В среду 25 января в Москве было объявлено о запуске Интернет-проекта Карта нарушений на выборах – 2012. С нами Андрей Бузин, руководитель отдела мониторинга выборов ассоциации «Голос», которая является главным создателем «Карты нарушений на выборах».

RFI: Что вы можете сказать об этом проекте? Это уже второй проект «Карты нарушений на выборах». Первый был в конце прошлого года на выборах в Государственную Думу. А теперь – «Карта нарушений на выборах – 2012», то есть, на президентских выборах. Зачем эта карта нужна?

Андрей Бузин:
Во-первых, я хотел бы сказать, что «Карта нарушений» под таким названием, действительно, это второй проект. Но до этого были проекты, которые назывались «Горячая линия ассоциации Голос». Ассоциация «Голос» собирает на «Карте нарушений» сообщения от всех граждан России, да и не только от граждан, которые рассказывают о том, как проходит избирательная кампания.

Отличие «Карты нарушений» от предыдущих версий, которые назывались «Горячая линия», заключается в том, что «Карту нарушений» поддерживают крупные средства массовой информации. Первично это было средство интернет-издания, которое называлось «Газета.ру», теперь нашим основным информационным спонсором является журнал «Forbes».

Но нас поддерживают также и другие, например, интернет-издание «Слон.ру» и «Новая газета». И, благодаря этой поддержке, «Карта нарушений» получила намного большую, широкую популярность в России. Мы на выборах в Государственную Думу получили около 8 000 сообщений о том, что происходит на выборах. На выборах 2007 года было около 2 000 сообщений.

Смотрите по теме: Проект веб-выборов 2012

- Вы можете объяснить, зачем нужен этот Интернет-проект? Неужели так много нарушений на выборах в России?


- Да, это действительно так. Связано это с тем, что в России, по крайней мере, с моей точки зрения и с точки зрения моих коллег, нарушены сами принципы выборов, которые предполагаются как Конституцией Российской Федерации, так и российскими законами, и международными избирательными стандартами.

Выборы – это очень важный институт. Уже давно признано, что это институт, без которого демократическое общество существовать не может. Но, к сожалению, сейчас в России выборы опять превратились приблизительно в такое же мероприятие, как это было при советской власти, различие только в том, что в Советском Союзе это была имитация выборов, как таковых, а в России – это имитация альтернативных выборов. Немножко, правда, ситуация сейчас, конечно, на выборах президента в 2012 году чуть-чуть изменилась.

Если же говорить о нарушениях, которые на выборах происходят в России, то тут надо, в первую очередь, говорить о нарушении главного принципа – это принципа конкурентности. Это вмешательство наблюдается – собственно говоря, это связанные вещи – серьезное вмешательство администрации в борьбу политических сил.

- Вы наблюдаете за самим ходом выборов. Скажем, снятие или не регистрация оппозиционных кандидатов не входит в круг ваших прямых забот?

- Нет, это такие крупные события, которые всем известны. Мы не можем производить анализ, в какой мере несправедливо был не зарегистрирован Явлинский. Потому, что не имеем доступа к первичным документам. Мы, скорее, будем в ближайшее время говорить о том, в какой мере государственные служащие, муниципальные служащие, государственные средства массовой информации обеспечивают агитацию, помимо избирательного фонда, для одного из кандидатов. Это будет основная тема «Карты нарушений» до дня голосования.

- На «Карту нарушений» поступают сообщения от любых людей, которые что-либо увидели и посчитали нарушением. Как вы потом проводите отбор, что является серьезным сообщением, что является ложью, что является провокацией? Как вы отделяете достоверную информацию от недостоверной?

- Тут, к сожалению, я вас должен разочаровать: мы не отбираем достоверную информацию от недостоверной. У нас есть группа модераторов, которые делают первоначальный отсев только по одному признаку: относится ли данное сообщение к выборам или не относится.

Читайте также: Медведев приказал расследовать нарушения при голосовании


Приведу конкретные цифры: на выборах депутатов в Государственную Думу сообщений поступило всего около 12 000, из них приблизительно 5 000 было отсеяно потому, что они не относились к выборам. Это сообщения типа того, что «я на выборы не пойду, потому что у меня протекает крыша». Таких сообщений очень много, и наши модераторы именно такие сообщения отсекают.

Дальше сообщения поступают на «Карту нарушений» и у нас на «Карте нарушений» эти сообщения публикуются в непроверенном виде. Дело в том, что мы считаем, что очень важно такие сообщения публиковать.

Потому что обеспечение законности выборов лежит на правоприменительных органах. Это избирательные комиссии, это прокуратура, это милиция – эти органы, вообще говоря, и должны проверять эти сообщения. Они фактически этого не делают.

У нас, конечно, сил для того, чтобы проверить те или иные сообщения нет, хотя бывают случаи, когда мы связываемся с авторами сообщений и в некоторых случаях – это бывает достаточно редко, порядка 1,5 десятков сообщений таких было на прошлых выборах, когда мы помогали составить обращения в судебные инстанции.

- У ассоциации «Голос», кроме тех людей, которые не принадлежат к ассоциации, но посылают сообщения, есть еще представители на местах. Что они будут делать в ходе предвыборной кампании и в ходе выборов?

- Давайте, я вам расскажу, как это устроено. Ассоциация «Голос» - это сетевая организация в том смысле, что ее представители на местах – это, в основном, гражданские активисты, которые не работают непосредственно на ассоциацию «Голос», а проявили себя в каких-то других мероприятиях. Они могут быть, допустим, активистами женского движения или экологического движения. И такие вот координаторы – мы их называем «координаторами» - находятся приблизительно в 40 регионах.

В течение избирательной кампании мы обычно выбираем еще одного человека в этом регионе, которого называем «долгосрочным наблюдателем». Это человек, который сообщает информацию в течение периода избирательной кампании до дня голосования.

А на день голосования мы предлагаем местным активистам и вообще людям, которые хотели бы с нами сотрудничать, быть корреспондентами газеты «Гражданский голос». Газета «Гражданский голос» - это газета, которая учреждена ассоциацией «Голос». Таких активистов у нас было на предыдущих выборах, на выборах депутатов в Госдуму, около 1 600 человек по всей России. Должно было быть больше 2 000, но, к сожалению, из-за давления на ассоциацию 400 человек мы недосчитались.

Эти корреспонденты газеты «Гражданский голос» приходят на избирательные участки и заполняют анкеты, в которых есть вопросы о том, насколько выполняются избирательные процедуры, которые прописаны в законе. После этого это все собирается сначала в региональной базе данных и потом – в общероссийской базе данных. И эти данные и результаты этого исследования мы публикуем в нашем докладе.

Еще по теме: Наблюдатели зафиксировали вал нарушений на выборах в Госдуму

- Эти корреспонденты не являются наблюдателями, то есть, они не могут присутствовать на избирательном участке и следить за тем, как проходит сначала голосование, а затем – подсчет голосов?


- Нет, они могут там присутствовать, у них есть статус. У нас законодательство предусматривает различные статусы для лиц, присутствующих на избирательном участке. Один из статусов называется «представитель средств массовой информации». И они имеют статус представитель средств массовой информации, корреспондент газеты «Гражданский голос». Наблюдатель, в строгом смысле, юридическом слова – это, конечно, другой статус. Но присутствовать они могут и присутствуют, если их не удаляют с участка.

- Даже при подсчете голосов?


- Даже при подсчете голосов. Они имеют право даже получить копию протокола участковой избирательной комиссии, что они и делают. И даже на последних выборах очень интересная получилась у нас ситуация, когда в республике Коми, точнее, в городе Сыктывкаре – это столица республики Коми, мы фактически, благодаря нашим корреспондентам, получившим протоколы, обнаружили массовую фальсификацию в городе Сыктывкаре.

- Если права ваших корреспондентов не будут нарушаться, то на предстоящих президентских выборах мы можем получить более или менее объективную картину выборов, как это было в ходе недавних думских выборов, в отличие от выборов, которые были раньше в России?



- Ситуация такая – конечно, если они будут нарушаться – это обязательное условие, которое еще не известно, будет ли оно выполнено. Надо понимать, что фальсификации в день голосования при подсчете голосов – это не главный изъян российских выборов. Главный изъян – это отсутствие конкурентности и использование административного ресурса, влияние администрации на исход выборов, то есть, до дня голосования. О чем мы тоже собираем сведения с помощью наших корреспондентов и потом излагаем в наших заявлениях и в докладе.

- Когда вы говорите о влиянии, речь идет о чем: об угрозах или, наоборот, об обещаниях каких-то льгот со стороны администрации, которая советует, призывает голосовать за определенного кандидата?

- Здесь есть несколько способов влияния, несколько технологий, и я попробую их перечислить в порядке убывания их важности.

В первую очередь, это так называемая «агитация под видом информирования» через средства массовой информации, которые, в основном, находятся в руках государства и местного самоуправления. Идет постоянная пропаганда и влияние на умы избирателей без оплаты из избирательного фонда.

Еще по теме: ЕС обеспокоен нарушениями на выборах в России

Во вторую очередь – это агитация со стороны должностных лиц – государственных служащих и муниципальных служащих. Все эти люди встречаются с различными представителями населения: с бизнесменами, с ветеранами и т.д. – и при этом проводят агитацию. Эта агитация бывает в смысле каких-то намеков на угрозы, бывает в смысле обещаний такого типа (несколько раз зафиксировано), что если не победит партия «Единая Россия», то в этом случае наш район, наше село, ваша ветеранская организация не получит каких-либо дотаций, не получит каких-либо преференций, преимуществ. Вот такого рода агитация со стороны муниципальных служащих.

Третий вид влияния – посредством организационных усилий. Это организация встреч с избирателями, допустим, посредством усилий администрации, например, устроения каких-либо конференций, праздников, открытий каких-либо объектов, которые фактически играют агитационную роль. Это все администрация делает, а фактически работает на одну из партий.

Четвертая используемая возможность – это возможность влияния через полицию, когда полиция, допустим, пресекает пикеты, одиночные пикеты, связанные с агитацией. Или – еще чаще это бывает – изъятие агитационных материалов у конкурентов административных кандидатов, административных партий.

Это основные технологии. Это использование ресурса в разных его проявлениях: в организационном, в материальном, в финансовом, в информационном – это ресурсы, которые обществу предоставлены государством, и они используются на пользу одного из претендентов на выборах.

- Слушая ваш рассказ об использовании административного ресурса в России, замечаю, что, пожалуй, кроме полиции, которая во Франции должна быть аполитична, все прочие использования административного ресурса, в общем-то, бывают и у нас во Франции. Власть всегда стремится использовать встречи с избирателями, бизнесменами в свою пользу. И заявления о том, что если наша партия не победит, у вас не будет субсидий, или, наоборот, если она победит, то они будут, - тоже весьма нередкая вещь. Несмотря на то, что это явные нарушения, во Франции они недостаточны, чтобы нарушить саму демократическую систему, которая все же сохраняется. В чем же все-таки кардинальное отличие Франции от России в данном случае?


- Различие в том, что в России это достаточно. Потому что это явление наблюдается повсеместно. Это явление во многом слишком сильно искажает волеизъявление избирателей, и это явление является массовым. Например, хотя бы в связи с тем (я назвал агитацию под видом информирования), что подавляющее большинство средств массовой информации находится в руках именно одной политической силы.

Особенно, если говорить о федеральных выборах, возьмите три первых канала телевидения. Они покрывают 98% всего населения, в отличие от небольшого процента, которые покрывают нескольких частных каналов. Но эти три канала покрывают практически все население. И есть места, где, собственно, только эти три канала и можно принимать. Поэтому это явление является в России просто тотальным, в отличие от Франции.

Хотя я очень хорошо понимаю, что любая власть пытается защититься. Но когда речь идет о том, что есть хотя бы равновеликие возможности сопротивления, когда есть независимый суд, это совершенно другое явление. Помните Уотергейтское дело?

- Возвращаясь к вопросу о телевидении, во Франции на телевидении в ходе предвыборной кампании есть строгое правило – правило одинакового времени для всех политических сил. Чего, конечно, нет в России.

- Вам обязательно возразят организаторы выборов, что формально это есть. Более того, наша Центральная избирательная комиссия, проводя мониторинг телевидения, обнаруживает, что одинаковое время выделено тем и другим. Потому что они сами квалифицируют, какие передачи являются агитационными, а какие информационными.

Организаторы выборов будут говорить о том, что у нас и по законодательству, и по факту – равное предоставление эфирного времени. Они якобы фиксируют одинаковость предоставления эфирного времени разным кандидатам. Но дело в том, что сама по себе Центральная избирательная комиссия дает квалификацию, что является агитационным материалом, а что информационным. И поэтому, если говорить о формальной стороне дела, то платные агитационные материалы, которые оплачены, одинаковы по количеству времени у всех кандидатов.

Но то, что вы видите по телевизору постоянное информирование, постоянное мелькание одного лица и его программы – посмотрите любую из трех программ российского телевидения сейчас – вы увидите постоянное мелькание одного из кандидатов и постоянную пропаганду его предвыборной программы.

- Как зовут этого кандидата?


- (смеется) Пусть слушатели сами догадаются, как зовут этого кандидата. Это нетрудно сделать.