Будучи журналисткой ведущего независимого издания в России «Новая газета», я считаю себя везучей. Уже больше десяти лет я имею честь активно освещать драматические события, происходящие в моей стране, в том числе и в Чечне и прочих беспокойных северокавказских республиках.

Но свобода прессы в моей стране постепенно уходит в прошлое. Только на прошлой неделе двоих журналистов зверски избили за их преданность идеалам честной журналистики. «Новая газета» держится чудом — ее не контролирует государство, она отказывается заниматься самоцензурой и излагает сюжеты с точки зрения простых граждан.

Но за нашу независимость нам приходится платить высокую цену. За последние десять лет убито пятеро журналистов «Новой газеты». Одной из жертв стала наша корреспондентка-звезда, моя наставница, Анна Политковская, убитая в 2006 году, уже давно и неустанно разоблачавшая зверские нарушения прав человека в Чечне.

В 2000 году я прошла боевое крещение журналистикой, когда освещала гибель подводной лодки «Курск» в Баренцевом море, и сполна хлебнула, общаясь с высокопоставленными источниками на флоте. Благодаря этому я многое узнала о том, как работает правительство Путина. Тогда государство пыталось прикрыть тот факт, что двадцать три моряка на подводной лодке оставались живыми еще много часов после смертельного взрыва в торпедном отсеке, драгоценных часов, в которые власти ничего не предприняли, чтобы попытаться спасти их жизни.

Самый важный сюжет в своей жизни на данный момент я освещала осенью 2004 года, когда осаждали школу в Беслане, и расстроилась так, что меня это едва не покалечило. С точки зрения журналистики я пришла к успеху: мой коллектив опубликовал несколько статей на первых полосах и разоблачил то, что происходило в том северокавказском городе, когда группа вооруженных боевиков держала в заложниках людей в школе в течение трех дней.

Государство сообщило о 354 заложников, но мы дали реальную цифру, которая превосходила тысячу человек. Государство сообщило, что первые взрывы в школьном здании были произведены боевиками, а мы доказали, что первыми открыли огонь спецслужбы. Государство сделало вид, что пытается договориться с террористами, но этого не было. Количество человеческих жизней, которыми была оплачена «спасательная операция» государства, было ужасающим: триста тридцать три погибших, в том числе сто восемьдесят шесть детей. Мы рассказали правду, но никакой справедливости жертвы не дождались.

С тех пор независимое освещение событий и активистская деятельность стали смертельно опасными. В прошлом году число жертв среди тех, кто занимался разоблачениями нарушений в северокавказском регионе, стало беспрецедентным: убито шесть человек, и все они были моими знакомыми.

Одна из жертв — Наташа Эстемирова, ведущая чеченская правозащитница из общества «Мемориал» и очень близкая моя подруга. Она была похищена и дерзко застрелена 15 июля 2009 года, в тот день, когда мы вместе с ней и с ещё одним близким другом, специалистом из Human Rights Watch, закончили одну совместную миссию. Мы попрощались с Наташей, договорились встретиться через месяц или около того, и сели в самолет, направлявшийся в Москву. На следующий день мы получили страшное известие и полетели обратно — на ее похороны.

Расследование убийства Наташи не было прозрачным. Неясно, какие шаги были предприняты следователями (если они вообще были предприняты), чтобы изучить возможность причастности или попустительства властей преступлению.

Я устала от похорон и я боюсь за своих друзей и коллег и за себя. Эта ужасающая череда убийств не прекратится, покуда виновники — и те, кто нажимал на курок, и особенно те, кто стоял за этим, — не предстанут перед судом. А пока бразды правления держит в своих руках Владимир Путин, мы вряд ли дождемся нормального расследования.

В мае этого года на встрече с представителями организаций, работающих в северокавказском регионе, президент Дмитрий Медведев неоднократно утверждал, что местные власти должны сотрудничать с ячейками гражданского общества. Его слова приветствовали присутствовавшие на встрече борцы за права человека, в том числе коллеги Наташи Эстемировой из «Мемориала» и Human Rights Watch.

Я написала об этой встрече в газете, надеясь, что что-то изменится. Ничего не изменилось. Рамзан Кадыров и прочие представители правящих кругов Чечни до сих пор угрожают тем, кто их критикует. Менее месяца назад, встретившись с Медведевым, Кадыров назвал правозащитников и особенно активистов «Мемориала» «врагами государства, врагами народа, врагами закона». Кремль не выступил ни с каким осуждением этих слов.

Сейчас глава «Мемориала» Олег Орлов судится по уголовному делу о клевете. Обвинения были выдвинуты в связи со словами Орлова о том, что Кадыров ответствен за убийство Наташи Эстемировой. В случае вынесения обвинительного приговора Орлову грозит до трех лет тюрьмы.

И без того немногочисленное сообщество российских независимых журналистов и борцов за права человека, раздавленное убийствами друзей и угрозами их собственным жизням, стремительно убывает. Многие уже на грани сдачи. Те, кто продолжает храбро делать свое дело, должны знать, что они не одни.

Крайне необходимо, чтобы европейские и американские лидеры показали России, что не потерпят такую ситуацию. На каждой встрече в двустороннем и многостороннем формате страны Европейского Союза и США должны задавать конкретные вопросы о ходе расследования убийств правозащитников и журналистов. Положить конец безнаказанности — это необходимое условие для создания нормальной обстановки с гражданским обществом в России.

И еще это необходимое условие для того, чтобы мы остались живы.

Милашина занимается журналистскими расследованиями в «Новой газете». В 2009 году она получила премию организации Human Rights Watch имени Алисон де Форж за выдающуюся активистскую деятельность

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.