глазах большинства египтян, потому что выгоды этих реформ подавляющим образом достались политическим инсайдерам со связями.

Опыт Египта за последние шесть месяцев – и я даже не стал упоминать зловещий рост межрелигиозного насилия, потенциально способного разрастись до малоактивной гражданской войны – очевидно является опровержением солнечного, оптимистичного и дальновидного вздора, регулярно публикуемого западными экспертно-аналитическими центрами. Организации вроде Совета по международным отношениям проводят мероприятия, на которых кратко описывают «прогресс», достигнутый Египтом по «дороге к демократии», но в реальном мире мы видим тревожное ухудшение широкого спектра бюджетных и экономических индикаторов.

Как должно быть очевидно из истории, разительные перемены к лучшему практически никогда невозможны, особенно в странах с историей неправильного функционирования, низким уровнем общественного капитала и огромными народными массами доведенных до нищеты граждан. Изменения, когда они происходят, возможны лишь в результате маленьких шагов и при поддержке реального экономического роста. Этот экономический рост появляется в результате сочетания частной инициативы и (что еще более важно) умелого и эффективного государственного планирования. Однако кажется, что с подобной компетентностью в Египте будет дефицит. Самая популярная политическая партия Египта, «Братья-мусульмане», недавно обнародовала свою платформу «против бедности», в центре которой находится одно-единственное смехотворное предложение, граничащее с безумием: придать официальный статус обязательному для всех мусульман добровольному пожертвованию, известному как «закат», заставив всех мусульман перечислять 7.5% своих доходов частной благотворительной организации.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.