Недавно в нашем прокате появилась новая работа знаменитого украинского (!) кинорежиссера Стивена Спилберга - 'Индиана Джонс и Королевство хрустального черепа'.

Премьера фильма, рожденного только для того, чтобы быть хитом, состоялась в киевском 'Кинопалаце' 22 мая с. г., то есть всего через четыре дня после премьеры мировой - внеконкурсного, но официального (а точнее - рекламного) показа на Каннском МКФ. По сообщениям СМИ, там эта картина с бюджетом в $115 млн. вызвала нешуточный ажиотаж у широкой публики и весьма сдержанную реакцию у зрителя более-менее глубокого. Некоторые рецензенты снисходительно отметили, что фильм не так плох, как ожидалось, но мог быть и гораздо хуже. Именно последнее предположение специалистов, по-моему, и оправдалось теперь, когда свет увидел украиноязычный вариант 'Индианы'.

Что же касается принадлежности непревзойденного блокбастерщика из Голливуда - Стивена Спилберга к корпусу отечественных мастеров экрана, то возможные недоумения по этому поводу я постараюсь развеять в самом конце этих заметок. Таковы уж законы саспенса, господа. Действительно, зачем до срока портить вашу чистую патриотическую радость? Ведь если Спилберг - украинец, то выходит, что нынче наша страна принимала-таки участие в официальной программе закончившегося на днях Каннского фестиваля! А не только арендовала палатку-павильон на тамошнем пляже для популяризации своих более чем скромных кинодостижений...

Королевство услужливости

'Индиана Джонс и Королевство хрустального черепа' представляет собой очередной сиквел (уже четвертую часть) киносериала, начало которому положено более четверти века тому назад фильмом 'Искатели потерянного ковчега' (1981 г.). Потом были 'Индиана Джонс и Храм Судьбы' (1984 г.), и 'Индиана Джонс и последний крестовый поход' (1989 г.). Во всех этих картинах Спилберга действовал сквозной герой - доктор археологии с крепкими кулаками Индиана Джонс (Харрисон Форд), который при решительно фантазийных обстоятельствах разыскивал то библейские реликвии, то культовые ценности Востока. При этом герою в серии схваток и погонь противостояли то некие азиатские головорезы, то гитлеровцы, а то (в самом новом фильме) советские лазутчики. И в том каждый раз была, думаю, до наивности прозрачная коммерческая подоплека.

Дело в том, что Спилберг и его постоянный продюсер Джордж Лукас никогда не были какими-то там артхаусными умниками. Они всегда были чужды философской или остросоциальной проблематики, а если и шли в народ, то не ему на выручку, а за ней. И эти авторы никогда не 'грузили' свою непритязательную публику свежими идеями и приемами, а мастеровито конструировали свой высокоприбыльный развлекательный кинотовар только из компонентов, которые пользуются максимальным спросом: приключенческая романтика кладоискательства, кулачно-огнестрельный экшен, зрелищные натурные съемки, классные компьютерные спецэффекты, простецкий юморок и т. п.

А среди таких ходовых 'стройматериалов' были и витающие в воздухе актуально-политические фобии, 'филии' и прочие массовые предрассудки толп. Мода на инопланетян и летающие блюдца? 'Их есть' у него! Получите от Спилберга 'Близкие контакты третьего рода' (1977 г.) и 'Инопланетянина' (1982 г.) и т. д. Кино Спилберга и Лукаса во всех смыслах 'подростковое' (максимум внешнего при минимуме внутреннего - как на экране, так и в адресате), а потому содержит в себе также изрядную долю пуританской назидательности и официозной патриотичности.

Русский лесоповал в перуанской 'тайге'

Во всех фильмах про Индиану присутствуют россыпи деталей, которые однозначно указывают на то, что м-р Джонс должен олицетворять собой ум, честь и совесть (плюс увесистые кулаки) американской демократии. Например, в новейшем 'Хрустальном черепе' есть кадр, ставший чуть ли не плакатным символом всей картины: тень героя в его знаменитой фетровой шляпе акцентированно запечатлена на армейском джипе US Army.

C другой стороны, врагом Индианы каждый раз оказывается не абы кто, а только тот, кто на слуху и призван символизировать на текущий момент главные угрозы миру. Скажем, в 1989 году отмечалось полувековая дата начала Второй мировой войны, и повсеместно речь шла об уроках той трагедии. Крайне чуткий к массовым запросам хитмейкер Спилберг, без сомнения, именно потому и сделал главными соперниками Индианы в тогдашнем 'Крестовом походе' гротескных немецких фашистов. А когда вскоре после того режиссер уже всерьез продолжил антифашистскую тему в своем знаменитом 'Списке Шиндлера' (1993 г.) - это всех безмерно удивило.

Нынче же, как известно, в глобальной моде русофобия, и кому как не режиссеру такого типа одному из первых не уловить знакомый запах 'жареного'. Думаю, именно потому непобедимый Индиана-Америка в 'Хрустальном черепе' был просто обречен пачками крошить и мочить на экране целые войсковые подразделения злобных русских диверсантов, нагло переодевшихся в униформу американской армии. Фильм начинается с того, что 'красные', прокравшись в самое сердце военного могущества США - на ядерный полигон в Неваде, захватывают в заложники мистера Джонса и принуждают его указать место, где хранится загадочный хрустальный череп, дающий своему обладателю сказочную власть над миром.

В ассоциативном подтексте этой реанимированной (здесь как бы в шутку) темы 'русской угрозы', конечно же, таятся геополитические тревоги Запада, связанные с бурным укреплением нынешней России. Нынче этот жупел восставшего из мертвых русского 'монстра', как известно, пользуется бешеным спросом масс. Недаром же на прошлогоднем 'Евровидении' наша Верка Сердючка очень даже продуктивно обыграла 'Рашу', зашифрованную под 'Лашу'. А чем наш же (!) режиссер Спилберг хуже ее? Вот и в новом фильме режиссера карикатурная антироссийская инвектива налицо, но в целях соблюдения необходимого минимума политкорректности действие картины отнесено в прошлое и датировано 1957 годом. То есть отнесено к временам первой 'холодной войны'. Тогда как на самом деле подразумевается то, о чем сегодня говорят все, - 'вторая холодная' наших дней.

Несмотря на всю шутливую невсамделишность происходящего, в фильме Спилберга однажды возникает и достаточно грозный пропагандистский образ зловещей русской экспансии на Американском континенте. Мы видим, как по сельве движется войсковая колонна 'красных', и дорогу им прокладывает некий мощный лесоповальный агрегат, ломающий направо и налево девственные заросли. Конечно же, это пародийная аллюзия из 'Сибирского цирюльника' Никиты Михалкова. Но, по-моему, не без дозы политического яда, дескать, там, где советские, живой природе капут...

Красные в ассортименте

Однако политически 'красные' персонажи в 'Черепе' - не единственный вид супостатов, с которыми борется Индиана. По джунглям за 'хорошими парнями' еще гоняется невесть каким дивом сохранившаяся до наших дней толпа индейцев-майя (или их зомби). То есть 'краснокожие', как и 'краснозвездные', в фильме тоже почему-то настроены против мистера Джонса. (Намек на позицию враждебных США 'латинос' во главе с Уго Чавесом?)

В довершение всего героев атакуют еще и сонмища багровых термитов, спастись от которых Индиане удается, лишь скормив им русского солдата самой зверской наружности и нрава. Забавно, что рой насекомых утаскивает к себе в подземелье агонизирующего 'коммуняку', но уважительно оставляет Индиане его любимую шляпу. Юмор такой. Американский.

Итак, в 'Хрустальном черепе' мистер Америка на фоне живописных джунглей в пух и прах разносит как посланников советского тоталитаризма, так и местных демонов далекого прошлого. Обнаруживает под древней пирамидой 'летающую тарелку' инопланетян, возвращает одному из них сакраментальный череп, и те удовлетворенно улетают восвояси. В ритуально-обязательном хэппи-энде Индиана вступает в законный брак со своей старинной приятельницей (Карен Аллен), а в своем ближайшем молодом соратнике, смахивающем на Джеймса Дина (Шайя Лябеф), главный герой опознает... собственного сына. Вот, собственно, и все кино. Много о 'черепе' и минимум для его содержимого. Ни дать ни взять Болливуд со спецэффектами.

Дубляж-провокация

Осталось сказать лишь об одном из главных аттракционов 'Хрустального черепа'. Этот эффект, я уверен, имеет целевой характер и возникает только в украинской аудитории и в связи с украиноязычной копией картины.

Дело в том, что в фильме советских диверсантов на американской земле возглавляет демоническая молодица во френче, подпоясанная солдатским ремнем времен СССР и вооруженная изящной шпагой примерно ХVIII века. 'Судя по акценту, вы украинка?' - спрашивает ее еще в самом начале картины Индиана Джонс. 'Да, я из Восточной Украины', - отвечает ему, как выясняется, любимица Сталина, трижды награжденная орденом Ленина сотрудница КГБ Ирина Спалько (Кейт Бланшетт).

Этой гнусной маньячке, мечтающей о превращении всего мира в Страну Советов, предстоит погибнуть в объятиях инопланетян, но еще до того она сыграет очень важную роль связующего звена между англоговорящими 'хорошими парнями' и толпой русскоговорящих и балалайкоиграющих 'плохих парней'.

Конечно, и в оригинальной англоязычной копии сохранялась изначально заложенная авторами антиномия: все тупые подонки говорят по-русски, а позитивные персонажи - исключительно по-английски. В украинской версии английские реплики перевели на украинский, а русские оставили как есть. И в действии мигом возник новый сюжет, строящийся на антиномии украиноговорящих американцев и решительно не понимающих их 'мову'... русскоязычных 'москалей'. А инфернальная кагэбистка Ирина Спалько, по сюжету знающая английский, стала единственным переводчиком между этими ни в чем другом не сообщающимися явлениями.

То есть на экране благодаря специфическому дубляжу появился неожиданный аспект кровавой борьбы персонажей: украиноязычные лихо уничтожали русскоязычных.

Не уверен, что этот образ был по происхождению спонтанным. Не исключено, что это могло стать вполне осознанным результатом усилий деятельности прокатных и дубляжных дел мастера, иммигранта из США г-на Батруха, который почему-то уж давно и беспардонно вмешивается в нашу внутреннюю и весьма болезненную общекультурную и политическую проблематику, связанную с реально-историческим двуязычием Украины. Кстати, любопытно, а в оригинале 'Черепа' гадкая маньячка Спалько тоже происходит из донецких краев, как в дубляже, или там эта симптоматичная локализация все же не указана?

Что касается м-ра Батруха, то в моем восприятии он - ни дать ни взять американский альтер эго Ирины Спалько в наших отечественных киноджунглях. Даже без ее карнавала с переодеваниями. Между тем, не при ЦРУ будь сказано, 'свiдомий' и целенаправленный посев вражды между народами (неважно какими) гнусен, по-моему, сам по себе. С общедемократической точки зрения. Даже если бы речь шла не о культурно-политических взаимоотношениях славянских народов-братьев, а об отношении украинцев к диковинным для нас зулусам.

Воображаемая культура

А теперь самое время сказать о Стивене Спилберге как урожденном украинце. Все дело в том, что еще два года назад режиссер выступил одним из продюсеров большого фильма о холокосте - 'Назови свое имя' - в постановке нашего местного документалиста Сергея Буковского. В этой связи заморский гость в октябре 2006-го впервые посетил Киев и Украину. 'Наконец-то я на родной земле!' - воскликнул режиссер, как только сошел с трапа самолета.

Выяснилось, что, говоря по-одесски, таки да: семейство Шпильбергов в начале прошлого века эмигрировало из Одессы в США, а там они всегда считали себя именно украинскими, а не какими бы то ни было иными евреями. В доказательство своего благородного одесско-украинского происхождения г-н Спилберг тогда сообщил журналистам, что до сих пор хранит дома семейные реликвии - самовар и балалайку. 'Мне понятны проблемы Украины. Самые страшные трагедии в ее истории - голодомор, Чернобыль и холокост...' - заверил тогда именитый визитер, и вопрос о его принадлежности к украинской культурной диаспоре был решен раз и навсегда. Спилберга в этом украинском качестве приветствовала высшая политическая элита страны - президент и премьер, а городской совет Одессы постановил вручить ему медаль 'За заслуги перед городом'. Теперь он совершенно наш!

И надо сказать, что казус Спилберга-украинца - только одно из звеньев длинной цепи подобных же историй с зарубежными знаменитостями, которых еще на заре нашей независимости многие сервильно-прыткие 'культурологи' стали срочно переписывать на украинский счет.

Так, только по линии кино на потребу дня в 'великих украинцев' превратили таких 'звездных' актеров, как Аль Пачино, Мила Йовович, Дастин Хоффман, Джек Пеленс и др. 'Нашими' признаны Энди Уорхолл и обойма известных голливудских режиссеров: Эдуард Дмытрык и прочие, а вот нынче - и Стивен Спилберг. Даром что Украина для таких 'звезд' или их предков была всего лишь топографическим пунктом для исхода в иные края в поисках лучшей жизни. Тогда как культура 'чужбины' оказалась подлинной родиной-матерью их талантов.

Означенный поиск своих среди чужих вместо системного поощрения местных талантов продолжается. И в воображении 'патриотов' постепенно выстраивается сектор этакой фантомной 'национальной культуры', где очень многое культурно чужое считается своим и наоборот - исконно родственная русская культура считается иностранной. При этом дерусификация сопровождается американизацией, выступающей как бы орудием возрождения... национальной культуры. Понятно, такое случается не от хорошей жизни.

Историческая подоплека такого положения вещей самоочевидна. Так называемая 'национальная идея' слишком быстро продемонстрировала отсутствие своего сколько-нибудь солидного пассионарного обеспечения в массах. А потому и оказалась не только не способной успешно выстраивать достойный политико-экономический базис новой европейской державы, но и, увы, продемонстрировала полнейшее бессилие в качестве национальной Иппокрены - источника вдохновения для новых творческих дарований.

Так и живем. И на таком безрыбье Спилберг - наша гордость и краса, знаменитый украинский режиссер. А 'Хрустальный череп' - новый, хоть, увы, и исключительно 'внутричерепной' успех нашего отечественного кино.

Фото предоставлены пресс-службой 'Кинопалаца'

__________________________________

Индиана Джонс - самый сильный козырь Запада против Билана ("Politika", Сербия)

Хорошие, плохие и русские ("The Times", Великобритания)

Новые враги народа - Терри Воган и Индиана Джонс ("The Guardian", Великобритания)