МОСКВА – В то время как президент Обама готовится к подписанию важного договора с Россией о сокращении вооружений, негромкий хор российских скептиков выражает обеспокоенность, заявляя, что Москва пошла на слишком серьезные уступки в этой сделке.

Эта озабоченность, вызванная сохраняющейся подозрительностью и тревогой по поводу огромного превосходства неядерных сил США, никоим образом не помешает подписанию договора, которое пройдет в четверг в Праге. Однако она затруднит дальнейшее продвижение к цели, провозглашенной Обамой – миру без ядерного оружия.

Свидетельством того, что и сам Кремль испытывает беспокойство по поводу реакции на этот договор внутри России, стал тот факт, что ни Медведев, ни премьер-министр Владимир Путин ни словом не обмолвились о нем публично. В то же время Обама созвал пресс-конференцию, посвященную завершению переговоров, а затем огласил выводы из анализа американской политики в области ядерных вооружений, проведенного его администрацией.

Главный довод критиков нового договора заключается в том, что он не накладывает никаких ограничений на американские планы создания системы противоракетной обороны в Европе (это давно уже является источником напряженности в отношениях с Россией), а также вносит определенные изменения в правила, благодаря чему Пентагон сможет передать ядерные боезаряды на хранение, а при необходимости быстро восстановить ядерный арсенал США. Другие критики ставят вопрос еще шире, выражая сомнение в том, что весь процесс ядерного разоружения после окончания "холодной войны", включая истекший договор СНВ от 1991 года, соответствует российским интересам.

"Отправная точка, или исходное положение критиков состоит в том, что предыдущий договор наносил ущерб российской безопасности, а новый договор, в котором содержится еще больше уступок России Соединенным Штатам, будет еще более пагубным", - говорит эксперт по контролю вооружений из Московского центра Карнеги, бывший депутат российского парламента Алексей Арбатов.

Ограничения боезарядов

Договором предусматривается сокращение развернутых арсеналов обеих стран до 1550 ядерных боезарядов, а также ракетных шахт и бомбардировщиков до 700 единиц с каждой стороны. Также допускается, что до ста таких носителей и пусковых установок может находиться в состоянии ремонта или в ином небоеготовом состоянии.

На практике, говорят эксперты, это в конечном итоге потребует от США сократить около ста пусковых установок, что эквивалентно двум ракетным дивизионам Minuteman III. У России пусковых установок развернуто меньше максимально разрешенного договором количества.

Ограничение числа боезарядов должно привести к сокращениям с обеих сторон. Однако  неясно, насколько существенны будут данные сокращения, поскольку в новом договоре есть такое положение, по которому бомбардировщики считаются носителями одного боезаряда – вне зависимости от того, сколько таких зарядов хранится на базах, и сколько зарядов они реально могут нести на борту.

В целом этот договор может показаться весьма щедрым по отношению к России. А учитывая то, что Кремль держит политическую систему страны под жестким контролем, ратифицировать договор в российской Думе будет значительно легче, чем в американском Сенате, где перспективы ратификации далеко не ясны. Но российские аналитики отмечают две существенные уступки, сделанные Кремлем.

По их словам, в отличие от первоначального соглашения по СНВ, в новом договоре не будет считаться максимальное число боеголовок на каждой ракете. Это позволит Вашингтону проводить сокращения, демонтируя головные части и отправляя их на хранение, в то время как ракеты останутся в своих шахтах. Это значит, что Соединенные Штаты смогут быстро восстановить свой потенциал и количественно превзойти российский арсенал, имеющий ракеты с гораздо меньшим запасом дополнительных боеголовок.

"Хорошо то, что ваш арсенал будет сокращаться; но плохо то, что у вас будет больше боеголовок, которые можно заново развернуть за 6-12 месяцев", - говорит директор Института США и Канады Сергей Рогов.

Еще более очевидная уступка Москвы касается противоракетной обороны. Путин не далее как в декабре настаивал на включении в договор положений о ПРО. Кремль высоко оценил и приветствовал решение Обамы отказаться от системы ПРО в версии президента Джорджа Буша; однако после этого российские руководители начали выражать обеспокоенность по поводу региональной системы ПРО, предложенной взамен Обамой. Они ссылаются на американские заявления о том, что со временем в этой системе появятся достаточно скоростные ракеты-перехватчики, способные сбивать российские межконтинентальные ракеты.

Профессор Академии военных наук Сергей Брезкун говорит о том, что с появлением ПРО и с сокращением российского ядерного арсенала Соединенные Штаты осмелеют и пойдут на опасные риски. "Когда человек получает преимущество, он может зайти слишком далеко, - заявляет Брезкун, - к сожалению, дальнейшие сокращения сделают более уязвимой не только Россию; более уязвимой станет стратегическая стабильность во всем мире".

Переговоры о тактических вооружениях

Администрация Обамы заявила, что на следующем этапе переговорного процесса она хочет обсудить вопросы оперативно-тактического ядерного оружия. В действующем арсенале США имеется 500 единиц такого оружия, а у России около 2000 единиц.

Однако российские представители заявляют о необходимости включения в такие переговоры вопроса о более многочисленных неядерных силах НАТО, а также о противоракетной обороне. Они говорят, что Соединенные Штаты  должны вывести свое ядерное оружие из Европы, хотя некоторые союзники по альянсу требуют оставить его в качестве символа решимости США защищать европейские страны.

Специалист по контролю вооружений из Стэнфордского университета Павел Подвиг (Pavel Podvig) отмечает, что новый раунд переговоров в попытке уравновесить американские и российские силы лишь откроет "банку с червями". Однако если новый договор в достаточной мере укрепит доверие, то две страны смогут договориться о том, что оперативно-тактическое ядерное оружие не обладает военной ценностью, и будут рассматривать его как аспект безопасности, говорит он. "К этому надо подходить как к вопросу о гарантии безопасности чего-то угрожающего и бесполезного", - отмечает Подвиг.

По словам экспертов, дальнейшее сокращение ядерного оружия обязательно натолкнется на сопротивление со стороны российских военных. Однако, как говорит писатель и военный аналитик Александр Гольц, российское руководство все больше соглашается с тем, что огромный ядерный арсенал России намного превышает ее потребности и отнимает денежные средства, необходимые для развития обычных систем вооружений, которые могут реально применяться в ходе войны.

"Люди военные, профессионалы, прекрасно понимают, что с договором или без него, России все равно придется сокращать свой арсенал, - заявляет он, - все эти разговоры консерваторов о том, что договор не идет России на пользу, это просто милитаристская риторика. Она не имеет никакого отношения к реальности".